А.....а - Евгений Гришковец

И это только пара эпизодов той огромной жизни, которой я жил в возрасте Тома Сойера. Но не было рядом писателя, как рядом с Томасом Сойером. Некому было описать, а самое главное, оценить мои похождения, как настоящие приключения, достойные книги. Я же свои похождения достойными описания не ощущал.

И вдруг книга про Тома Сойера! Я сразу его полюбил. И мой папа любил эту книгу и Тома любил. Он говорил мне об этом. Но меня папа любил сильнее!

А завидовал я Тому Сойеру не потому, что его жизнь кто-то описал в книге. Я завидовал его широким, разнообразным и бОльшим, чем у меня, возможностям. У него их была масса, и все были под рукой или в двух шагах. А ещё я верил в существование этих его возможностей.

Если бы кто-нибудь попытался описать в книге подобные приключения, произошедшие в любом месте нашей страны, я не поверил бы. А Марку Твену поверил, и безоговорочно!

Я не то что верил Твену и Сойеру, я в них ни секунды не сомневался!

Я не сомневался, что там, в Америке, на берегах реки Миссисипи, могут быть пещеры, в которых можно заблудиться. И не просто так заблудиться, а по-настоящему, смертельно опасно, да и ещё и с любимой девочкой. Там, в той Америке, где жил Том Сойер, мог найтись такой друг, как Гек Финн, который был гораздо более настоящим бродягой, чем наш местный бродяга Геша, от которого, кстати сказать, я впервые внятно услышал про Америку.

Там, в том времени, а главное, в том пространстве, которое было в книге Марка Твена, мальчик моего возраста мог стать свидетелем страшного преступления, мог поступить благородно и спасти взрослого человека, мог найти настоящий клад, мог сбежать из дома и жить на острове… Там был страшный индеец Джо, походы ночью на кладбище… И всему я верил, и всё ощущалось возможным.

Америка Марка Твена не была для меня Соединёнными Штатами, и она не находилась за океаном. Она была для меня ближе, желаннее, понятнее и роднее, чем кирпичный завод, который гудел, дымил и был виден из окна моей комнаты… Чем песчаные карьеры за окраиной, чем ржаные пыльные поля с островками березняков за этими карьерами.

А чему я, собственно, удивляюсь? Удивляюсь приключениям, которые происходили с Томом Сойером, или удивляюсь тому, что меня эти приключения не удивляли, а только радовали и увлекали? Или я удивляюсь тому, что безоговорочно верил в эти приключения? Не знаю! Меня же не удивляет то, что территория моей страны намного больше территории США, но при этом я не сомневаюсь и даже знаю, что там, в Америке, чего только нет, то есть того, чего у нас нет и в помине.

Почему так получилось, что у нас тихоокеанское побережье всё какое-то скалистое, в основном безлюдное и суровое? Для нас Тихий океан – это что-то далёкое, тёмное, штормовое и холодное. У нас огромное тихоокеанское побережье, но ни тебе бесконечных песчаных пляжей, ни тебе знаменитых курортов. Сообщения о нашей дальневосточной погоде часто напоминают сводки боевых действий. Для нас словосочетание «Тихий океан» связано, в лучшем случае, с некой суровой романтикой. Но только с очень суровой.

А у американцев на Тихом океане: Сан-Франциско, Калифорния, Лос-Анджелес. Да, там тоже иногда случаются страшные штормы и ураганы. Но для американцев, я уверен, в словосочетании «Тихий океан» слышится, скорее всего, шум тёплого ветра и прибоя на пляжах Санта Барбары и Санта Моники, видятся роскошные машины и роскошные люди Лос-Анджелеса и Сан-Франциско.

У нас Тихого океана даже больше, чем у американцев, или с учётом Аляски примерно одинаково. Но какие же разные у нас Тихие океаны! Какие разные ассоциации вызывает в наших странах название одного и того же водоёма.

Атлантики у нас нет вовсе. А у американцев её полно! У них – сколько хочешь Атлантики. И опять пляжи, пляжи, Майами, тепло, красота.

У американцев снизу Мексика с мексиканцами, то есть жарко круглый год и кактусы. И этого у них много. Очень много! Не как у нас, всего лишь кусочек более-менее тёплого, но маленького Чёрного моря с клочком субтропического климата, а много! У американцев много жарких, пыльных территорий, и кактусов много, и пальм, произрастающих в совершенно естественных условиях, полно. И пляжей… Очень много пляжей!

Сверху у американцев Канада с Великими озёрами, с Ниагарой, сосновыми лесами и прочей красотой.

А между Мексикой и Канадой разместились все климатические варианты. У них там есть страшно жаркая, обросшая легендами пустыня «Долина Смерти», и бескрайние степи есть, и равнины, и горы, высокие и не очень высокие. У них есть горы, на которые с трудом забираются альпинисты, и горы с прекрасными горнолыжными курортами. У них есть тёплые благодатные земли, не знающие и не знавшие снега, где произрастают такие деревья, цветущие такими цветами, каких я в жизни не видел, а видел только в кино и журналах, то есть такими цветами, каких я точно ни разу не нюхал.

Мы гордимся нашими берёзками, а в Америке есть и берёзовые рощи, и есть леса, похожие на те, что обильно описаны большой классической отечественной литературой.

И могучие сосновые леса у них есть, и полноводные реки, и поля золотой пшеницы тоже есть. А также есть дивные виноградники, табачные плантации, фруктовые сады с любыми фруктами и цитрусовые хозяйства.

Я там не был. Но я знаю, что там у них всё это есть, и даже всего больше и разнообразнее, чем я мог назвать.

Почему так?! Почему нам достался огромный океанский берег, но это в основном голые скалы, холодный штормовой Тихий океан и гигантское побережье Северного Ледовитого океана, про который я ничего не хочу говорить? Мне нечего сказать! Само название этого океана говорит за себя всё. А вот у американцев полно тёплых океанских пляжей. Почему, если у американцев вдоль побережья тёплое океанское течение, то у нас, в этом же океане, течение холодное?

Почему у нас с американцами в одних и тех же широтах такие разные условия, температуры и климаты. Почему в Америке все эти показатели лучше? Почему те красоты, которыми мы привыкли гордиться, у американцев тоже есть, но в умеренном, разумном и ограниченном количестве, а у нас то же самое существует и присутствует в совершенно неограниченных, неумеренных, а главное, абсолютно неразумных размерах? А сверх того у нас только нереального размаха тундра, вечная мерзлота, болота с комарами и территории, на которых плотность населения такова, что лучше её даже не пытаться высчитывать.

Но стоит нам попробовать козырнуть нашими суровыми и морозными далями, мол, во какая у нас страна, мол, суровая и гордая, мол, даже в Заполярье у нас живут люди! Так с американцами и этот номер не пройдёт. Наша карта будет бита Аляской! Не надо забывать, что, кроме мексиканской границы, у Соединённых Штатов есть и Аляска. То есть есть все северные прелести и ужасы, но опять же в умеренном, разумном количестве и чуть-чуть в сторонке.

Ну а если ещё вспомнить, каким образом, при каких обстоятельствах и на каких условиях Америке досталась Аляска, то становится совсем грустно! Лучше об этом тоже не думать, а то возникает неприятное ощущение, что либо меня обворовали, либо я сам сильно продешевил. Даже не знаю, какой из этих вариантов более неприятный и обидный.