Исповедь гейши - Радика Джа

— Вы хотите купить кимоно для весны или что-то другое? — спросил он.

Я покачала головой, намереваясь сказать, что просто пришла с подругой, но меня опередила Танабе-сан, поспешившая ответить:

— Ну разумеется, ей нужно новое кимоно.

Подойдя к нам, она поздоровалась с хозяином магазина (это был именно он) и представила ему меня. Несколько минут они разговаривали между собой. Осведомившись о здоровье родственников Танабе-сан, хозяин снова повернулся ко мне. Его обходительность была просто потрясающей.

— Разрешите я покажу вам наши новые ткани? Только боюсь, для молодых красивых женщин у меня скромный выбор. Большинство моих клиенток дамы в возрасте. Но мы постараемся подобрать для вас что-нибудь достойное.

Я растерянно молчала. Со мной еще никогда не говорили столь почтительно. Хозяин засеменил к огромному шкафу, занимавшему всю стену позади прилавка, и отодвинул дверцу. Шкаф был просто забит рулонами материи, из которых хозяин ловко вытащил штук пять. Но тут его отвлекла Танабе-сан, громко поинтересовавшись, что мы думаем о ее выборе — бледно-коричневой ткани с голубыми гортензиями, лепестки которых как бы трепетали на ветру. Для оби она подобрала кусок тусклой золотой парчи с серебристо-синими прорезями. Накинув на себя ткань, она сделала парочку пируэтов.

— Ну, как вам?

— На вас все выглядит превосходно, — коротко ответил хозяин магазина.

— А вы что думаете? — обратилась она ко мне.

— Очень мило, но…

Я запнулась, стараясь выразиться поделикатнее.

— Но что? — нетерпеливо переспросила она, слегка сдвинув брови.

— Цвет вас немного старит. Вы не хотите выбрать что-нибудь поярче?

— Но мадам так молода, что ей подойдет любой цвет, — поспешил уверить продавец.

Мы одновременно повернулись к хозяину, задумчиво потиравшему подбородок.

— У мадам острый глаз, — сказал он, взглянув на меня. — Это оби сюда не подходит. Здесь нужно что-то яркое и свежее. Мне кажется, я знаю, что именно.

Хозяин затанцевал по направлению к витрине и открыл один из ящиков.

— Вот! — коротко произнес он, с торжеством поворачиваясь к нам.

На ткани золото переплеталось с серебром, образуя традиционный рисунок волн. Он приложил ее к коричневой ткани, и она заиграла совсем по-другому: яркий рисунок оби красиво контрастировал с блеклыми красками кимоно. Но Танабе-сан была настроена критически:

— Ну, не знаю. Слишком броско для меня.

— Вовсе нет, — поспешно возразила я. — Такое оби оживит ваше кимоно.

Я и вправду так считала. Оби совершило маленькое чудо, придав изюминку тусклой коричневой материи.

— Союз земли и воды, теперь они в полной гармонии, — подвел итог хозяин.

Взглянув на цену, Танабе-сан ахнула.

— 398 000 иен!!! Слишком дорого для меня.

— О цене не беспокойтесь, — быстро сказал хозяин. — Оби так идет к вашему кимоно, что я скину вам тридцать процентов.

Моя подруга прикусила губу, изображая нерешительность.

— Берите, — настаивала я. — А то потом будете жалеть.

Мы напряженно ждали ответа. Наконец Танабе-сан кивнула и стала принимать поздравления.

Когда продавец увел ее в примерочную, чтобы снять размеры, хозяин повернулся ко мне. Он так долго рассматривал меня, что я смутилась.

— У вас идеальная фигура для кимоно, — наконец произнес он.

Слегка удивившись, я краешком глаза взглянула в зеркало. Неужели это правда?

— Не верите? Сейчас я вам докажу.

Подойдя ко мне с рулоном синей материи, он привычным движением накинул мне ее на плечи. Ткань заструилась, падая к моим ногам. На ней тоже были волны, но совсем не такие, как на оби. Вышитые белым, серым и золотым шелком, они, казалось, вздымаются над морем, словно гарцующие кони. У меня перехватило дыхание — ткань жила. Хозяин принес алое оби и приложил его к густо-синей материи.

— Уникальный рисунок для интересной женщины.

Я посмотрела на свое отражение в зеркале. Оттененная алым оби, ткань мерцала таинственной синевой, словно морская вода на большой глубине. Синий шелк мягко облегал мою грудь, немного скрадывая ее величину. Чуть ниже ткань ниспадала волнами, словно несущими к берегу свои белые гребешки. Я подняла руки, и волны на рукавах пришли в движение. Невозможно передать словами, что я почувствовала в этот момент. Такого со мной еще не было и вряд ли когда-нибудь случится. Я словно обрела родной дом, не тот, где я жила, а волшебное тайное жилище, скрытое в глубинах моей души. Шелк ниспадал мне на руки, делая их длиннее и изящнее. Внезапно я вспомнила пару, которую видела в театре Кабуки, и тот грациозный жест, которым женщина открывала бенто. Теперь я могла опустить руки с таким же изяществом.

— Эта ткань создана для вас, — тихо сказал хозяин «Этигоя», подходя ко мне. Наши глаза встретились в зеркале, и я сразу поверила в его искренность.

Дальше все было просто. Вынув из сумочки кредитку, я протянула ее продавцу. А затем подписала маленький голубой чек на сумму 787 000 иен. Тут все стали меня поздравлять, словно я выиграла в лотерею, а я чувствовала себя победительницей. Танабе-сан упросила хозяина исполнить наш заказ за три недели и даже предложила забрать их и хранить у себя, пока не наступит торжественная дата.

Ну, что вам сказать про этот обед? Я плохо помню ресторан, не говоря уже о еде. Ни одно из блюд не произвело на меня особого впечатления. Единственное, что сохранилось в памяти, — это бремя нового долга и резкий запах лака на моих высоко поднятых волосах. И еще наряды других дам. Госпожа Окада была в серебряном кимоно с веерами. Красно-коричневое парчовое оби со сложным геометрическим рисунком украшала дорогая рубиновая брошь. Госпожа Кобаяси надела бледно-фисташковое кимоно с летящим журавлем и оби из золотой парчи. Когда мы вошли, они уже сидели за столом, но тотчас же вскочили и стали приветствовать нас так восторженно, словно мы не виделись по крайней мере год. Зал наполнили женщины, и все они поглядывали на мое кимоно. Но их взгляды не доставили мне удовольствия. (Там был и мужчина, но он сидел в уголке один, погруженный в чтение.) К нам подошел метрдотель в элегантном черном костюме и, словно учитель на экзамене, раздал меню. Посмотрев на цены, я судорожно потянулась за стаканом с водой.

— Мы будем заказывать вино? — спросила госпожа Окада.

— Ну, конечно. Я очень люблю вино, — сказала Танабе-сан. — В прошлом году я ездила с мужем в Австрию на конференцию, и мы отвели там душу — вино у них совсем дешевое.

— Значит, я заказываю белое? — спросила госпожа Окада.

— Я предпочитаю красное, — проронила Танабе-сан.

— Красное слишком терпкое. И потом в Австрии ведь пьют белое, — с легкой обидой произнесла госпожа Окада.