Маскарад на семь персон - Олег Рой

Квартира, однако, была неплоха. Да что там – просто хороша. Да, явно «бабушкина» – облезающие обои, острый запах валокордина и еще какой-то медицины, с угла тусклого трюмо в темной прихожей свисает простыня, видимо, забытая после похорон. Но планировка хорошая, район приличный, до метро два шага, вид из окон вообще роскошный. Чтобы превратить эту квартиру в конфетку, нужен всего-то небольшой косметический ремонт (ну и сантехнику кое-какую поменять).

Но вслух она этого говорить, разумеется, не стала. С печальным лицом разглядывала облупившуюся кухонную раковину, подцепляла отстающие обои, щелкала по ободранным дверным косякам, по обшарпанным шкафчикам…

– Мебель когда забирать будешь?

– Да на что она мне? – удивился Громов.

– Угу, – хмыкнула Алла. – Значит, еще вывоз мебели… Потом дезодорация – запашок тут… стойкий, придется постараться. Потом сантехника, электропроводка и прочий ремонт… Иначе на эту квартиру и не взглянет никто. Да и после ремонта… Как повезет, в общем. Район-то хороший, но сейчас все как сумасшедшие кинулись новье покупать, старые квартиры годами висят.

– Хочешь сказать, что эту квартиру не продать?

– Да нет, что ты, – усмехнулась она. – Продать можно все что угодно. Тем более район действительно хороший и до метро рядом. Но продать быстро – это нет, не тот расклад. Сделай ремонт, а там поглядим. Может, удастся пока покупателей подыскать.

– А без ремонта – никак? – довольно уныло вопросил он. – И побыстрее бы…

– Ну, Громов, я что, покупателей в кармане с собой ношу? Побыстрее тебе… Без ремонта точно не обойтись, а до него еще все это барахло вывозить… – Алла поморщилась, вздохнула, как бы искренне опечаленная тем, что не всемогуща. – Но если деньги тебе срочно нужны…

– Желательно вчера, – неловко пошутил он.

– Тогда смотри, – она сменила тон с сочувственно-снисходительного на деловитый. – Есть два варианта. Первый я описала: ты приводишь квартиру в порядок, а я ищу покупателей. Сколько на это понадобится времени, заранее не скажешь. Может, за месяц желающие набегут, а может, и за год никого предложение не заинтересует. Рынок вторичного жилья переполнен, а уж от совсем старых квартир и вовсе все нос воротят. Только под офис и берут, но эта даже под офис не годится – жилой подъезд, этаж не первый.

– А второй вариант?

– Второй вариант – сбросить все на меня. То есть я сама выкупаю у тебя эту квартиру – вот прямо в том состоянии, что она сейчас – и дальше уже не твои проблемы.

– Ты сама будешь мебель вывозить? – удивился Громов. – И ремонт – сама?

– Ну что ты, – засмеялась Алла. – Найму специалистов. У меня, конечно, есть на примете все нужные – это же мой бизнес. Правда, вот именно сейчас мне не очень хотелось бы замораживать деньги – на рынке действительно затоваривание, даже после ремонта квартира будет продаваться долго, даже не знаю сколько – но, раз тебе срочно, могу пойти навстречу и рискнуть. Ты, конечно, в этом случае получишь меньше, чем в первом варианте, но без затрат на ремонт и, главное, сразу.

– Насколько сразу?

– Ну… – Алла наморщила лоб, как бы соображая. Хотя чего там соображать, свои возможности она знала как отче наш, оформить сделку можно было хоть сейчас, пока у нотариуса рабочий день не кончился. Но надо ж и что-то вроде усилий изобразить. – Скажем, завтра-послезавтра, – «поразмышляв» с минуту, решительно заявила она. – Мне же деньги нужно собрать, – вообще-то ее резерва должно было как раз хватить, но «собрать» звучало внушительнее. – За послезавтра ручаюсь, насчет завтра… ну как получится. Постараюсь.

– И сколько это будет? Если сразу.

Алла сделала вид, что подсчитывает (на самом деле она все подсчитала еще в процессе осмотра квартиры), и назвала сумму.

– Вот как? – Громов, казалось, удивился. – Я думал… Впрочем, ладно. Какой из меня ремонтник! – Он печально усмехнулся.

Алла не ожидала, что он согласится так сразу. Думала, начнет спорить, торговаться, была готова немного поднять цену (маржу-то она заложила изрядную, опустив стоимость квартиры чуть не вдвое). А он – бац и согласен. Никаких бойцовских качеств у человека. Типичный неудачник.

В отличие от самой Аллы.

13 января 20… года

– Свобода тебе идет… – многозначительно протянул Игорь, придвигаясь поближе к Кристине и закидывая руку на спинку диванчика в стратегической близости от ее полуобнаженных лопаток. Вроде и не обнял, но… А даже если бы и обнял? В конце концов, не чужой человек, единственный муж. Хоть и бывший. – Следующего супруга еще не подыскала? – Он решил провести, так сказать, разведку боем.

– Тебя беспокоит мое благосостояние или моя личная жизнь? – Кристина приняла подачу виртуозно. Она давно уяснила себе разницу между вульгарным кокетничаньем и настоящим кокетством. Которое, в грамотном исполнении, есть высокое искусство: никакой пошлой стрельбы глазами жанра «в угол, на нос, на предмет», никаких выпячиваний бюста (ну разве что совсем чуть-чуть), никаких «ах, вы такой интересный мужчина», ничего подобного – ни да, ни нет, вечный танец намеков и умолчаний.

– Меня заботит твое благополучие, – проникновенно прошептал бывший супруг почти в самое ее ухо. – Тщательнее выбирай…

– Я учту, – она взмахнула безупречно ровными, в меру густыми (ничего лишнего, чрезмерность вульгарна даже в области декольте) ресницами, одарив его благосклонным, почти благодарным взглядом.

– А может, не тратить времени?

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, Крысь, чего там… Ну отдохнула от меня, я не в претензии. Может… Ты погляди, какая мы красивая пара…

Их отражение в зеркальной колонне и впрямь производило впечатление. Лев и львица, цари зверей. Кристина оценила отражение, посмотрела сверху вниз на склонившегося к ней бывшего – и отодвинулась. Слегка, чтобы это выглядело не категорическим «иди к черту», а чем-то вроде «веди себя прилично, люди смотрят». Но в то же время достаточно заметно – чтобы «он предлагает, я отодвигаюсь» не ускользнуло от взгляда с интересом наблюдавшей за ними Аллы. Гляди, гляди, у тебя-то и вовсе никакого мужа нет! Если и был когда-то, так сгинул и концов не найдешь. Вот сиди и завидуй.

Вообще-то демонстрировать что-либо перед Аллочкой было неинтересно, но перед кем еще? Не перед серой же мышью Копыловой – забилась в уголок, молчит, как… как мышь под веником. Овца как есть. Чего вообще приперлась? А если не демонстрировать собственную всепобеждающую власть, не играть, не дергать за ниточки – вовсе с тоски свихнуться можно. Аллочка, по крайней мере способна хоть что-то оценить.

Дела давно минувших дней

Первая красавица

Кристина всегда говорила, что родилась и выросла в Твери.

Нет, не потому, что жители этого города вместо советского «Калинин» употребляли, как правило, дореволюционное название – так же, как ленинградцы почти поголовно говорили «Питер». А потому, что так было короче и… красивее, что ли. И москвичам они не завидовали: сплошная беготня в этой вашей Москве, прилавки, конечно, побогаче, но за покупками и съездить можно, электрички каждый час ходят. А жить – нет уж. Жить в этой вашей столице нормальному человеку невозможно. Вот у нас в Твери – красота! Город немаленький, древний – по летописям так постарше Москвы будет, вдобавок расположение «меж двух столиц» придавало определенный вес. Да и вообще… Если Кристина из Твери, значит, горожанка, а не какая-нибудь там «деревенщина».