Армен - Севак Арамазд

Нижний Китак от Верхнего Китака отделяла узкая, но довольно густая лесополоса, а с двух сторон его ограничивали, словно беря в клещи, рукава реки. Это было старое, забытое поселение, где никогда не выветривался влажный болотный дух, смешанный с прогорклым запахом выжженной травы, постоянно приносимым ветром из бескрайних пустынных степей. Главная дорога, делившая эту дикую местность на две части, имела тот же запущенный и безнадежный вид, как и бесформенные нагромождения тянувшихся вдоль нее жалких лачуг и хижин, которым, кажется, не было конца. Среди них то здесь, то там возвышались редкие особняки, похожие в этой повсеместной серости на случайные светлые пятна, еще резче подчеркивающие общее убожество. Чем дальше углублялся Армен в Нижний Китак, тем больше утверждалось в нем это грустное впечатление. Отыскав наконец нужный адрес, он увидел, что дорога выходит за пределы Китака и, пересекая реку, теряется в неоглядной дали.

С правой стороны высилась роща гигантских деревьев, сквозь которые виднелись какие-то продолговатые уродливые строения. Впереди, в примыкающем к роще обширном поле серо-зеленого цвета, весело резвилась ребятня. Когда Армен подошел ближе, все дружно прекратили игру и с любопытством уставились на незнакомца. На вопрос, знают ли они, где находится мастерская, ответили все сразу: «Вон там!.. Вон там!..» — подняв невообразимый гвалт.

Армен улыбнулся и, закрыв уши ладонями, присмотрелся к детям: в основном это были малыши, большеглазые, похожие друг на друга, вывалявшиеся в пыли, босые и полуголые.

— А где живет сторож мастерской, можете сказать?

— Он спрашивает про Ату, ха-ха-ха! — толкаясь и заливаясь смехом, снова расшумелись дети. — Ему нужен Ата!

— У Аты нету дома! — крикнул кто-то из них. — Он живет в лесу, как волк, а по ночам воет. Вот так: у-у-у! — Малыш встал на четвереньки, запрокинул голову и завыл, подражая волку.

— У-у-у-у!.. — немедленно подхватили остальные, и снова поднялся страшный шум.

— Прекратите! — Мягкий девичий голос не потонул в общем гаме, его услышали.

Из-за деревьев, отделившись от их тени, появилась тоненькая хрупкая фигурка. Это была юная девушка, вступающая в пору совершеннолетия, с круглым милым личиком и просыпающейся женственностью. Плавной походкой прорезала она неистовую ораву ребятишек, остановилась перед Арменом и с подчеркнутым достоинством спросила, какая нужда привела его в это место. Грусть, затаившаяся в глубине ее выразительных глаз, удивила Армена. Он сказал ей, что здесь собираются строить «Детский мир» и что он ищет сторожа мастерской.

Малыши, окружившие Армена и внимательно слушавшие, снова стали шуметь.

— «Детский мир»!.. «Детский мир»!.. — Они радостно толкались, прыгали, кувыркались.

— А нам разрешат играть в этом «Детском мире»? — спросил один из них.

— Конечно, — улыбнулся Армен.

— В любую игру?

— В любую.

— Ух ты! — восхищенно отозвались дети. — Мы будем играть! Будем играть!

— А как тебя зовут? — прищурив глазки, спросила какая-то бойкая девчушка.

— Армен.

— Армен построит «Детский мир»!.. Армен построит «Детский мир»!.. — Она стала хлопать в ладоши и притоптывать.

К ней присоединились другие ребята, и вскоре образовался веселый хоровод.

— А меня зовут Марта, — сказала юная красавица, потом неожиданно зарделась и опустила глаза. — Знаете, Ата пьяница, он одиноко живет в мастерской, говорят, у него нет даже постели и он спит на опилках. Он никогда не бывает трезвым, и неизвестно, чем занят. Никто не видел чтобы он работал, зато он очень любит рыбалку и каждое утро возвращается с реки, с удочкой в руке и, конечно, пьяный: пошатывается и поет, — обстоятельно информировала Марта. — Ата не местный, он приехал откуда-то издалека. Все его боятся, потому что он очень жестокий. Говорят, убить человека для него так же просто, как овцу зарезать…