Сентрал-парк - Гийом Мюссо

Джеймс Солтер

Алиса сбежала по лестнице. Пистолет она сунула в кобуру, а кобуру в рюкзачок и закинула его на плечо. Свежий ветерок благоухал запахом пряностей, кураги и ванили. Алиса сразу же заметила «Шелби». Машина стояла на другой стороне у арабской кофейни: кремовый корпус, сияющий хром, синие спортивные полосы. Вид агрессивный. Задремавший тигр, готовый издать устрашающий рык.

Посмотрев по сторонам, Алиса перешла улицу и толкнула дверь с нарисованной Нефертити.

Кальян-бар оказался уютной смесью востока и запада, соединив в обстановке то и другое: низкие столики и глубокие кресла, расшитые золотом подушки и полки с книгами, пианино, старая дубовая стойка, обитая цинком, дартс, позаимствованный из английских пабов.

Атмосфера царила самая располагающая. Начиналась вторая половина осеннего дня, спокойного и солнечного. Кайфовали студенты, сидевшие за своими ноутбуками, кайфовали старички египтяне и марокканцы, обитатели этого квартала, мечтательно покуривая свои кальяны. Сладкий запах табачного дыма смешивался с запахом мятного чая, приятно обволакивая и расслабляя.

Гэбриэл уже сидел за столиком и играл в шахматы с длинноволосым парнем в затрапезном желтом свитере из эластана и фиолетовой безрукавке.

— Есть разговор, Кейн!

Молодой партнер Гэбриэла по шахматам поднял голову и жалобно проговорил:

— Но вы же видите, мэм, что партия в самом разгаре!

— А ты, кислотник, мотай отсюда! — приказала Алиса, сметая фигурки с доски.

И прежде, чем студент успел открыть рот, она сгребла его за лацканые безрукавки и приподняла со стула. Паренек перепугался. Он торопливо подобрал шахматные фигурки, рассыпавшиеся по полу, и убрался, благоразумно не дожидаясь продолжения.

— Похоже, ванна вас не расслабила, — вздохнул Гэбриэл. — Может, восточным сладостям повезет больше. Здешнее печенье с медом и сухофруктами — объеденье. Или вам больше нравится молочный рис? А может, вы выпьете чашечку чая?

Алиса спокойно уселась напротив него, решив во что бы то ни стало вывести притворщика на чистую воду.

— А знаете, что меня бы всерьез порадовало? — осведомилась она.

Он с недоуменной улыбкой пожал плечами.

— Скажите, и все, что в моих силах…

— Вы сказали, все, что в ваших силах? Видите пианино у стойки?

Гэбриэл обернулся, и по его лицу пробежала тень беспокойства.

— Я была бы счастлива, если бы вы сыграли мне что-нибудь, — сообщила Алиса. — Не каждый день, прямо скажем, мне так везет, что я пью чай с джазовым пианистом.

— Не думаю, что сейчас это уместно. Мы помешаем посетителям…

— Какие глупости! Посетители будут в восторге. Все обожают слушать музыку, покуривая наргиле.

Гэбриэл снова попытался увильнуть:

— Уверен, что пианино расстроено.

— Подумаешь! Не обращайте внимания на пустяки. Давайте, Кейн, сыграйте что-нибудь известное: «Опавшие листья», «Blue Monk», «Апрель в Париже»… А еще лучше «Алису в Стране чудес», так сказать, по моему особому заказу. Давайте, Кейн! Вы не можете мне отказать.

В большом затруднении Гэбриэл заерзал на своем стуле.

— Послушайте, мне кажется…

— А мне кажется, что вы такой же джазмен и пианист, как я сестра милосердия!

Гэбриэл потер глаза и испустил долгий смиренный вздох. Похоже, он даже обрадовался и отнекиваться не стал.

— Признаюсь, я вам наврал, но только по части профессии.

— А почему я должна вам верить, Кейн? Что Кейн, это ваша настоящая фамилия?

— Все остальное чистая правда, Алиса! Меня действительно зовут Гэбриэл Кейн, и вчера вечером я был в Дублине, а сегодня утром проснулся в Сентрал-парке, скованный с вами одними наручниками, не понимая, как я туда попал.

— А зачем же нужно было рассказывать мне всякую хрень?

Гэбриэл снова вздохнул, понимая, что ближайшие минуты обещают быть для него не из самых приятных.

— Потому что я того же роду-племени, что и вы, Алиса.

Алиса нахмурилась.

— Я?

— Да, я тоже из страны полицейских.

* * *

В воздухе повисло молчание.

— Хватит играть в прятки! Кто вы на самом деле? — переспросила Алиса через несколько минут.

— Специальный агент ФБР, откомандированный сейчас для работы в Бостон.

— Вы надо мной издеваетесь?! — взорвалась Алиса.

— И в мыслях не было. Вчера вечером я действительно был в Дублине и после целого дня работы зашел в один из клубов «Темпл-бара» — напротив гостиницы. Захотелось, знаете ли, пропустить стаканчик-другой, устал очень.

— И что вы забыли в этой Ирландии?

— Приехал повидаться с коллегой из Гарда Сиочана.[7]

— С какой целью?

— С целью наладить международное сотрудничество. Дело идет об одном расследовании.

— Каком именно?

Гэбриэл отхлебнул чая, словно стремясь приостановить поток вопросов и дать себе время на ответ.

— О расследовании целой серии преступлений, — ответил он наконец.

— Речь идет о серийном убийце, — уточнила Алиса, стараясь разговорить коллегу.

— Не исключено, — нехотя отозвался тот.

В кармане куртки молодой женщины зазвонил телефон. Алиса взглянула на экран, там высветился номер Сеймура. Она замерла в нерешительности. Ей не хотелось прерывать Кейна, она ждала от него дальнейших откровений.

— Почему бы вам не ответить? — поинтересовался Кейн.

— А вам-то какое дело до моих разговоров?

— Звонит ваш коллега, не так ли? Неужели вам не интересно узнать, кому принадлежат отпечатки пальцев на шприце?

Алиса нажала на клавишу.

— Алло!

— Это я, Алиса, — сообщил Сеймур. Голос звучал взволнованно.

— Ты пробил отпечатки по базе данных?

— Откуда ты их взяла, Алиса?

— Они были на шприце, я потом все объясню. Ты мне скажи, что-нибудь выяснилось?

— Да, мы получили ответ, но ответ полное дерьмо!

— Почему?

— По базе выходит, что отпечаток принадлежит…

— Кому, черт бы тебя побрал?!

— Эрику Вогу, — ответил Сеймур.

— Эрику Вогу?

Новость оказалось неожиданной. Алисе словно ударили под дых.

— Да, тому, кто пытался тебя убить и…

— Я знаю, кто такой Эрик Вог, черт побери!