Путь к солнцу - Корбан Эддисон

Грийер представил Томаса Саманте Пендерхук, директору юридического отдела. Саманта, маленькая изящная блондинка родом из Чикаго, очень понравилась Томасу; она казалась воплощением деловитости и работоспособности. Они пожали друг другу руки, и Саманта жестом пригласила Томаса присесть.

— Я уверена, Джефф уже обрисовал вам картину того, чем нам приходится здесь заниматься, — начала она. — Но мои слова, пожалуй, прозвучат более резко. Бомбей — это не округ Колумбия. Здешняя судебная система способна свести с ума кого угодно. Суды забиты до отказа, и дела ведутся настолько странно, что это будет выводить вас из себя, даже когда вы привыкнете к индийской манере. В качестве компенсации мы предлагаем вам две вещи: первое — это возможность действительно изменить к лучшему судьбы реальных людей и второе — чай со специями, который готовит наша Сара. — Саманта сделала паузу и посмотрела на дверь. — Вот это точность!

В комнату вошла молодая индианка с подносом, нагруженным дымящимися чашками. Она улыбнулась и принялась передавать чашки всем присутствующим.

Томас взглянул на Саманту.

— Ну, чай мне нравится. А со всем остальным я справлюсь.

Она слегка улыбнулась.

— Если вы скажете мне то же самое через два месяца, тогда я вам поверю.

Потом Джефф представил Томаса Найджелу Макфи, заведующему отделом расследований. Телосложением Найджел походил на медведя. Он родился в Локерби, в Шотландии, служил в войсках особого назначения, потом был специальным агентом MI5, а потом, по собственному признанию, «прозрел» и начал работать на CASE.

— Бомбей находится далековато от Локерби, — заметил Томас.

— С таким же успехом он мог бы быть на луне, — парировал Найджел. — Большую часть года жить в этом городе так же приятно, как в малярийном болоте. Но я приехал сюда не в отпуск. В Бомбее полно плохих парней. Головорезов, сутенеров, гангстеров, торговцев наркотиками, владельцев борделей. Как раз таких я и люблю. А копы еще лучше. Тут самые некомпетентные и коррумпированные полицейские из всех, каких мне приходилось встречать. За исключением пары-тройки приличных. Так вот, за удовольствие иметь с ними со всеми дело я готов жизнь отдать.

— А почему офис расположен не в Южном Бомбее? — спросил Томас. — Как-то далеко от реального места действия.

— Я показал ему Каматипуру, — пояснил Грийер.

Найджел хохотнул:

— Мальчик мой, Каматипура — это только начало. Есть поэты, которые называют весь Бомбей одним большим борделем. Стоит немного поскрести — и обязательно наткнешься на гадость.

Томас нахмурился.

— Моя жена родилась в Малабар-Хилл. Она никогда не говорила мне ничего подобного.

— Богачи не очень-то любят говорить про такое. — Найджел посмотрел на часы. — Прошу прощения, но мне нужно успеть закончить доклад. Приходите поболтать, если вам нужно будет средство, чтобы не уснуть. Мои истории взбодрят вас получше кофе.

Последней, с кем познакомился Томас, была Рэйчел Пандолькар, директор отдела реабилитации, стройная, лет тридцати пяти индианка с тонкими чертами лица и большими глазами. Когда Джефф постучал к ней в дверь, Рэйчел беседовала с кем-то по телефону, и им пришлось подождать пару минут, пока она закончит разговор.

Наконец Рэйчел повесила трубку.

— Джефф! Рада тебя видеть.

— Я тоже рад, Рэйчел. Познакомься, это Томас, наш новый стажер.

— Добро пожаловать, — отозвалась она. — Что бы вы хотели узнать?

— Расскажи ему о наших текущих делах.

Рэйчел сложила руки на груди.

— Сейчас у нас под опекой находятся двадцать пять девушек. Десять проживают в официальных учреждениях, десять в семьях. Все несовершеннолетние. Наши люди навещают их каждую неделю. Мы тесно сотрудничаем с Комитетом по защите прав детей и заботимся о том, чтобы девочки получили образование, медицинскую помощь и внимание.

— Не хочу показаться циничным, — заметил Томас, — но в этом городе тысячи несовершеннолетних проституток. Разве две дюжины сделают погоду?

Рэйчел сверкнула глазами:

— Справедливо. А у вас есть идея получше?

— Я не это имел в виду, — поправился Томас. — Я хочу сказать, масштаб проблемы представляется мне невероятным.

Рэйчел кивнула.

— Кто-то однажды спросил мать Терезу, как она борется с проблемой нищеты в мире. Знаете, что она ответила? «Нужно просто брать и делать то, что находится перед тобой». Здесь работает тот же закон. Вести статистику — дело ученых. А у нас реальные истории. Как вы думаете, что убеждает больше?

Она посмотрела на часы, стоявшие у нее на столе:

— Уже почти полдень, Джефф. По-моему, пора закругляться?

— Уже? — воскликнул Грийер и встал. — Я совсем потерял счет времени.

Попрощавшись с Рэйчел, они вернулись в общую комнату.

— Ну, вот так мы и работаем, — подытожил Грийер. — То, что пишется в рекламных брошюрах, — только часть целого. — Он бросил на Томаса внимательный взгляд. — Я понимаю, на что вы рассчитывали. Но я должен знать одну вещь — тот ли вы человек, на которого мы сможем рассчитывать? Если есть вероятность, что вы передумаете, самое время сделать это сейчас.

Томас огляделся. Сотрудники приводили в порядок свои рабочие места перед выходными. То, что он увидел в CASE, привлекало и отталкивало его одновременно. Ему нравился царивший здесь дух товарищества и атмосфера настоящего, полезного дела, но в то же время ему недоставало того несколько привилегированного положения, к которому он успел привыкнуть в своей фирме. Большинство адвокатов из «Клэйтон», которых знал Томас, нашли бы предлог отказаться. Но он был тут; он приехал, и впереди у него был целый год, который следовало чем-нибудь занять. Дороги назад не было.

— Я с вами, — уверенно заявил он. — Я буду в офисе в понедельник.

Грийер кивнул:

— Добро пожаловать в команду.