Любовь со странностями и без - Маша Трауб

– Почему у меня всегда так? Не как у людей? Сашка говорит, что устал от сумасшедшей жизни. Напился и ушел. Мамин жених там, за столом. Алла все хочет начать с ним серьезный разговор, но не решается. Из-за мамы. Да еще Коля со своим больным желудком. Мама уже две таблетки выпила от давления. Тайком. Но я же видела. Переживает. Почему у нас все время что-то случается? Почему мы не можем просто спокойно посидеть за столом, как в других семьях? Это же детский день рождения! Почему мы не можем отметить день рождения ребенка? Кстати, я тоже съела кусок торта. Не отравилась же! Что я делаю не так? Я ведь стараюсь!

К Кате подполз Леня, сел рядышком и уставился на труп собаки.

– Ну вот. Разве это нормально? – показала Катя на Леню, мертвого Мотю и на все сразу. Знаешь, почему Сашка напился?

– Почему?

– Зайди в гостиную. Там сидит эта его любовь всей жизни.

– Какая любовь? – не поняла Лена.

– Ну Эм!

– Как она здесь оказалась? – ахнула Лена. День рождения точно перестал быть детским праздником, а тянул на трагикомедию.

Катя пожала плечами.

– Ее муж – мой коллега по бизнесу. Смешно, правда? Я сама чуть в обморок не грохнулась, когда все поняла. Константин должен был прийти с женой и сыном. Ну кто же знал, что его жена – это Эм?

– А сын – тот мальчик, который в нос деталь от конструктора засунул?

– Ну да. Их сын. Антон. Ухохочешься, правда? Я уже сама готова пирожки жарить, лишь бы в гостиную не возвращаться, – призналась Катя.

– Сашка поэтому накидался?

– Ну да. Ушел и бросил меня тут одну. Еще и Мотя… нашел время. Как ты думаешь, он это… того? Даже странно. Я сейчас думаю о Моте, а не об этой Эм и мамином Пете. Это нормально разве?

– Мам! Мам! Маруся говорит, что Мотя умер! Скажи, что она врет! – влетела в коридор Нюся.

– Нет, он пока не умер. Мы ждем врачей, – ответила Катя.

– Он в коме? – уточнила Нюся.

– Можно и так сказать.

– Он будет ходячим мертвецом, – зловеще произнесла Маруся, появившись вслед за Нюсей, – будет ходить по ночам как привидение и лаять шепотом. И свою миску передвигать с места на место.

– Маруся, ты-то откуда этого ужаса набралась? – ахнула Лена.

– Любовь Михайловна нам сказала, – спокойно ответила Маруся. – Любовь Михайловна говорит, что привидения в каждом доме живут и ищут спокойствия.

– Так, девочки, Мотя еще не умер. Приедут врачи и его спасут, – объявила Катя.

– А того мальчика они тоже спасут? Или он будет еще один привидением в нашем доме? – уточнила Нюся.

– О господи, где же «Скорая»? Лен, сходи к воротам, вдруг Сашка ушел, а открыть некому?

Лена отправилась к воротам, где действительно наткнулась на две бригады врачей – ветеринарную и детскую. Сашки поблизости не наблюдалось. Лена привела врачей к дому. Мальчику, которого звали Антоном, быстро оказали помощь и вытащили из носа деталь конструктора. Моте помочь уже было нельзя. Ветеринарный врач спросил, не хочет ли Катя усыпить Жулю.

– Я бы согласилась, – сказала Маруся.

– Я бы тоже, – поддержала ее Нюся.

– Девочки, разве вы не любите Жулю? – ахнули Лена с Катей.

– Нет, – дружно ответили девочки.

– Девочки, так нельзя говорить! Жуля переживает из-за Моти, поэтому так лает! Разве у вас нет чувства сострадания?

– Нет, – отозвались девочки в унисон.

В этот момент из ванной вывалился Коля, и ему тоже оказали первую помощь. Алла кружила над мужем, как орлица над орленком. Побежала заваривать крепкий чай. Коля капризничал и отказывался от чая и помощи. Алла чуть ли не силой уложила его на диван и уговаривала выпить таблетки. В туалет тут же выстроилась очередь.

Любовь Михайловна объявила, что пора накрывать стол к чаю, чтобы вечер наконец закончился. Ее жених повез внука к бабушке, своей бывшей жене, с которой якобы не виделся и не общался последние лет двадцать. Оказалось, что очень даже общался, буквально накануне. Леня покорно подставлял ногу, чтобы побыстрее одеться. Его бабушка висела на трубке и напоминала, чтобы не забыли бутылочку с водой, творожок и банку яблочного пюре. И чтобы по дороге Петр снял деньги и привез наличные.

– Да, конечно, не волнуйся, – лебезил Петр. – Да, помню про шарфик. Шапочку на лобик натяну. Да, завтра приеду, погуляю с Леней.

Любовь Михайловна смотрела на своего жениха другими глазами. Ее мечты о белом платье и венчании рухнули в один миг. Быстрее, чем на страницах книги. Катя заскочила на кухню и рывком опрокинула в себя рюмку коньяка. Она плакала. Тихо, но надрывно. Хватая воздух ртом. Лена подошла и обняла подругу.

– Я больше не могу. Не выдержу. А они сидят и не уходят. Почему они не уходят? – Катя не кричала, а шептала. Но лучше бы она закричала.

Лена слышала про Эм часто. Это было еще в то время, когда Катя встречалась с Сашкой. Эм стояла за ними невидимой тенью. И Сашка подробно рассказывал Кате про свою бывшую пассию, любовь всей своей жизни, женщину-мечту, воплощение всех лучших черт. Катя слушала, кивала, но была уверена – Сашка женится на ней. Так и случилось. Про Эм Сашка рассказывал всем, включая Лену и Любовь Михайловну. Кате было совершенно наплевать на эту Эм и на Сашкины истории.

– Почему ты так спокойно реагируешь? – удивлялась подруге Лена.

– Ну, если честно, я думаю, что все это надо делить на пятьдесят, – рассмеялась Катя. – Эта его Эм получается не женщиной, а персонажем из книги. Это его фантазия. То она у него женщина-вамп, то невинная лань, то покорительница Эвереста, то болезненная недотрога. Я, если честно, даже не верю в ее существование после таких описаний. Мало ли кого я себе в постели представляю!

– Но ведь Сашка не будет любить тебя так же сильно, как эту Эм. Он это прямо говорит.

– Зато он щедрый, добрый, хочет детей. И он легкий, понимаешь? Мне с ним будет легко жить.

– Сашка легкий? Да он зануда, каких поискать! – спорила Лена.

– Со мной он легкий, – пожимала плечами Катя. – Мне он подходит. Для жизни. Понимаешь? Одному нужна жесткая подушка, другому мягкая, третьему – средняя, а четвертый вообще без подушки спит. Вот Сашка – моя удобная подушка.

Если собрать все Сашкины рассказы, получалось, что Эм была его жизнью, его женщиной с большой буквы. У нее не находилось недостатков. Умная, красивая, терпеливая, трепетная, начитанная. Она была идеалом. Сашка сходил с ума. Когда он говорил об Эм, его дыхание прерывалось. И любые попытки вернуть его на землю оборачивались скандалом.

– Неужели такая безупречная? – вежливо интересовалась Любовь Михайловна, которая всегда любила посплетничать и перемыть кому-нибудь кости.

– Как вы можете сомневаться? – немедленно заводился Сашка. – Вы ее не видели! Вы просто не представляете, какая она!