Рэперы - Дмитрий Натальский

— Я вообще переломаться мог, если бы не сгруппировался — посетовал Рэм.

В последний день съемок мы доделали клип. Никаких особенных проблем не возникло — мы доснимали обычные сцены, в которых Джин играет, а мы просто читаем рэп. Через неделю мы собрались на студии, чтобы Антон Сергеевич показал нам готовый клип и предложил свой план по выпуску и продвижению нашего альбома.

Через неделю мы снова собрались в офисе «Мега Рекордс». Антон Сергеевич и режиссер усадили нас в мягкие кресла перед большим экраном.

— Ну что, готовы увидеть результат нашей работы? — спросил Антон Сергеевич, потирая руки.

Мы с нетерпением закивали. Наконец на экране появились первые кадры нашего клипа — я, с оружием наперевес, мчусь сквозь мерцающий туннель на фоне зеленого экрана. Заиграла музыка, и мы с пацанами стали читать под неё свои куплеты.

Дальше следовали динамичные сцены боя с чудовищами, взрывы, сражения с огненными демонами. Мы с ребятами то и дело появлялись на экране — сосредоточенные, в боевой стойке, с оружием в руках. В самом конце я спасал красивую девушку из лап чудовища и уносил её на руках.

Когда на экране появились финальные титры, в комнате повисло молчание. Мы сидели, разинув рты от восторга — получилось даже лучше, чем мы рассчитывали.

— Ну как, понравилось? — спросил Антон Сергеевич.

— Да вы просто гении! — воскликнул Рэм. — Это же выглядит как блокбастер!

Я энергично закивал:

— Офигенно! Любому зрителю зайдет.

Антон Сергеевич довольно улыбнулся:

— Рад, что вам понравилось. Это была командная работа.

Он хлопнул в ладоши, привлекая наше внимание:

— Ладно, теперь пора обсудить следующий этап — продвижение.

Мы с интересом уставились на него.

— Во-первых, мы запустим масштабную рекламную кампанию в интернете и ТВ, чтобы охватить как можно больше людей. Баннеры, тизеры, ротация на радио — всё для привлечения.

— Звучит здорово! — кивнул Паук. — Так точно дойдёт до целевой аудитории.

— Во-вторых, организуем автограф-сессии в ключевых торговых центрах Сургута, — продолжил Антон Сергеевич. — Это позволит распространить альбом, для начала, у нас.

Я представил, как мы с пацанами сидим за столами в окружении поклонников, раздаём автографы и фоткаемся с ними. Ништяк!

— И наконец, главное — концертный тур по крупным городам с финалом на фестивале в Москве, — торжественно объявил Антон Сергеевич. — Выступления перед живой аудиторией — вот наша цель. С них-то деньги и зарабатываются.

У меня челюсть отвисла от изумления. Гастроли по городам? Выступление в Москве? Да это же то, о чём я мечтал! Пацаны тоже были в восторге от перспективы выступать перед настоящей публикой.

— А группу поддержки мы вам предоставим, — добавил Антон Сергеевич.

— Просто супер! — воскликнул Рэм. Паук хранил молчание.

После обсуждения маркетингового плана Антон Сергеевич отпустил нас домой:

— Ну всё, ребята, можете идти. Через неделю начинаем подготовку к первому концерту, а там и копии альбома первые отпечатаются.

Когда мы вышли из офиса на улицу, я почувствовал невероятный прилив сил и энергии. Глубоко вдохнув свежий воздух, я повернулся к пацанам:

— Ну что, мы почти добились славы! Остался последний рывок.

— Ещё чуть-чуть — и весь рэп будет у наших ног! — воскликнул Рэм, хлопая меня по плечу.

— Придётся много поработать, чтобы всё прошло идеально, — задумчиво произнёс Паук. — Не зря же мы досюда добрались!

После этого началась напряженная подготовка к предстоящим концертам. Мы ежедневно собирались на «чердаке» у Паука, чтобы репетировать выступления и оттачивать шоу.

В один из дней мы как всегда тусовались у Паука после работы.

— Бля, еще немного, и я свихнусь от этих ебучих репетиций! — в сердцах выпалил Рэм, растягиваясь на диване. — Каждый день одно и то же, я уже тексты во сне бормочу.

Я хлопнул его по плечу:

— Да ладно тебе, потерпи. Это для нашего же блага, чтобы на сцене все было идеально.

— Ёпт, я понимаю, — проворчал Рэм. — Просто уже охуевать начинаю от этой рутины. Хоть бы развлечься, как следует…

Тут я заметил в углу гитару, и мне пришла в голову идея:

— Идейка, давайте сейчас проведем маленький джем-сейшн просто для души! Никаких репетиций и расписаний, просто чего-нибудь попридумываем под вдохновением момента.

Лица ребят тут же просияли от предвкушения.

— Какой ещё нахуй джейм-сейшн — спросил Рэм.

— О, заебись! — обрадовался Паук, поняв, что я имею в виду. — Я как раз новенький бит набросал. Давайте на него что-нибудь закинем.

Он включил магнитофон, и по комнате разлились медленные тягучие ритмы с мрачноватым оттенком.

— Круто звучит! — я одобрительно закивал головой в такт музыке. — Подходит для философских размышлений.

Рэм схватил лист бумаги и ручку:

— Ага, вдохновение почти поймано! Давайте начнем.

Я прикрыл глаза, вслушиваясь в музыку и пытаясь поймать вдохновение. Перед мысленным взором возник образ одинокого путника, бредущего по бескрайней заснеженной равнине. И я выдохнул первую строчку, даже пропел:

«Куда ведет тропа зимы? В никуда, как и мы…»

Рэм тут же подхватил:

«Пурга заносит следы, и холодно в груди…»

Так по очереди мы стали сочинять строки, создавая мрачноватый, но искренний текст о тщетности всего земного. Когда основные куплеты были готовы, Джин добавил минорную гитарную партию, придавая звучанию глубины.

Через час у нас получился отличный философский черновик, записанный наспех, пропитанный грустью и разочарованием.

— Огонь! Аж муражки, — я довольно потер руки. — Так, натурально, и рождаются шедевры.

Рэм затянулся сигаретой и выпустил струю дыма:

— Ебать, и правда кайфово получилось! Прям взбодрило после «Скола» ежедневного.

Еще через пару дней мы снова заебались от репетиций, к которым добавилась и недавно написанная песня. Альбом мы уже увидели, первые копии раздали друзьям, а даты концертов уже потихоньку начинали назначаться. Рэм снова лениво валялся на диване, явно на пределе своих сил.

— Бля, не могу больше! Еще час этой хуйни, и мозги через уши потекут! — простонал он.

Я хлопнул его по плечу:

— Да ладно тебе, осталось совсем чуть-чуть потерпеть, а там и первый концерт.

Но тут Лёха, который отрабатывал очередной брейк-данс перфоманс и просто кайфовал от своих же движений, неудачно приземлился на ногу и взвыл от боли:

— Аррргх, бля! Кажется, я поломался!

Мы бросились к нему на помощь. Лёха сидел на полу, хватаясь за лодыжку и морщась.

— Дай гляну! — я аккуратно ощупал его ногу в районе щиколотки. Лёха ойкнул.

— Ёпт, походу и вправду растяжение или трещина какая-то, — констатировал я. — Нужно в больницу съездить.

Мы помогли Лёхе добраться до машины такси и поехали с ним в травмпункт. Там врач подтвердил наши опасения —