Депеш Мод - Сергей Жадан

— Это такой, — говорит она, — похожий на китайца?

— Скорее на монгола, — произношу.

— А какая разница?

— У монголов нет письменности.

— А у китайцев?

— А у китайцев письменность была, ещё когда не было монголов.

— Да, — говорит Маруся, — я его помню. Ты когда-то с ним приходил. И что теперь?

— Ну, что, — произношу, — теперь нам нужно его найти. Завтра похороны. А его нигде нет. Представляешь?

— Да, — говорит Маруся, — лажа. А как ты говоришь его зовут?

— Карбюратор.

— Странное имя.

13.00–14.00

— Карбюратор?

— Ну.

— Слушай, — Маруся наконец поднимает голову и смотрит на меня более-менее сознательно. — Так это тот ваш чувак, у которого папа умер?

— Отчим.

— Да один хуй, — целиком просыпается Маруся. — Мне вчера звонил ваш знакомый, этот, такой полный, грязный.

— Какао, — произношу.

— Что?

— Зовут его так — Какао.

— Кошмар, —произносит она. — Вот, так он вчера звонил, вас искал.

— Тебе звонил?

— Ну, а кому? — Маруся пробует подняться на ноги. — Разыскивал вас, говорил как раз об этом вашем, как ты сказал?..

— Карбюраторе.

— О, — Карбюраторе. Сказал, кажется, что знает, где он.

— А где он?

— Карбюратор?

— Да не Карбюратор, — я тоже поднимаюсь, — этот — толстый ублюдок?

— Он у Гоши. Оттуда и звонил.

— Кто такой Гоша?

— Ты что? — спрашивает она. — Ты где живёшь? Гоша — это редактор нашей самой модной газеты. Эта же вот скотина, кажется, у него работает, — Маруся показывает на сонного Собаку.

— Это редактор, что ли? — наконец доходит до меня.

— Ну, а я тебе о чём говорю?

— А как к нему наш Какао попал?

— Откуда я знаю, — говорит Маруся и идёт в комнату.

— Подожди! — кричу я ей. — А ты его телефон знаешь?

— Не знаю, — кричит Маруся откуда-то из кухни. — Адрес знаю. Я с ним спала несколько раз, у него дома. У него большая квартира, тут недалеко, на Гоголя. Он там один живёт.

— Всё равно, подожди, — я нахожу Марусю на кухне, она копается в холодильнике, достает оттуда баночку с мёдом, падает в кресло и начинает есть. — Подожди, — повторяю, — а что он тебе ещё сказал?

— Что ещё? — Маруся на минуту задумывается. — Больше ничего. Сказал, что знает, где этот ваш… ну, короче, у которого отец умер… то есть — отчим. Сказал, что когда захотите — можете найти его у Гоши.

— А как он там оказался?!

— Да откуда я знаю! — не выдерживает Маруся и начинает кричать. — Откуда я знаю? Может, Гоша его где-то снял!

— Как снял? — не понимаю я.

— Молча! Взял — и снял. Ты что — не знаешь Гошу?

— Не знаю.

— Гоша — пидор номер один в этом долбанном городе. Он по этому принципу и редакцию себе подбирает. Я с ним из принципа переспала, типа — принцип у меня такой. Значит, наверное, он где-то снял этого вашего вонючку, оттрахал, а теперь удерживает его у себя на Гоголя, я не знаю, одно слово, — замолкает и дальше слизывает свой ярко-жёлтый холодный мёд.

14.15

— Слушай, мы пойдём.

— Угу, — произносит она.

— Дай адрес Гоши.

Маруся достает какой-то ежедневник, обтянутый жёлтой кожей, что-то в нём пишет, вырывает лист и протягивает мне. На, говорит, только там нужно звонить долго, квартира большая, он может спать и просто вас не услышать. Скажете что от меня, а то он вас не впустит, понял? понял, говорю, спасибо тебе, ну всё — валите, произносит она и сразу же про нас забывает. Мы уже выходим, и тут — уже в дверях — я поворачиваюсь и говорю ей:

— Маруся, — произношу я. — Слушай, тут такое дело.

— Ну?

— Может, возьмешь нашего Молотова?

— Молотова? — переспрашивает она.

— Ну, да, Молотова. Нам его всё равно в напряг тягать за собой, а тебе может подойдёт. Всё-таки член цк.

Маруся подходит ко мне, рассматривает Молотова, проводит руками по его лицу и произносит:

— Хорошо. Я его возьму. Он мне нравится — он похож на моего папу. У него такая же хуйня на кителе.

— Это не хуйня, — произношу я. — Это орден Ленина.

Хорошо, произносит Маруся, хрен с вами — вот вам бабки — она суёт мне купюру, давайте я вас отвезу, а то вас загребут ещё в подъезде, поставь, — говорит она мне, — поставь Молотова на балкон, и мы идём вниз, Маруся подводит нас к гаражу, ворота гаража оббиты железом и медью, настоящие тебе врата ада, за такими воротами нужно прятать драконов, или атомные бомбардировщики, что-то апокалиптическое, одно слово. Смешно, но у Маруси там всего лишь расхуяченный жигуль, в самих вратах есть ещё одни — поменьше — ворота, точно так же оббитые железом, Маруся открывает именно их, заходите — говорит, может, произносит Вася, откроем ворота, вы заходите, произносит Маруся, я сама открою, а то кто-то увидит как вы крутитесь возле гаража — начнёт расспрашивать, я сама, лезьте в машину, мы заходим в тёмный гараж, действительно видим там расхуяченный, но ещё вполне боеспособный жигуль и втискиваемся втроём на заднее сиденье — я, Вася Коммунист и Собака Павлов, Собака сначала хочет лезть на переднее сиденье, но правые боковые наглухо разбиты и вмяты внутрь, поэтому мы берём Собаку к себе, так сказать — на колени. Маруся какое-то время стоит возле ворот, достаёт откуда-то из кармана джинсов недобитую папиросу, быстро её добивает и вдруг вспоминает, что она о чём-то забыла, о чём я забыла, думает она, о чём? почему я возле гаража, наверное, я хотела куда-то ехать, но куда? думает она, задумчиво заходит внутрь и садится за руль, ну, что, Маруся, кричит ей нервно Собака, поехали? поехали, реагирует на призыв Маруся, запускает двигатель и врубает задний ход. Открыть ворота она, конечно, забывает.

14.45

— Вылезешь? — спрашиваю.

— Вылезу-вылезу, — произносит Маруся. — Всё хорошо.

— Иди домой, — говорит ей Вася. — Дойдёшь сама?

— Дойду, — произносит Маруся.

— Точно дойдёшь? — спрашивает Вася.

— Ага, — произносит она и пробует снова завести машину.

Вася перегибается с заднего сиденья и забирает у неё ключи. Вместе мы вытягиваем нашу подругу с кресла пилота, закрываем за собой гараж, вкладываем ей в руки её ключи и уходим себе, думая ещё — дойдёт она или не дойдёт, и если дойдёт — то куда, но так выходит, что пока мы выбираемся на площадь и смотрим оттуда на дом напротив муниципалитета, Маруся каким-то чудом оказывается на своём балконе и уже сидит там, прислонившись к Молотову, два несчастных обдолбанных создания — Маруся в фирменных драных джинсах и футболке с роллинг стоунз и Молотов, член цк, старый гедонист, любитель коктейлей — ближе к небу, пусть всего лишь на несколько метров, но — ближе.