Дневник заштатной звезды - Пол Хенди

Лампочка на моем автоответчике мигала, а дисплей сообщил о трех новых сообщениях.

Я сгорал от нетерпения, мечтая услышать голос Пиппы. Пойдет ли она со мной на бал? Расстались ли они с Манки-Манчини? Есть ли хоть какая-то надежда на наше совместное будущее? Затаив дыхание, я нажал кнопку «прослушать». Динамик ответил сильным йоркширским акцентом.

– Алло, это Арчи Риммер. Надеюсь, ты не против, что я тебе звоню. Одна очень милая девушка с телестудии дала мне твой номер. Она сказала, что я могу позвонить.

Сто процентов, это идея Чарли. Только она могла так пошутить, дав Арчи Риммеру мой домашний номер телефона.

– Я просто хотел сказать тебе спасибо, парень, огромное спасибо. И если я могу для тебя что-нибудь сделать, просто позвони мне. Серьезно, парень… позвони… спасибо тебе.

Голос Арчи начал срываться: старик явно расчувствовался. Либо так, либо в глотке у него до сих пор торчал кусок хряща. Я нажал кнопку «стереть» – пошло второе сообщение.

На сей раз это точно Пиппа.

– Привет, Шшшаймон, это Винс Зависти. Как ты там, приятель?

Мое сердце упало еще ниже. Винс был в стельку пьян.

– Ты мой лучший друг, правда, – мямлил он в трубку. – Нет, поштой. Для меня ты больше чем друг.

Он снова затянул свою старую песню про «сына, которого у него никогда не было», и закончил уже сквозь слезы:

– Пожвони мне, Шаймон… я один… шовшем один.

Я тут же нажал кнопку «стереть», полностью безразличный к пьяному бреду жалкого, потрепанного жизнью неудачника.

Ну уж последнее сообщение – наверняка от Пиппы.

– Саймон, это Мими. Позвони мне.

Представьте себе пятилетнюю девчушку, осваивающую магнитофонные кнопки и одновременно скребущую ноготками по грифельной доске и царапающую вилкой пустую тарелку. Именно такой эффект возымел на меня в тот момент голос Мими. Она была на грани истерики, и мне стало страшно. Я лихорадочно вдавил кнопку «стереть», по сообщение заиграло снова.

– Саймон, это Мими. Позвони мне.

В мозгу медленно и зловеще загудела виолончель из саундтрека к фильму «Челюсти»: дум, дум, дум, дум, дум, дум, дум, дум.

Я снова нажал «стереть», на этот раз чуть сильнее.

– Саймон, это Мими. Позвони мне.

Дум, дум, дум, дум, дум, дум, дум, дум.

С остервенением я вдавил кнопку несколько раз подряд.

Дум, дум, дум, дум, ДУМ, ДУМ, ДУМ, ДУМ.

– Саймон, это Мими. Позвони мне.

Размеренный ритм виолончели порвался скрипичным стаккато из хичкоковского «Психоза»: дум, дум, дум, дум, дум, дум, дум, дум, ПИ, ПИ, ПИ, ПИ.

пиииииииииииииииииииииииииииИИИИИИИИИИИИИППППППППП!

Я выдернул штепсель из розетки, и автоответчик наконец-то затих. Меня била мелкая дрожь, и чтобы хоть немного успокоиться, пришлось до самого вечера пересматривать старые выпуски «Саймон говорит».

Как же мне хочется, чтобы она перестала мне названивать – как и те двое. Что я такого сделал? Всего лишь поговорил с Винсом, переспал с Мими и спас жизнь Арчи. Да что с ними со всеми? Почему они просто не могут оставить меня в покое?