Уцелевший - Чак Паланик

На следующей неделе должна взорваться бензоколонка. А еще из зоомагазина улетят все канарейки, сотни канареек. Фертилити предвидела все это в одном сне за другим. В каком-то отеле в этот момент течет труба. Неделями вода стекала внутри стен, размывая штукатурку, вызывая гниение дерева и ржавение металла, и в 15:04 в следующий вторник гигантская хрустальная люстра в центре вестибюля упадет.

В ее сне был скрежет свинцовых не помню уже чего, затем брызги штукатурки. Какая-то скоба оторвет головку проржавевшего болта. В сне Фертилити головка болта приземляется, шлепается на ковер рядом со стариком, несущим багаж. Он поднимает ее и вертит в ладони, глядя на ржавчину и на блестящую сталь в месте разлома.

Женщина, везущая свой багаж на тележке, останавливается рядом с мужчиной и спрашивает, ждет ли он очереди.

Старик отвечает: «Нет».

Женщина говорит: «Спасибо».

Портье за стойкой звенит в колокольчик и объявляет: «Следующий, пожалуйста!»

Коридорный делает шаг вперед.

В этот момент люстра падает.

Вот так все происходит в снах у Фертилити, и в каждом сне она видит новые детали. На женщине красный костюм, пиджак и юбка с золотым ремешком от Кристиан Диор. У старика синие глаза. На его руке, держащей головку болта, золотое обручальное кольцо. У коридорного проколото ухо, но он свою серьгу снял.

За стойкой портье, говорит Фертилити, стоят массивные французские часы эпохи барокко в вычурном корпусе из позолоченного свинца с ракушками и дельфинами, поддерживающими циферблат. Время 15:04.

Фертилити рассказывает мне все это с закрытыми глазами. Вспоминает или выдумывает, я не знаю.

Первое к Фессалоникийцам, Глава Пятая, Стих Двадцатый:

«Пророчества не унижайте».

Люстра вспыхнет в момент падения, поэтому все, кто будет стоять внизу, посмотрят вверх. Что будет после этого, она не знает. Она всегда просыпается. Сны всегда заканчиваются тогда, в тот момент, когда люстра падает или самолет разбивается. Или поезд сходит с рельс. Или молния ударяет. Или земля трясется.

Она начала вести календарь предстоящих катастроф. Она показывает его мне. Я показываю ей ежедневник, который заполняют мои работодатели. На следующей неделе будут взрыв пекарни, канарейки, пожар на бензоколонке, люстра в гостинице. Фертилити говорит, чтобы я взял корзину для пикников. Мы положим туда еду и отлично проведем день, наблюдая за всем этим.

На следующей неделе у меня стрижка газонов, дважды. Полировка медного каминного набора. Проверка дат на продуктах в холодильнике. Переворачивание консервированных продуктов в кладовой. Покупка людям, на которых я работаю, подарков с годовщиной свадьбы друг для друга.

Я говорю: Конечно. Всё, что она пожелает.

Это было сразу после того, как пожарные обнаружили нас танцующими Ча-Ча по полу выгоревшего пятого этажа, и на нас ни единого следа огня. После того, как они записали наши показания и заставили нас подписать страховку, избавляющую их от ответственности, они вывели нас на улицу. Когда мы вышли наружу, я спросил у Фертилити: Почему?

Почему она не позвонила никому, чтобы предупредить о пожаре?

«Потому что никто не любит плохие новости, — говорит она и пожимает плечами. — Тревор сообщал людям обо всех своих снах, и это лишь создавало ему проблемы».

Никто не хотел верить, что это потрясающий талант, сказала она. Они обвиняли Тревора в том, что он террорист или поджигатель.

Пироманьяк, согласно Статистическому Пособию по Расстройствам Психики .

В прошлые века его обвинили бы в колдовстве.

Поэтому Тревор убил себя.

С маленькой помощью вашего покорного слуги.

«Вот почему я больше никогда ни о чем не сообщаю, — говорит Фертилити. — Может, если бы приют для сирот должен был сгореть, я бы сообщила, но эти люди убили моего брата, поэтому зачем я буду оказывать им такую честь?»

Чтобы спасти человеческие жизни, я могу рассказать Фертилити правду, я убил ее брата, но я этого не делаю. Мы сидим на автобусной остановке и не разговариваем до тех пор, пока вдали не показывается ее автобус. Она пишет мне свой номер телефона на товарном чеке, который она подобрала с земли. Отличный чек на триста с лишним долларов, если я пойду с ним в магазин и сжульничаю по обычному сценарию. Фертилити говорит, чтобы я выбрал катастрофу и позвонил ей. Автобус увозит ее куда-то — на работу, на обед, спать.

Согласно ежедневнику, я чищу плинтусы. Прямо сейчас я подстригаю живую изгородь. Я стригу газон. Я чиню автомобили. Я должен был гладить, но я знаю, что соц.работница уже делает это за меня.

Согласно Статистическому Пособию по Расстройствам Психики , я должен пойти в магазин и украсть что-то. Я должен выплеснуть накопившуюся сексуальную энергию.

Согласно указаниям Фертилити, я должен упаковать обед, чтобы мы могли поесть, наблюдая, как какие-то люди погибнут. Я могу представить, как мы сидим на бархатном месте для влюбленных в вестибюле гостиницы, попиваем чай днем во вторник и наблюдаем за всем из первого ряда.

Согласно Библии, я должен… не знаю, что.

Согласно доктрине Правоверческой церкви, я должен быть мертв.

Ничего из вышеперечисленного не занимает мое воображение, поэтому я просто брожу по центру. Возле частной пекарни запах хлеба, а через пять дней, по словам Фертилити, взрыв. В глубине зоомагазина сотни канареек порхают из конца в конец воняющей переполненной клетки. Через неделю все они будут свободны. Что потом? Я хочу сказать им: оставайтесь в клетке. Есть вещи лучше, чем свобода. И есть вещи хуже, чем прожить длинную скучную жизнь в чьем-то доме, а затем умереть и отправиться в канареечный рай.