Кенгуру и белые медведи - Ольга Мамыкина

Ваня смотрел на этого типа с негодованием и недоумением.

— I'm Mark, — тупо повторил парень, тыкая себя в живот, — and you?^[7]

— Иван, — произнёс россиянин, поняв наконец хоть что-то. — Так ты что, русский вообще не понимаешь?

Ответом ему послужило глуповатое выражение лица собеседника.

— Офигеть, — присвистнул Иван. — И где только она тебя откопала, такого нерусского? Марк. Где Вика? — он попытался жестами пояснить свой вопрос, произнося слова медленно-медленно, словно так будет понятней. — Виктория. Где? — он развёл руками, как бы пытаясь найти слона.

Видимо, блондин понял, чего от него добиваются. Теперь настала его очередь обильно жестикулировать.

— She's in my room… — Он почувствовал, что будет не лишним назвать город. — In Gold Coast. — Не заметив признаков просветления у собеседника, Марк добавил: — In Australia.^[8]

— Чего? Какая ещё Оустрэлия? Австралия что ли?

Парень радостно закивал — хоть до чего-то договорились.

— Извини, я наверно тебя сильно долбанул. Какая на хрен Австралия? Мы же в России!

Марк выразил недоумение.

— Рос-си-я, — по слогам повторил Ваня.

— Russia? — догадался блондин.

— Ну да, Раша…

— It's Russia??? Really?^[9]

— Да что я, врать тебе что ль буду? Ты что, с луны свалился?

3

«Неужели я так наработалась, что спятила?» — пронеслось в голове испуганного инспектора. «А может, я попросту заснула? Что там надо делать, чтобы проверить — сон это или нет?». Вика, что было силы, ущипнула себя за левую руку. Получилось довольно-таки больно. «Не сплю! Бармалей меня разбери! Где я, а???».

Дальше принимать ванну как-то расхотелось. Девушка поспешно вылезла «на сушу» и осмотрелась в поисках хоть какой-то одежды. В неизвестной ванной комнате не было ничего путного, только различные тюбики и баночки на полочке стояли. Вика как можно незаметней вышла за дверь и бегло окинула взглядом следующую комнату. Рубашка! Спасение!

Укутавшись в мужскую рубашку, девушка слегка успокоилась. А когда ещё обнаружила и полотенце и приспособила его под юбку, то и вовсе вздохнула свободней. Осталось разобраться, что за чертовщина тут творится.

Вика миновала первую комнату, отметив, что за окнами гораздо темнее, чем должно быть. Сейчас ведь нет и восьми вечера, правильно? Тогда почему такая темень, будто уже за полночь? Впрочем, это самая малая из странностей.

В следующей комнате, видимо, гостиной, обнаружились диван, телевизор, два кресла и столик. Но внимание девушки привлекла не мебель, а гора плакатов и небольших транспарантов, сложенных в углу. Вика подошла ближе и стала рассматривать рисунки и надписи. Кенгуру с детёнышем. Коала, жующая какие-то листья. Панда… «Сохраним планету для будущих поколений!». «Позаботьтесь о будущем сейчас — помогите WWF». WWF? Что это? А, Всемирный Фонд Дикой Природы. Час от часу не легче. Развешанные по стенкам постеры с изображениями диких животных и с призывами беречь мать-природу стали лишним доказательством того, что в этой квартире обитает ярый гринписовец. Вернее, не в квартире, а в доме.

Загрызалова застыла в нерешительности. Что делать? Обследовать жилище или выйти и разведать общую обстановку? Не особенно хочется разгуливать по улице в рубашке и полотенце на голое тело. С другой стороны, в помещении могут быть ещё люди, а Вика не горела желанием с кем-либо объясняться, к тому же, не факт, что её станут слушать. Вызовут милицию или санитаров и упекут, куда положено.

Подбодрённая последним доводом, Вика решительно кивнула сама себе, потуже закрепила полотенце, распахнула дверь, перешагнула через порог и попала на открытую веранду. Чистенько, аккуратненько, скамеечка вон в уголке стоит. Девушка спустилась по ступенькам, от которых тянулась тропинка, упирающаяся в невысокую калитку. В свете нескольких уличных фонарей и дом, и двор отчётливо просматривались. «Неплохой коттеджик, — заключила инспектор. — Не большой, не маленький, в самый раз. И сад ничего».

Поколебавшись, Вика высунулась за калитку. И куда теперь? Вправо, влево? И там и там никого. Похоже, здесь действительно глубокая ночь. Девушка плюнула и пошла прямо. Её заинтересовал странный тихий рокот. Звук знакомый, но непривычный. Напоминает шум волн, как на озере или море… В родном городе Вики ни того, ни другого не было, так что крупные водоёмы она посещала только в отпуск или в выходные.

Глаза привыкли к темноте, да и в электрическом освещении недостатка не было, хотя оно постепенно сходило на нет — приближаясь к источнику рокота, Вика отдалялась от фонарей. Вскоре босые ступни ощутили, что асфальт сменился песком. Не минуло и полминуты, как Вика поняла, что не ошиблась в догадках. Перед ней действительно было море… или огромное озеро.

Девушка приблизилась к воде, нагнулась, зачерпнула немного, попробовала, выплюнула. Солёная. Значит, всё-таки море. Такое огромное. Волны шуршат, пенятся, накатывают на берег… Воздух солёный, влажноватый.

Разумеется, ночью море до горизонта не разглядишь, но какую-то часть прибрежной полосы Вика различала. В километре или двух от того места, где Загрызалова сейчас стояла, вода переливалась всеми цветами радуги, пестрела подрагивающими линиями и геометрическими фигурами. Несложно было догадаться, что это — отражение небоскрёбов, и вообще большого города.

«Выходит, я в пригороде. Или в самом городе, просто в спальном районе… А может, я всё же свихнулась? Это было бы самым логичным объяснением».

Загрызаловой повезло: на неё набрела прогуливающаяся парочка. Парень и девушка, лет шестнадцати-восемнадцати, шли в обнимку, щебетали и периодически целовались. Вике пришлось вклиниться и разворошить романтическую ауру.

— Привет. — Она сказала это по-русски, но, увидев недоумение на лицах Ромео и Джульетты, поспешно перешла на английский язык. — Привет. Можно задать вопрос? Странный вопрос… Не пугайтесь, но… где мы?..

— На пляже, — помешкав, ответил юноша, машинально заслоняя собой возлюблённую от странной мокрой девицы в рубашке и полотенце.

Вика нервно усмехнулась.

— Я знаю. Вы не поняли. Я имела в виду: что это за город?

Теперь девчонка уже сама спряталась за спину парня.

— Голд-Кост.

Голд-Кост? «Золотой берег»?.. Вика знала только два места с таким названием; и, судя по тому, что приходилось вести диалог на английском языке, речь шла не об абхазском пляже. Глаза сами собой приняли форму блюдец.

— В Австралии?!

— Да, — бросил молодой человек. После чего он и его спутница развернулись и поспешно зашагали куда подальше.