Второй месяц весны – это апрель - Саша Денисова

Поднявшись в главный холл, замечаю парня со сливовым цветом кожи и тонкими пепельными бровями. Не такой высокий, как я. Смотрит заворожёнными глазами фиалкового цвета и держит в руках нечто вроде лыжной маски. Говорю ему:

– Типа э-э-э. Ты и есть тот самый упоротый мальчик?

Он торопливо напяливает маску и жестикулирует тощим пальцем. Молчит. Одной рукой водит по кругу, другой энергично взмахивает вверх-вниз. Одет в синий комбинезон, напоминающий водолазный: костюм тоже идёт в облипку, но вокруг торса выпирает широкий пояс белого цвета.

Что делает этот гладко выбритый пришелец? Дирижирует?

– Да. Моё именование Лоёйрн, – сообщают стены, но так хитро фокусируют звуковой поток, словно говорит сам парень.

– Может, объяснишь, что тут, блин, происходит? Как это понимать?

Рассматриваю его короткую стрижку. У волос такой удивительный цвет. Похож на оливковый с примесью серебряной пыльцы.

– Осознание случая лицо созерцание. Далёкая далёкая галактика.

– Мда-а. Какое-то сумасшествие происходит. Не знаю, что и думать.

Стою на волнистом полу внутри сферы с круговым экраном и вижу настоящего инопланетянина.

Офигеть!

– Мочь просто не думание, – произносит Лœрн, я в это время гляжу на его цветастую одёжу с глянцевыми бликами.

Лакированный костюм переливается серебристо-синими узорами и заканчивается вокруг лодыжки бирюзовым колечком, обнажая фиолетовые стопы. Самое прикольное: когда парень сгибает локти, одежда меняет размер и разглаживает складки.

– Ты и представить не можешь, каково мне сейчас. Это же получается, что всё по-другому. Блин.

Робот направляет на меня механическую клешню с зажатой палочкой. У той на конце мерцает красно-оранжевый хвостик.

– Не голодна?

После вопроса устройство в руках андроида озаряется серо-зелёным ореолом.

– Да я не про это. Это другой „блин“, блин! Ты будешь нормально общаться-то?

– Затруднительность. Нужна оцтра, – светло-фиолетовый парень поднимает голову и отворачивается. Усиленно размахивает ладонями влево-вправо.

Оглядываю его сзади. На спине изображены непонятные иероглифы. Комбинезон объёмно обтягивает плечи, и не совсем понятно, какой формы у инопланетянина мышцы. Стройный парнишка. Задаю ему вопрос:

– А это вообще легально?

Лœрн учащённо двигает рукой, а на стенах в это время проступают угловатые закорючки и цветные диаграммы. Рядом с ними планета Земля, детали какого-то механизма и символы вроде таких: ⊕ ☼ ◐

– Полная порядочность. Не беспокойство. Энтропийность норма.

– Слушай, это как-то крипово всё. Говорю тебе, а отвечаешь не ты.

Пять секунд – и парень болтает смешную фразу, неуверенно выдавая по слогам:

– Голуб-ко извиня-ое положе-ние.

– Ахахаха.

– Радость моя что твоя радость, – сообщает Лœрн прежним способом, через стены, смотря всё время в одну точку. Кажется, он сконцентрировался на очках.

– Ладно-ладно. А… – делаю глубокий вдох, – а-ах. А чем так вкусно пахнет?

Не могу разобрать. Эм. Что-то типа испарения фруктового коктейля. Банановый такой запах, эм. Да-а-а.

Ф-ф-Ф-Ф-А-ах

– Особенность фильтрации синтетического питания.

Парень активно раскидывает руками, после чего мониторы перестраивают картинку. Там вспыхивает навигационная карта и мелькают два разных видеоизображения. На одном раздвигаются ворота изнутри лунного кратера, на другом блестит зеркальный шар с крестообразной опорой снизу корпуса.

«будь аккуратность срабатывание невесомости« – говорят стеновые экраны, и в верхней полоске загорается значок: ƕ

– Вау-у. Не знаю, что и делать. Но я готова!

Снизу гулко задрожало. Правой ногой давлю на эластичный пол. Левой тоже. Вдруг улавливаю жестяной лязг, точно железнодорожные вагоны расцепляются:

кщэльк-сии

Стремительно теряю чувство веса. Так непривычно.

Сгибаю колени, затем резко распрямляюсь и лечу ввысь!

Перевернувшись в воздухе, шмякаюсь о гладкую поверхность под сферическим куполом. Дёргаюсь – тот не пускает. Приковал к себе и крепко удерживает, окрасившись в ядовито-розовый цвет.

Настойчиво отталкиваюсь от потолка, пытаюсь выскочить, как там появляется текст. Непонятно, что написано, но слышно, что говорится:

отключение безопасности… ожидание

Осматриваю кольцевые дисплеи, опоясывающие внутреннее пространство корабля. На них рисуется наш маршрут. Мы только что отлетели от Луны и направляемся к Марсу.

Интересуюсь у Лœрна, витающего вокруг столба:

– А зачем эти надписи?

Повернув на меня голову, парень выговаривает:

– Перевод взиранье.

Там, где я примагнитилась, стена меняет цвет. Серебрится. Оттолкнувшись от неё, весело лечу в противоположный край и опять вмазываюсь в потолок. Но тот уже не удерживает. Лишь ловит и замедляет.

Я в невесомости. Это прикольно и дико необычно. Можно подумать, что не ты, а вокруг тебя всё вращается. Е-е-е. Хе-е-е-кс.

Противоречивые ощущения. С одной стороны – жизнерадостные. Улыбка почему-то сама растягивается на лице. Хочется играть телом в воздухе и головокружительно кувыркаться. Тебя больше не тянет к полу, и ты ничего не весишь. Круто!

С другой стороны, чувствую, что все внутренние жидкости куда-то сместились. Помню, однажды висела на турнике вниз головой и мой „котелок“ разбух. Сейчас примерно то же ощущеньице, но ещё подташнивает. Буэ-э. Фу.

Налетавшись в подкупольном пространстве верхней палубы, мчусь в центр. Хватаюсь за столб, перебираю руками и попадаю в нижний отсек.

Мчусь вдоль круглых контейнеров, заглядываю через арочную нишу в космический туалет, переворачиваюсь и свободно порхаю в воздухе.

Возвратившись на грузовую палубу, пробую уцепиться за контейнер, однако он холодный и скользкий, как сырая рыба. Отпихиваюсь от него и ударяюсь головой об овальный выступ где-то на чёрном днище, но бугорок такой мягкий, что ничуть не больно.

Приспосабливаюсь к парению в невесомости. Сперва кручусь вокруг своей оси и совершаю всевозможные кульбиты, а затем просто болтаюсь вверх-вниз по отсеку.