Как Сюй Саньгуань кровь продавал - Юй Хуа

– Тебе еще долго?

– Скоро уже.

– Дядя, у меня вопрос.

– Говори.

– А что, кто кровь не продает, тот больной?

– Да. Слышал, что говорила мать Гуйхуа? В наших местах, если кровь не сдаешь, никто за тебя не пойдет…

– Откуда такие порядки?

– Откуда не знаю, но только все крепкие парни ходят сдавать кровь. За один раз можно заработать тридцать пять юаней. Как полгода работы в поле. У человека кровь, что вода в колодце: сколько ни доставай, ее все столько же…

– Дядя, если все, как ты говоришь, это просто золотая жила!

– Зависит от здоровья. Если не потянешь, можно и помереть. Когда сдаешь кровь, в больнице сначала проверяют – берут в трубочку кровь. Если здоров – покупают у тебя кровь…

– Дядя, а мне можно сдавать кровь?

Дядя задрал голову и посмотрел на племянника. Сын Третьего брата сидел на крыше с засученными рукавами и улыбался. Дядя оценил его крепкие плечи и сказал:

– Тебе можно.

Сюй Саньгуань радостно засмеялся. Потом кое-что вспомнил, наклонился и спросил дядю:

– Дядя, у меня еще вопрос.

– Валяй.

– Ты говоришь, в больнице сначала берут кровь в трубочку?

– Да.

– А за нее платят?

– Нет. Это подарок больнице.

* * *

Они шли по дороге втроем. Старшему было за тридцать, младшему девятнадцать. Сюй Саньгуань был средним по старшинству и шел посередине. Он спросил попутчиков:

– Вы зачем тащите арбузы? Когда продадите кровь, пойдете арбузы продавать? Раз-два-три-четыре-пять-шесть арбузов. А надо было взять пятьдесят кило. Или сто. А плошки зачем? Чтобы покупатели туда деньги бросали? Почему не взяли еды? Чем обедать будете?..

– Когда кровь продают, обеда с собой не берут, – объяснил девятнадцатилетний Гэньлун. – Идут в ресторан, заказывают жареной печенки, рисового вина…

Старшего звали А-Фаном. Он добавил:

– Свиная печенка наполняет кровь, вино – оживляет…

Сюй Саньгуань спросил:

– Вы говорите, за раз можно продать четыреста кубиков крови, это сколько?

А-Фан вынул из кармана плошку:

– Видишь плошку?

– Вижу.

– Две таких.

– Две? – У Сюй Саньгуаня перехватило дух. – Говорят, из плошки риса получается только две-три капельки крови. Сколько же надо съесть риса, чтобы вышло две плошки крови?

А-Фан и Гэньлун рассмеялись. А-Фан сказал:

– Есть один рис бесполезно, надо есть печенку и пить рисовое вино.

– Сюй Саньгуань, – продолжил Гэньлун, – ты спрашивал, почему у нас так мало арбузов. Они не на продажу. Это подарок…

А-Фан перебил:

– Кровяному старосте Ли.

– А кто это? – спросил Сюй Саньгуань.

Они подошли к деревянному мосту через речку. Речка то расширялась, то опять сужалась. Речные заросли поднимались вверх по берегам и залезали на рисовые поля. А-Фан остановился и сказал Гэньлуну:

– Гэньлун, пора пить.

Гэньлун положил коромысло с арбузами и закричал:

– Пить!

Они вынули из карманов плошки, спустились по склону к реке. Сюй Саньгуань смотрел, перегнувшись через перила, как они опустили плошки в воду, поводили ими туда-сюда, чтобы вытряхнуть водоросли, и, булькая, стали пить. Они выпили четыре-пять плошек. Сюй Саньгуань спросил сверху:

– Вы на завтрак много соленого съели?

А-Фан снизу ответил:

– Мы не завтракали, только выпили несколько плошек воды, сейчас еще несколько, в городе еще несколько плошек выпьем. Надо пить, пока живот не надуется, зубы не заноют. Если выпить много, то и крови много будет, вода перейдет в кровь…

– Но тогда кровь будет разведенной?

– Конечно, зато ее будет больше.

– Понял, зачем вы носите плошки. – Сюй Саньгуань спустился по речному склону. – Одолжите плошечку, я тоже попью.

Гэньлун протянул свою плошку:

– Бери мою.

Сюй Саньгуань взял у него плошку и наклонился к воде.

А-Фан посоветовал:

– Вверху вода грязная, на дне тоже, пей из середины.

Попив из реки, они пошли дальше. Теперь А-Фан и Гэньлун вместе несли на коромысле арбузы, а Сюй Саньгуань шел сбоку и слышал, как скрипит их коромысло. Он предложил:

– Вы всю дорогу их тащите, давайте помогу.

Гэньлун сказал:

– Поменяйся с А-Фаном.

А-Фан сказал:

– Тут арбузов всего-то ничего. Когда я их ношу в город продавать, каждый раз тащу сто кило.

Сюй Саньгуань спросил:

– А кто такой кровяной староста Ли?

– Это лысый мужик, которому мы продаем кровь. Скоро ты с ним познакомишься, – ответил Гэньлун.

А-Фан продолжил:

– Это как деревенский староста. Он решает, кому можно продать кровь, кому нет.

– Вот почему вы его зовете кровяным старостой.

А-Фан сказал:

– Иногда многие хотят продать кровь, а больных, которым она нужна, мало. Тогда кровь продают те, кто дружит со старостой Ли. А что значит дружить? Староста Ли говорит: «Вы не вспоминайте обо мне, только когда вам кровь надо сдавать. Вы меня иногда просто так вспоминайте». А что значит просто так вспоминать?

А-Фан показал на арбузы:

– Вот что.

– Кое-кто еще о нем иногда вспоминает, – сказал Гэньлун. – Одна девка по имени Ин.

И они с А-Фаном захихикали. А-Фан сказал Сюй Саньгуаню:

– Они со старостой Ли дружат под одеялом. Если сдает кровь она, все остальные ждут в сторонке. А кто ее обидит, у того староста Ли не возьмет кровь, даже если это кровь бессмертного.

С такими разговорами они дошли до города. Здесь их повел Сюй Саньгуань, потому что как местный лучше знал дорогу. Они сказали, что должны еще попить. Сюй Саньгуань предупредил:

– В городе нельзя пить откуда попало, тут вода грязная. Я отведу вас к колодцу.

Когда они петляли по переулкам, Сюй Саньгуань сказал:

– Я уже не могу терпеть, пописаем тут в уголке.

Гэнь Лун ответил:

– Нельзя, вся вода, что ты выпил, выльется, и крови станет меньше.

А-Фан сказал Сюй Саньгуаню:

– Мы выпили на несколько плошек больше, чем ты, а терпим.

Потом объяснил Гэньлуну:

– У него маленький пузырь.