Монголия - Эдуард Лимонов

Ущерб, приносимый холодным оружием телу человека выглядит куда более красочно и устрашает более, чем небольшая тёмная точка от пули, откуда сочится кровь.

Развал тела от кавалерийской сабли, конечно же катастрофичен, страшнее чем туша на прилавке у мясника.

Я думая о гражданской войне и Первой Конной, столкнувшейся с польскими конфедератами, всегда представлял их себе как две лавы врубаются друг в друга с бритвами в метр длиной.

Озноб по коже.

Увечные потом десятилетиями ещё бродили с культяпками рук. У испанского авантюриста «солдата удачи», его зовут Рафаэль де Ногалес Мендес, я вычитал, что арабские волонтёры в турецкой армии в период Первой мировой (Ногалес служил офицером в турецкой армии) имели привычкой обрубать раненным британцам ноги, чтоб не возиться с сапогами-ботинками. Один араб отрубил английскую руку, татуировка уж очень приглянулась, жене хотел показать.

Мы уступаем людям прошлого в жестокости, но и в храбрости и в стремительном безумии уступаем.

Нападения с холодным оружием были забыты в пользу огнестрельного и прочно забыты. Как вдруг где-то лет пять-семь тому назад холодное оружие внезапно возродилось в качестве оружия террористов. Вначале в Израиле, а недавно мусульманский мир приспособил его для нападений в Европе. Оказалось, что мясницкий кухонный нож в толпе может наработать количество трупов, равное взрыву. Мечи сейчас не носят, их не продают, а кухонный нож можно приобрести в любом магазине кухонных принадлежностей или промышленных товаров.

Приползши из Израиля, от палестинских арабов, тактика безумного вторжения в толпу с холодным оружием (нож, мачете, топор) приглянулась совсем бедным, либо свёрнутым в бараний рог подавленным мигрантам территории Европы. Где нельзя достать взрывчатки, чтобы начинить пояс смертника или нельзя купить огнестрельное оружие.

Появляются всё новые верификации нападений с холодным оружием, так 24 июля 2017 года в Швейцарии была применена бензопила. Вот уже куда определить бензопилу, к холодному оружию, вероятнее всего, потому что к огнестрельному её ни по каким параметрам не отнесёшь.

Применённый впервые в Ницце наезд на грузовике на толпы гуляющих на эспланаде у моря людей – это тоже нападение с холодным оружием, хотя и не режущим, конечно же, но ударяющим со страшной силой.

Предметы обихода современного человека, как видим, постепенно адаптируются терроризмом. Дёшево и сердито. Кухонный нож стоит сущие копейки, но какие же несчастья и потери он может причинить врагу.

В своё время дальнобойная артиллерия, а впоследствии авиация особенно, позволили войне выйти за пределы столкновения вооружённых сил, превратив войны в столкновения народов. Первыми стали не брезговать бомбардировками «мирных жителей» европейцы, а затем эта практика расползлась по планете. Этому превращению войны армий в войну народов не было уделено должного внимания ни народами, ни историками.

Между тем это было важнейшее историческое потрясение. Народы вернулись в доисторические времена, когда гремя в своих кибитках в чужую землю вторгалось всё племя.

Только что тихо случилась важнейшая историческая катастрофа: война стала занятием невоенных граждан, не армии, потому что оружием стали простые обиходные предметы цивилизации.

Вернулись к тому, с чего начинали, в доисторические времена. Хаос взял своё обратно.