Антиглянец - Наталия Осс

Автобус забрался в самую сердцевину узких переулков и остановился возле отеля. Было 10 утра.

Мы вошли в лобби. Очень гламурно. Бежевое с золотом, колонны, лилии в огромных вазах, мелкие детали большого стиля.

– Наконец-то ты приехала!

С бежевого бархатного кресла медленно поднялась Ведерникова. Она шла по мраморному скользкому полу прямо ко мне. Нет, к Жаклин. Они повисли друг на друге. Подруги.

А я еще считала в аэропорту девушек и не нашла седьмой! Седьмой была она. Ведерникова, о которой я не думала последние две недели. Никто не знал, чего мне это стоило, но мне это удалось! И в одну секунду мои призовые очки обнулились.

Я стояла в той же точке, перед той же проблемой, которая узнавалась по горькому привкусу во рту. Так всегда ощущается несчастье.

Девочки сбились в группку – в центре Жаклин и Настя, о чем-то говорили с портье. Там что-то не так. Я стояла одна и курила.

– Борисоф, иди! – Жаклин энергично махала мне рукой.

Надо собраться. Это же командировка, в конце концов! Я заскользила по мрамору, на ходу пытаясь собрать лицо.

– Сейчас едем наш офис. Познакомить с креативным директор Поль Бриссар.

– Отлично. Во сколько надо быть на ресепшн?

Блондинка с Виттоном легонько толкнула меня в бок:

– Едем прямо сейчас. В отель не селят, слишком рано. Чек ин у них в 12.

– Так, все готовы? За мной. Чемодан оставить портье!

Настя шарила в сумке.

– Кажется, забыла!

– Что, хароший? Что потерял?

– Жаклин, катастрофа, я забыла зарядник!

Настя продемонстрировала телефон. Точно такой же, как у нашей ассистентки Веры. Розовый в пупырышках «Верту».

Когда я первый раз его увидела, еще подумала – какой агрессивный дизайн.

Телефон, похожий на боеголовку, как будто его делали для военных ястребов – чтобы они звонили из Пентагона в НАТО. А потом я случайно наткнулась на розовую боеголовку в салоне сотовой связи.

– Точно как у нашей ассистентки, – поделилась я информацией с продавцом без всякой задней мысли.

– А где же вы работаете, что у вашей ассистентки «Верту»?

Цена телефона равнялась остаточной стоимости моей машины. Вере подарил телефон папа, олигарх-light, так же как и «Порш», на котором она подвозила девчонок до метро. Я догадывалась, кто подарил телефон Насте.

– Я тебе свой зарядник дам, – сказала брюнетка с сумкой Фенди.

– Звонить можно из отель, – сказала Жаклин.

– Девочки, я не могу целый день без связи. Это катастрофа! Оператор мой звонка ждет, ну как это без телефона… Жаклин, я сейчас поеду в бутик. Дай мне адрес офиса.

– Настия, сейчас презентация в офис. Ты не можешь ехать в бутик. И зарядка стоит 700 евро. На Горбушке я покупал в три раза дешевле, – Жаклин в доказательство достала свой телефон, Vertu черного цвета. Пожалуй, она мне начинала нравиться.

Но Настя гнула свое.

– Это не вопрос денег. Немыслимо без телефона в Париже.

– Бумагу дать! – Жаклин сдалась.

Одна из младших девочек метнулась к стойке, принесла листок, ручку, подставила свою сумку, чтобы Жаклин было удобнее писать.

– Пишу тебе и адрес ресторан, где обед. Если ты опоздать в офис. – Она была очень недовольна, но сдерживалась.

Настя бросилась к ней на шею.

– Ты самая лучшая, Жаклин! Я тебя люблю!

Жаклин разулыбалась. А этот ларчик, оказывается, легко вскрыть. Жаклин не могла устоять против светской лести.

– Жаклин тебя понимать. Тебе не оператор звонить, тебе мужчина позвонить? Угадал?

Портье подогнал стайку такси. И мы поехали – Настя в бутик Vertu, все остальные – в офис L’Or. Мне хотелось выпрыгнуть из машины – стать частью толпы, идти по улице, сидеть в кафе, слоняться по магазинам дотемна. Меня отделяло от Парижа только стекло – но через эту стену было не пробиться. Я сидела, зажатая между острыми коленками коллег в кондиционированном брюхе машины, и даже не ощущала запаха города. В такси пахло французскими духами.

Офис в районе Ля Дефанс, еще одно кондиционированное безвоздушное пространство, встретил нас как родных. Поль Бриссар – милый маленький мальчик, по-моему, гей, детально рассматривал каждую из нас, пока Жаклин что-то шептала ему на ухо, потом целовал в щечку, изучал визитку. Первыми мсье Бриссару были представлены три главные фрейлины Жаклин – Яна, Саша и Оксана, – девочки из трех «больших» журналов. Их визитки с логотипами знаменитых журнальных брендов Поль брал с почтением.

– Comment sa va, Яна? Comment vas-tu, Оксана? Je suis content de te voir, Саша!

Младшее поколение – Таня и Маруся, представлявшие бренды пожиже, были приняты прохладнее. Дружелюбно, но без «комман са ва».

Последней к Полю подошла я, мобилизовав все свое дружелюбие и несколько французских слов.

– Je suis très heureuse d’être ici, Paul!

Я выучила заранее это «очень рада быть здесь».

Жаклин молчала. Никаких комментариев в ухо мсье Бриссару.

Он повертел мою визитку в руках. Улыбнулся – но как-то скудно, будто жадничал.

– Le magasine Gloss? Qu’est ce que c’est?

Моего незнания французского хватило, чтобы понять – это наезд.

– Russian media market recognizes the leading role of the «Gloss» magazine! – Я защищала честь журнала спасительными цитатами из медиа-кита…

Поль закивал – уи, уи, добро пожаловать в Париж.

L’Or гостеприимно распахнул свои объятия. Несли кофе, фруктовые коктейли, шампанское в хрустальных бокалах.

Vive L’Or! От шампанского я пыталась отказаться – с утра, без завтрака, но Жаклин скомандовала: «Пить!» Мы пили.

Смотрели рекламный ролик аромата «Mystery», слушали комментарии оператора Жана – очаровательного кудлатого парня, похожего на молодого Ришара, но ростом не ниже Депардье. Жан громко говорил, смеялся, опрокинул на себя чашку с кофе – он не очень справлялся со своими конечностями, как щенок лабрадора, неуклюжий и большелапый, – и был быстро удален Бриссаром, к огорчению всех девушек. За роликом последовала видеопрезентация компании L’Or, с графиками, объемами продаж и диаграммами роста.

За окном дышал Париж, а здесь пахло шампанским, шоколадками и видеопроектором. Тоской.

Я пыталась было записывать, но Маруся шепнула:

– Не пиши. Пресс-релиз потом дадут.

Наконец кино кончилось. Девушки схватились за сумки. Сейчас нас выпустят на волю. Поль и Жаклин пошептались, и она объявила:

– Сейчас быть презентация коллекции L’Or.

Перед ней стояло три пустых бокала. По-моему, она была уже хороша.