Скандинавские пляски - Николай Куценко

– Зачем же вы его взяли на работу? – спрашивал я старожилов бизнеса.

– Да ты понимаешь, он нам сказал, что в «Моблайне» у него несколько десятков людей было в подчинении, и отвечал он там за всю бумажную работу по продажам, – оправдывались они.

– И что же вы, поверили?

– В том-то и дело, что да, мы же не знали, кто он на самом деле.

– А теперь хотите, чтобы я его уволил, так как сами не смогли?

– Ну, просто как его уволишь, он и не поймет-то даже за что, рука на него не поднималась просто. А ты уж сам решай, что с ним делать…

Была у Тимофея одна очень интересная особенность, которая, видимо, и помогла ему устроиться на работу. Он был от природы сказочником, ну, или фантазером. Причем умудрялся так завираться, что уже и сам верил в те небылицы, которые выходили из него обильным потоком. Первый раз я заметил это на обеде с руководством, куда я решил его пригласить по незнанию. Мой босс в самый разгар ужина стал интересоваться тем, как из Москвы добраться до Сочи. Дело было как раз перед Олимпиадой, и всех иностранцев этот вопрос волновал больше всего. Участники ужина начали было рассказывать о возможных вариантах, как вдруг Тимофей всех прервал:

– Да зачем на самолете туда лететь, дорого ведь, да и билет сейчас не купить уже перед Олимпиадой, – отрезал он.

– А как? На поезде тогда? – поинтересовался президент.

– Да нет же, какой поезд, на машине можно.

– Так это же долго… на машине-то, – ответили все.

– Долго, если дорог не знать. В общем, есть там дорога… прямая, шоссе от Москвы до Сочи, без остановок как бы…

– Чего?! – вырвалось уже у меня.

– Ну, мы с другом эту дорогу случайно нашли, ночью потерялись в Подмосковье и случайно выехали на какую-то пустую трассу, – в спокойном духе продолжал Тимофей.

– И что?! – уже не выдержал мой босс.

– Да так, ничего. Поехали по ней быстро. Она же пустая была, видать, не знал еще никто про нее. Секретная! Ну и доехали… до Сочи. Потусили там, а утром домой вернулись.

– Тимофей, а ничего, что там горы вообще-то? – уже не выдержал я.

– Ну да, точно, горы тоже были, но в них тоннели прорыли, сейчас новые машины закупили под Олимпиаду, бурят в горах тоннели… довольно быстро.

Наступила звенящая тишина, и кто-то резко перевел тему, чтобы не зацикливаться на этом странном путешествии. Но после ужина президент подошел ко мне и спросил:

– Это правда, по поводу прямой дороги из Москвы в Сочи под горами?

– Нет! – однозначно ответил я.

– Николай, этот Тимофей очень странный человек…

– Я тоже это заметил, – ответил я и попытался перевести все в шутку.

Со временем Тимофей перестал меня стесняться и стал выдавать подобные истории пачками. За один обед он с легкостью мог сочинить их до трех штук, причем спорить об их правдивости с ним было бесполезно. То он встретил в метро девушку-модель с усами Д’Артаньяна и убеждал, что носить закрученные усы у моделей теперь является нормой, то о том, что его подруга из Усинска (откуда приехал Тимофей), соблазняя шейхов в Эмиратах, стала миллионершей. Причем ни один из шейхов так с ней и не переспал, в силу того, что, видя ее голой, уже достигал оргазма от одного только этого созерцания и не был уже способен ни на что другое, отдавая ей все, что у него было. А то вообще грозился позвонить какому-нибудь другу-олигарху и пригласить его к нам на ужин в разгар вечернего мероприятия. Последнее, надо добавить, делалось уже не в очень трезвом состоянии.

Тимофей был странным, и все об этом знали. Хуже всего было то, что он был абсолютно бесполезным для нашего бизнеса, и я, как руководитель, понимал, что решение рано или поздно надо будет принимать. Напротив, Тимофей ходил в отдел кадров и устраивал там небольшие скандалы – требовал, чтобы его ценили, повышали зарплату и в целом обрисовали ему дальнейший путь в корпорации. Понятие о зарплатах он черпал из каких-то историй друзей-сказочников:

– В Москве средний представитель «офисного планктона» получает триста штук в среднем. Так что с работой и деньгами в Москве проблем нет, – говорил он всем.

Себя он, видимо, тоже оценивал в эту цифру, хотя его реальная зарплата была в несколько раз меньше. Но, по словам кадровиков и некоторых сотрудников, Тимофей вовсю готовился к повышению, тем самым не оставляя мне выбора.

Утром я назначил встречу, на которую пригласил нашего главного эйчара и Тимофея. Последний был в прекрасном расположении духа, я же, напротив, чувствовал себя ужасно скверно. Я жутко не люблю увольнять людей, которых не брал на работу, понимая, что мне приходится исправлять чужие ошибки. Но это уже часть моих обязанностей, и от нее никуда не деться. В общем, мы втроем собрались в маленькой переговорной.

– Тимофей, я знаю, что вы уже давно в этом бизнесе и ждете каких-то перемен… В общем, я постоянно слышу, что вы недовольны своей позицией и зарплатой, – начал аккуратно я.

– Ну, в целом я доволен. Но надо же расти. В Москве «офисный планктон» в среднем зарабатывает…

– Да, да. Я это слышал. Можете не продолжать, – перебил я его.

– Ну да, вот поэтому я думаю, что я уже готов к росту… давно.

– Тимофей, вы только правильно меня поймите сейчас. У нас нет возможности для вашего роста, и мне кажется, что… Вам их надо поискать за пределами компании. Здесь вы не сможете реализовать свой потенциал…

– Что вы хотите этим сказать? – немного испугавшись, спросил он.

– Я думаю, что вам лучше поискать другую работу, Тимофей.

– Вы хотите меня уволить?

– Да, – поставил я точку.

Возникла небольшая пауза. Тимофей не знал, как ему дальше вести себя, основные слова были сказаны. Он внезапно встрепенулся, улыбка вновь появилась на его лице:

– Да, конечно, я легко найду себе работу в Москве. Вы за меня не переживайте. В Москве ведь средний представитель «офисного планктона» зарабатывает триста штук. Так что вы за меня не переживайте…

– Не буду, – соврал я. В этот момент мне стало его жалко. Я вдруг понял, что он действительно искренне верит во всю ту чушь, которую обсуждают вокруг, и во все те истории, которые он придумывает. В общем, в весь этот информационный мусор, что нас окружает. И я стал за него беспокоиться.

– У меня все будет хорошо. Я сегодня же уйду. А ребятам скажите, чтобы не расстраивались, да и вы, Николай, не расстраивайтесь, а то у вас лицо какое-то грустное стало.

– Ничего, Тимофей, это я так… Не обращайте внимания.

– Все будет хорошо!

С того момента прошло уже несколько лет, но, насколько мне известно, он так и не нашел работу. Вернее, были какие-то проходные варианты, но Тимофей не удержался и на них. Он даже вернулся в Усинск на какое-то время, но и там его никто не ждал. Недавно я случайно встретил его в одном из переулков Москвы. Он шел с какой-то дамой под ручку. Обрадовавшись, он подбежал ко мне.