Мутанты - Сергей Алексеев

– У нас превосходные кадры, мистер Странг, – несколько поспешно заметил пан Кушнер, взявший на вооружение сталинскую манеру не упускать инициативы в разговоре. – А скажите, Николай Семенович, есть ли возможность выманить мутанта на украинскую территорию? Какие соображения на этот счет?

Он уже советовался!

– Возможности имеются, но нет необходимости, – был ему ответ.

– Охота в сопредельном государстве вызовет определенные проблемы. Визовая служба, оружие, сертификация, транспортировка… Все можно решить, но на это потребуется очень много времени.

Волков посмотрел американцу прямо в глаза:

– Если мистер Странг человек смелый и решительный, проблем не будет.

– Ес! Ес! – встрепенулся тот, едва выслушав переводчика.

– У меня на границе два надежных «окна», – поражаясь своему спокойствию, проговорил таможенник. – По моему сигналу из России либо в моем сопровождении мистер Странг выдвигается к месту охоты. Это займет не более трех часов…

Договорить ему не дала внезапно возникшая у ворот суета и ворвавшаяся во двор музыка. Стражники распахнули створы, и на территорию резиденции влетел джип. Оттуда чуть ли не на ходу выпрыгнул Гуменник, за ним телохранитель. И оба, отплясав гопака, с шумом устремились к беседке. Батько был сильно пьян и возбужден, оселедец свалился на лоб, красные глаза нездорово поблескивали, хотя гримаса сладострастия уже исчезла с его лица.

– Сильва! – заорал он. – Яка жинка! Это полный… Сильва! Поихалы в ничник! Побачиш сам ! А як танцюе з тычиной!

Депутат попытался урезонить его и повлек было к особняку, но Гуменник вырвался и кинулся к американцу:

– Слухай, Джон ! Та що тоби ци мутанты? На хрен они? Поехали в клуб! Это же статуя свободы! Это же Свобода, озаряющая мир! А что она творит на дрючке, Джон! Я за вами приехал!

Телохранитель попытался оттащить своего шефа, но получил стеком по плечу. И тогда на помощь бросились охранники. Они все вместе оторвали батьку от земли и понесли в особняк. Слегка перепуганный натовский чин встряхнулся, вдруг обнял таможенника и, указывая на батьку, произнес длинную, булькающую фразу.

– Как ты считаешь, мистер Волков, – переводчик был на месте, – наш друг заинтересовал бы мутанта, если бы в таком виде оказался у него на пути?

Американец весело и откровенно расхохотался, показывая, что это шутка. Однако пан Кушнер все держал под контролем и не отвлекался от темы, поскольку Волков услышал его ворчливый, сталинский голос:

– Все это похоже на авантюру: сигналы, «окна» на границе. Мы не можем рисковать и подвергать опасности мистера Странга…

Переводчик оказался длинноухий и, видно, имел задание переводить все, что слышит, поскольку американец вдруг схватил руку Волкова, благодарно затряс ее и улыбаясь затрещал.

– Вау! Я обожаю авантюры! – рикошетил слова переводчик. – А риск и приключения доставляют мне истинное наслаждение! Благодарю, мистер Волков! Зови меня просто Джон!

Столь страстная речь окончательно сломала депутата. К тому же у него заурчал телефон и начался длинный монолог, теперь, кажется, на испанском.

Когда охотник за мутантами наконец-то отстал, а пан Кушнер закончил разговор, Николай Семенович уловил наступление момента истины.

– Все дело едва не загубила ваша родственница, – заявил он депутату. – Своим крайне вызывающим поведением. В самый ответственный момент сбора информации! Мы вообще могли лишиться возможности охоты…

– Да, мне сообщили, – недовольно обронил тот. – Тамара устроила скандал в ночном клубе.

– Гнусный скандал! Но не только! Она танцевала, с шестом! Батько Гуменник присутствовал! Эротические танцы в ночном клубе!

– Это ваша супруга! – вдруг перебил депутат. – Почему вы предъявляете мне претензии? А жинку свою следует воспитывать! В том числе и плетью, як диды вчилы.

– Тамара жена незаконная, – напомнил Волков. – Плетью не имею права! Да и не поддается она никакому воспитанию. По этой причине сообщаю вам, Сильвестр Маркович: в настоящее время я прекращаю всяческие с ней отношения. Это позор и компрометация! В том числе и вас!

И тут, можно сказать на самом главном, у пана Кушнера опять зазвонил мобильник. На сей раз он кого-то выслушивал, бросая короткие, волевые фразы на польском. Однако с поистине сталинскими способностями пан успевал все сразу и не утратил нити их разговора, даже наоборот, сам привел его к заключению.

– Добре, добре Мыкола Семенович, – сдался депутат и по плечу похлопал, что означало высшее его расположение. – Що з жинки взяты? Москали, воны вси беззаконни, поганый вплыв. Не згадуй, як кошмарный сон!

Он заговорил на мове, как говорят на латыни доктора над больным, чтоб тот ничего не понял. Переводчик и в самом деле хлопал ушами и губами, но не произносил ни звука.

Волков про себя облегченно вздохнул: Сильвестр Маркович давал ему вольную.

– Вона начнет преследувати мене, – однако же предупредил он, – начнет гвалтуваты… И пошкодыть ловлю! Треба принимать меры!

– Це я беру на себе – улагоджу и безпеку забезпечу! Не журысь! – И добавил шепотом: – Колы американець добу-де мутанта, буты тоби головою администрации…

– А як же ж Дременко? – благородно спросил Мыкола.

– На Дременко есть другие виды, – неопределенно проговорил депутат.