Большой бамбук - Тим Дорси

— Его имя значится в титрах как минимум шести десятков картин.

— Из-за каких таких заслуг?

— Поставляет Гликам кокаин.

Дзынь!

— Это Даллас… Алло?.. Да-да. Я знаю, где. это… увидимся в десять…

— Где это? — полюбопытствовал Марк.

— На пересечении Мелроуз и Ла-Бри, — ответил Педро. — Вечеринка по случаю нового брэнда духов. Их еще выпустила одна телка. Ну, та, которая поет. В афганском ресторане. Там выставили настоящий кордон, чтобы не ломился «левый» народ. Но мы попадем внутрь через соседний курительный салон. Главное, не забыть бы пароль. Ну и словечко — «велеречивый».

Перед входом в курительный салон на Мелроуз-Плейс стояли два угрюмых типа с накачанной мускулатурой. К тротуару то и дело подкатывали лимузины и шикарные авто, из которых выходили тощие манекенщицы и немолодые мужчины с конскими хвостами. Вышибалы расступались, пропуская их внутрь.

По тротуару шагала компания молодых людей. Вышибалы преградили вход. К ним подошел Педро.

— Велеречивый.

Вышибалы и бровью не повели. Как стояли, так и остались стоять.

— Я сказал, велеречивый.

И снова ноль эмоций.

Педро обернулся на остальную компанию.

— Понятия не имею, что происходит.

И тут зазвонил мобильник.

— Алло? А, привет, Даллас… Да, мы торчим снаружи. В этом все и дело. Мы не можем… Понял, спасибо… — Он закрыл телефон и повернулся к приятелям. — Они поменяли пароль. Первый предназначался для того, чтобы отшить всякую шваль.

И Педро вновь шагнул к вышибалам.

— Пандемия, — произнес он.

Вышибалы расступились. Друзья прошли внутрь и направились дальше вдоль длинного узкого прохода, уставленного с обеих сторон напольными кальянами, курильницами и их современными калифорнийскими родственниками-фумигаторами. В отличие от традиционных средств последние следует втыкать в розетку, а пахучие вещества в них не горят, а распыляются в воздухе. Служебный коридор в задней части магазина соединялся с афганской кебабной. Дверь открыл швейцар в бабочке. Проход позади ресторана был полон лазерных лучей и запахов карри. Модели курили зеленые и фиолетовые сигаретки. Заметив в толчее Далласа, друзья помахали ему. Даллас помахал в ответ. На нем был малинового цвета шелковый спортивный костюм. Сам он медленно пробирался сквозь толпу, вытягивая из поясной сумки небольшие конвертики и вкладывая их на ходу в протянутые ладони своих многочисленных знакомых.

— Эй, Даллас! — окликнул его Педро. — Спасибо за приглашение. Классная вечеринка.

— Она уже закончилась. Пора отсюда сваливать.

— Но ведь они только начали.

Даллас покачал головой.

— Ее свернули за полчаса до начала. Избранная публика отправилась по новому адресу.

Друзья вновь загрузились в машину и, пристроившись в хвост даллассовскому «феррари», покатили по коварному, извилистому Лорел-Каньону. В промежутках между домами мелькали потрясающей красоты виды.

— И куда теперь? — поинтересовался Форд.

— К профессиональному голосу, — ответил Педро.

— Ты хочешь сказать, к тому чуваку с басом, который предварительно просматривает фильмы ужасов? — уточнил Марк. — Ну, к тому самому, «Я Мастер Ужасов, который сейчас напугает вас до потери пульса?».

— Это который Глас Божий? — уточнил Форд.

— Нет, к чуваку номер два, которому достаются объедки с барского стола, — пояснил Педро. — Плюс телевидение.

Они припарковали машину посреди роя швейцаров и прошли внутрь. Форд робко переходил из помещения в помещение. Странная музыка. Странные люди. Мимо то и дело снуют официанты с подносами. Форд отказался от бокала с шампанским, но согласился взять бутерброд с мясом страуса. Гостиная, обставленная в духе постмодерна — сверкающая сталью и хромом.

Педро расположился на софе и вел беседу с немолодым мужчиной с конским хвостом.

— …но плотник ему сочувствует. Актер в духе гангстерских разборок отправил на тот свет всю его семью.

— Считай, что ты меня уже сосватал. Не надо менять даже запятой!

Чувствуя, что ему срочно нужен глоток свежего воздуха, Форд прошел на просторный балкон. Марк стоял у балюстрады, разговаривая с начинающей актриской, чей асимметричный рот тотчас напомнил ему Эллен Баркин. Его мобильник был раскрыт.

— Ну, давай называй.

— Э-э-э, 555-1234.

— Я тебе позвоню.

Как только рядом с ними вырос Форд, актриска поспешила исчезнуть из кадра. Форд встал возле перил и устремил взгляд на россыпь огней Лос-Анджелеса.

— У меня такое чувство, будто однажды я здесь уже был.

— Еще бы! Такое можно увидеть почти в каждой картине, — пояснил Марк. — Чтобы народу было понятно, где происходит действие.

Форд перегнулся через перила и посмотрел вниз, однако тотчас выпрямился и, слегка пошатываясь, отпрянул назад.

— Ух ты!

— Согласись, вот это высота! — произнес Марк.

— Дом торчит прямо из бока горы. Интересно, на чем он держится?

— На высоких сваях.

Форд посмотрел на соседние строения.

— И что, они никогда не падают?

— Только и делают. То оползень, то под собственным весом, когда на вечеринку набьется слишком много народу. Как, например, сейчас.

Друзья обернулись и посмотрели на двери, что вели в гостиную. Внутри, вальяжно облокотившись на рояль, стоял какой-то мужчина с бокалом коньяка в руке. Густая седая шевелюра. Черный блейзер поверх черной водолазки. Вокруг рояля сгрудилась стайка женщин в открытых вечерних платьях и негромко аплодировала.

— Кто это? — поинтересовался Форд.

— Хозяин дома.

— И что он делает.

— Дает концерт по заявкам.

— А теперь очередной номер, который вы ни за что не захотите пропустить…

На балкон вышел Даллас.

— Только что узнал новый адрес.

Друзья вновь собрались всей компанией и направились к выходу мимо двоих пожилых мужчин с конскими хвостами.

— Мне тут только что рассказали сценарий про плотника. Ну и бредятина, отродясь такой не слышал…

Друзья загрузились в машину и на всех парах покатили вверх по склону. Форд посигналил поворот налево.

— К кому теперь?

— Бывший киновундеркинд, — сказал Педро. — Малолетняя звезда экрана, только не первой величины. К четвертому сезону детки вырастают и перестают быть такими милыми, поэтому приходится искать новых.

— Как кузен Оливер в сериале «Брэди Банч»?