Кэнди - Терри Саутерн

— Замечательно, — отозвалась Кэнди.

Она думала, что Пит Аспай снова сядет, но он остался стоять.

— Ну, мне пора, — сказала он. — Очень много работы.

— А как я узнаю вашего друга? Там, в лагере? — забеспокоилась Кэнди.

— Вы его сразу узнаете, — сказал Пит Аспай, — он сам вас узнает, можете не сомневаться. Ни о чем не волнуйтесь. Я с ним свяжусь и скажу, что вы едете.

— Хорошо, — Кэнди встала и пожала ему руку — Большое спасибо. За все.

Пит Аспай пожал плечами.

— Не за что, — сказал он.

— Ну, как же: вы спасли меня от тюрьмы. И от всего остального, — сказала Кэнди.

— Да пожалуйста, — сказал Пит Аспай. — А теперь до свидания. Мне пора. Вы мне напишите, когда соберетесь возвращаться.

— Я обязательно напишу, — сказала Кэнди. — Я напишу сразу, как только приеду туда.

— Хорошо, — сказал Пит Аспай и развернулся, чтобы уйти. — До свидания и bon voyage!

— До свидания, — ответила Кэнди с тоскующим сожалением, которое она испытывала всегда, когда ей приходилось с кем-то расставаться. Она пару секунд смотрела ему вслед, и только потом заметила, что женщина за стойкой пытается активно привлечь ее внимание. Она подошла к ней.

— Вот вам сухая одежда, — сказала женщина и передала Кэнди аккуратно сложенное то ли платье, то ли рубашку. — Раздевалка вон так. — Она кивком указала на дверь рядом с нишей, где были стол и стулья.

— Большое спасибо, — сердечно поблагодарила ее Кэнди и пошла в раздевалку. Ее охватило радостное волнение — она уже предвкушала, как она будет работать вместе с «Молодыми и трудолюбивыми». Прикрыв за собой дверь раздевалки, она сняла мокрую юбку и трусики.

— Вот блин, вы так и не высохли, — она скомкала мокрые трусики в крошечный шарик и зачем-то их поцеловала. Потом она сняла свитер и лифчик и надела простое платье, которое выдала ей женщина за стойкой. Да, оказалось, что это все-таки платье — такой бесформенный мешок с тремя пуговицами наверху. В раздевалке было зеркало, и Кэнди внимательно изучила свое отражение. Она любила простую одежду. Она подумала, что, наверное, Жанну д’Арк вели на костер точно в таком же платье. В таком одеянии она себя чувствовала чуть ли не святой. Она аккуратно сложила свою одежду, снова вышла в фойе и застыла на месте, как бы красуясь перед женщиной за стойкой и ожидая, что она скажет.

— Вам очень идет, — сказала та, оглядев Кэнди с большим интересом. Может быть, даже с большим, чем следует.

Не в силах сдерживать свою радость, Кэнди подпрыгнула на месте и сделала пируэт.

— Я себя чувствую такой молодой! — воскликнула она. — Я давно себя так не чувствовала. И еще — живой, то есть живой по-настоящему. В первый раз в жизни!

Она протянула женщине за стойкой свою одежду.

— Вот, возьмите. Мне оно больше не нужно! Отдайте их кому-нибудь… какой-нибудь старой тетке, которая до сих пор живет в каменном веке!

Ей было так радостно в этой новой одежде. Простое платье, сшитое из мешковины, по фасону оно напоминало перевернутую воронку и доходило Кэнди почти до лодыжек.

— А теперь расскажите мне про «Молодых и трудолюбивых». Расскажите мне все! — попросила она.

— Боюсь, я уже не успею ничего рассказать, — сказала женщина за стойкой. — Машина уже у подъезда. Вам пора в аэропорт. Но вот… — Она достала из ящика стола пачку буклетов и вручила их Кэнди. — Можете почитать в самолете.

— Ой, замечательно! — воскликнула Кэнди и открыла верхний буклет. Она собралась зачитать вслух избранные места, но женщина за стойкой ее перебила:

— Вам пора ехать. Иначе вы опоздаете на самолет.

— Да, — Кэнди закрыла буклет. Ее буквально распирало от радости. — Большое спасибо за помощь… ну, и вообще, за все!

Она перегнулась через стойку и чмокнула женщину в щеку.

— До свидания, — сказала та, — и удачи!

— До свидания, — Кэнди чуть ли не бегом направилась к выходу, но остановилась, не доходя до двери, обернулась и помахала женщине рукой. — До свидания, до свидания!

Она выбежала на крыльцо Фонда и крикнула водителю машины, что ждала у подъезда с включенным двигателем:

— Подождите меня! Я иду!