Сессия. Дневник преподавателя-взяточника - Игорь Данилевский

– Я же говорю – всё: баварские, рейнские замки, Бремен. Но в один из баварских замков – не в этот Нойшвайн… Ой, все время я спотыкаюсь на его названии!..

– Нойшванштайн, – подсказываю я.

– Не в Нойшванштайн, а в другой… – помнишь, в книге, которую я тебе подарила. Там еще грот есть, который в зависимости от подсветки то голубой, то красный…

– …Линдерхоф.

– Да, точно. В него, кажется, вообще никого не пускают. Только от ворот на него посмотреть разрешается, и всё.

– Жаль. Я бы очень хотел там побывать. Особенно в гроте.

– Особенно при его голубой подсветке…

– Да иди ты! – улыбаюсь я. – Сама, наверное, только и мечтаешь о розовом варианте…

– Он не розовый – он красный.

– Тем более. Слушай. Я тебе, конечно, верю, но мне как-то попадался сайт одной фирмы, у которой тоже всё было, а цены просто какие-то нереально низкие…

– …Может, это какая-нибудь левая фирмочка, которая только и ждет, чтобы кого-нибудь кинуть.

– Нет. Я помню точно – на ее сайте – очень приличном, кстати – было написано, что она существует с девяносто какого-то года. Надо будет найти этот сайт и сравнить.

Гала кладет мне голову на плечо.

– Слушай! Я, сколько ни вспоминаю все свои, в том числе наши с тобой поездки, всё равно на первое место ставлю Испанию. Даже не Италию, а именно Испанию.

– Испания – это да! – говорю я. – Жалко, что Сеговии не было, но ее в такие туры и не включают. Зато Гранада и Севилья чего стоят.

– Блин! Какие они! Особенно Севилья! Я просто как подумаю – так сразу еще раз туда хочется.

– То-то ты заставку на своем компьютере уже месяц не меняешь! Все любуешься на себя – как ты там, в Алькасаре?

– Ну, любуюсь, да! Но я действительно считаю, что Париж на таком фоне сероват.

– Согласен. Там только несколько мест, которые обязательно надо посетить…

– …В том числе на башню вечером залезть!

– Сто процентов!

– А Версаль…

– …Да, вот именно! Уж как ты хотела в него попасть! А он…

– …Без фонтанов – никакой. До Петергофа не дотягивает. Внутри – да, красиво, сопоставимо. А снаружи…

– …Просто мертвый. Но особенно добивают эти решетки колхозные, которыми они кустарники ограждают…

– …Ага!

– …У нас только на шести сотках такую позорную фанеру ставят. Придурки, конечно. Нет, чтобы сделать нормальные заборчики. Пусть даже не все из себя ажурные, но хотя бы… ну, я не знаю… элементарно копья поставить такие…

– Точно. А Италия, конечно, хороша – особенно, когда в первый же день попадаешь в Венецию…

…При слове «Венеция» у меня перед глазами возникает сиреневый туман:

– Если б были деньги, я бы каждый год летал туда. Как Бродский. Он просто бредил ею, и я его понимаю.

– Вот и я так же тридцать лет бредила Парижем…

– А он тебя разочаровал!..

– …Разочаровал. Единственное, о чем я жалею, – что я вместе с тобой на Нотр-Дам к гаргульям не лазила…

– Ну, ладно – я же тебе фотки дал. В Италии меня вот Флоренция немного разочаровала. Санта-Мария-ди-Фьори – это хорошо, но в целом город – не супер. Просто уж очень исторический.

– Ну, не знаю, – пожимает плечами Гала. – Мне Флоренция понравилась. Рима вот не хватило.

– Это да. В замок Святого ангела не сходили, на Форуме флэшка кончилась…

– Ха-ха! Есть еще тур – «Римские каникулы» – ты помнишь?

– Ну, ясное дело – помню! – улыбаюсь я. – Намёки твои ясны!

– А меня возьмешь?

– Да возьму, возьму! Куда уж теперь без тебя!..

…Мы целуемся и продолжаем наш вечер воспоминаний.

– Но все равно Италия – это на четверку. В Португалии я, в отличие от тебя, не была – не знаю, но из того, что было, Испания, Севилья особенно – это самое красивое!

– Есть еще сопоставимая вещь. Как раз в Португалии. Синтра. Это что-то! Другого такого места, я думаю, нигде больше нет. Масштаб вроде бы не такой большой, как в Альгамбре, но по-своему ничуть не хуже. Особенно мне в районе Риголеро понравилось. Ты же у меня брала фотку для компьютера, помнишь?

– Помню.

– А вот пирамиды в Египте – это, конечно, «минус»! Какие-то маленькие, приземистые.

– Ага! Совсем не кажутся такими громадинами, как должно бы. Я раньше читала и твои, и свои книги про все эти теории… И после того, как увидела жалкие горочки, пришла к выводу, что все это они могли сами построить – без всяких инопланетян и атлантов.

– Строили-то сами, но вот кто расчёты проводил? Там ведь как минимум намёк на метрическую систему. Тебе, кстати, обязательно надо было разориться на шестьсот долларов, но в Петру съездить, когда вы с Сережкой там были.

Упоминание о муже не вызывает у нее эмоций. Она уже привыкла к нему, как привыкают к старой мебели, которую лень менять, и к своей жизни на две постели. Точнее, на две палки, потому что в постели мы с ней бываем очень редко. В основном – в гостиницах вдалеке от родины.

– Я уж сама себе все локти искусала. Но знаешь – я тебе не говорила, чтоб не сглазить: я всю прошлую осень и зиму надеялась все-таки поехать к египтянам еще раз – только в Шарм-эль-Шейх, а не в Хургаду. Заодно и в Петру, и в Иерусалим.

– Да, там, в Шарме, всё под рукой. Еще Синай всего лишь за сорок долларов. Якобы гора Моисея – ха-ха! Кто это доказал, что он там был?

– Ну, знаешь – на эту гору я бы все-таки полезла…

– …Да я бы тоже полез. Здесь, в нефте-химе, на кафедре аналитической химии работает одна очаровательная женщина. Она у меня этот предмет вела…

– …Кто?

– Не скажу! Так вот, она говорила мне, что в тот момент, когда они с группой туда заползли, взошло Солнце. И у нее было просто какое-то фантастическое, сказочное ощущение. В общем, она сразу поверила, что в этой горе и впрямь что-то есть. А чего ты не поехала-то в итоге в Шарм?

– Я решила, что на всё денег не хватит: на Шарм, на поступление Ленки и потом на нашу Германию… Знаешь, сколько надо?

– Представляю…

– Ни хрена ты не представляешь. Ты даже никак узнать не можешь, сколько у вас в этом году поступление стоить будет. Я тебя прошу уже десятый раз.

– Во-первых, ты сама еще не определилась, будешь ли ты задействовать этого знакомого Сережки из министерства. А, во-вторых, так и быть – на днях выясню! – я чмокаю Галу в щёку.

– А цены в Египет, возвращаясь к нашим баранам, ты точно не представляешь. Когда мы ездили полтора года назад, на базе нашей «Альф Лейлы Валейлы» было шестьсот на двоих. Сейчас знаешь, сколько?