Линия Жизни - Ирина Семина

Лялечка мечтала о своей семье, и о дальних странах, и об интересной работе, и еще много о чем. Но, закончив институт, определилась в тихое место, где зарплата была невысокая, но зато работа стабильная. Радости она не приносила, и больших денег тоже, но и неприятностей от нее не было.

К замужеству Лялечка тоже отнеслась очень благоразумно. Она придирчиво рассматривала все возможные кандидатуры и решительно выбраковывала одну за другой. И даже удивлялась: как другие умудряются найти свою половинку? Где они их берут???

Вот так шли голы, а в Лялечкиной жизни ничего не происходило. Лялечке казалось, что жизнь ее будет разноцветной, как карнавальный костюм, но жизнь почему-то становилась все более тусклой и блеклой, как линялый домашний халат. Ведь яркие события случаются, когда мы что-нибудь необычное делаем, а Лялечка очень боялась совершить ошибку — ведь она была очень хорошей девочкой.

Благоразумие — штука хорошая, но опасная. Оно уберегает нас от опрометчивых шагов, но в то же время не пропускает и свежий ветер перемен. А Лялечка с детства славилась тем, что всегда, ну просто всегда прислушивалась к гласу разума. Но иногда, когда она уже почти засыпала, разум начинал потихоньку отключаться, и тогда откуда-то издалека пробивался тоненький голосок, который говорил странные вещи.

— Не спишь? Наревелась? Давай-давай, реви! Еще вот так похлюпаешь носом годик-другой… Морщинки появятся… А там и старость не за горами!

— Кто это? — пугалась Лялечка.

— Да это я, твоя душа, — шептал голосок.

— Что за глупости? Когда человек на разные голоса думает, это шизофрения, — строго говорил проснувшийся разум. — Ну-ка пустырника выпьем — и спать!

И Лялечка послушно глотала пустырник и старалась заснуть. Но все чаше сон не шел, и ей приходилось подолгу ворочаться в постели. Только душа не успокаивалась и в удобный момент снова начинала шептать:

— Ну вот ты посмотрела бы на себя со стороны! Утром плетешься на нелюбимую работу. Вечером тащишься домой, где все привычно и стабильно, ничего нового-интересного. А годы проходят, между прочим! Ты на что жизнь тратишь, подруга?

Лялечка пугалась и снова переключалась на размышления о своей жизни. Годы и правда шли, что зря говорить… Нет, не то чтобы она совсем никуда не холила и ничего не видела — вот и в столицу наезжала, и в кино выбиралась. Но в целом…

— Так молодые девушки не живут! Так в доме престарелых бывает, — снова возникал голос души. — Медленно так, спокойно… Только тем старичкам хоть есть что вспомнить. А ты что будешь вспоминать?

Отмахнуться от таких мыслей было все-таки трудно: и правда, вспомнить было особо нечего. И Лялечка время от времени решала: все! С понедельника — новая жизнь! И с понедельника она начинала новую жизнь: рисовала Карту Сокровищ, изучала техники визуализаций, мантры читала… Мебель переставлять по фэн-шуй бралась — а то, говорят, если кровать не по диагонали и денежная жаба из угла не пучится — не будет счастья, как ни старайся.

Но почему-то ни жаба, ни мантры, ни даже Карта Сокровищ не помогали. В жизни так ничего и не происходило.

Однажды Лялечка задумала было бросить все и рвануть в столицу — счастья пытать, но мама, конечно, не одобрила, и Лялечка тут же выкинула эту мысль из головы: в самом деле, не могла же она, хорошая девочка, огорчать маму? Да и доводы мамины были очень благоразумные! Жизнь в столице дорогая, работу еще найти надо, нечего и пытаться!

Так Лялечка и продолжала думать грустные думы да тихо плакать в подушку. И вот однажды ноги сами привели ее на вокзал — то ли на поезда посмотреть, то ли под поезд броситься… Бог весть зачем! В общем, очнулась от своих невеселых мыслей Лялечка уже на перроне. Очень удивилась: что это она тут забыла? Присела на скамеечку и стала вагоны рассматривать. Вот этот — во Владивосток, а вот этот — в Новосибирск, а еще другой — в Петрозаводск. Где он, этот Петрозаводск? Кто там живет? Наверное, тоже люди.

— Не занято? — спросил у нее невесть откуда взявшийся у скамейки старичок. — Я присяду по соседству?

— Да нет, — откликнулась она. — Садитесь, пожалуйста.

— Встречаете или провожаете? — поинтересовался он.

— Да нет, я просто так, — смешалась Лялечка. — Случайно как-то забрела, сама не знаю как.

— Ничего случайного не происходит, — тут же возразил старичок. — Все закономерно!

— Да? — вяло спросила Лялечка. — Это что же выхолит: то, что жизнь проходит мимо, как эти вот поезда, — закономерно?

— Для вас — да, — подтвердил старик. — Вы ж тоже должны в своем поезде ехать!

— Куда ехать? — не поняла Лялечка.

— Из пункта А в пункт Б, — охотно пояснил старичок. — Или из пункта Д в пункт Е. Тогда жизнь не проходит мимо — пейзажи за окном меняются, попутчики садятся, выходят, новые города, приключения, события, и вы во всем этом участвуете!

— А вы участвуете? — вдруг заинтересовалась Лялечка.

— А как же! — гордо сказал старичок. — Всю жизнь! Только успевай поворачиваться! Скучать некогда!

— Вы, наверное, во многих городах побывали? — вежливо спросила Лялечка.

— Нет, всю жизнь здесь живу, ни разу нашего города не покидал.

— А как же… — растерялась Лялечка.

— Да я про поезда фигурально говорил! Ведь для того, чтобы двигаться, не обязательно ехать! Движение, оно в душе и в жизни. Сначала в душе, потом в жизни.

— В душе… — повторила Лялечка. — Не понимаю. Ничего не понимаю! Ну вот как это? Я вроде бы знаю, чего хочу. Мечтаю! В тетрадку записываю. Всякие методики применяю. Все по фэн-шуй переставила! Мантры читаю. Карту Сокровищ нарисовала. Но с мертвой точки ничего не двигается. Мне и самой иногда уже хочется умереть! До того все уныло…

— Ох, молодо-зелено, — улыбнулся в усы старик. — Мантры по фэн-шую читает… Методики она применяет. Ты вот мне скажи: когда тебе есть хочется, ты что делаешь?

— Ну, на кухню иду и ем что-нибудь, — удивленно ответила Лялечка.

— А откуда там еда берется?

— Из магазина… С рынка…

— Так прежде, значит, покупать надо еду-то? А потом приготовить?

— Ну да, — подтвердила совершенно сбитая с толку Лялечка.

— Вот-вот. Сделать что-нибудь надо! — с азартом взмахнул рукой старик. — Сходить, принести, сварить. А если сидеть в креслице и поваренную книгу читать — только аппетит растравишь, но не наешься! Карту Сокровищ она нарисовала… Слышал я про эту моду! А что толку с твоей Карты, если ты по ней никуда не плывешь? Так и провисит у тебя на стене, как обои!

— Но куда же мне ехать? — слабо сопротивлялась Лялечка. — У меня здесь дом, работа, мама… Стабильность!

— Стабильность, — неодобрительно сказал старик. — То-то ты все про смерть образы выдаешь. Дело у нее с мертвой точки не движется… Да потому и не движется, что за стабильность ты держишься мертвой хваткой!