Dolce на ужин - Юля Филонова

Я сидела с невозмутимым видом, позволив Андрею обнять меня за плечи. Его прикосновение не вызывало во мне ровным счетом никаких эмоций, зато я чувствовала себя необыкновенно защищенной.

Когда концерт, наконец, закончился, я попросила поскорее отвезти меня домой.

– Мне все-таки нехорошо. Недолеченная простуда – это страшное дело, – объяснила я.

Андрей не стал сопротивляться и отвез меня домой незамедлительно. Кажется, он не заметил Макса. Это очень хорошо, иначе сразу бы все понял, а этого допускать нельзя. Возле дома мне опять ловко удалось избежать поцелуя в губы. Однако Андрей все же умудрился нежно прикоснуться губами к моей шее.

Войдя в подъезд, я поняла, в каком напряжении пребывала последние два часа. Слезы ручейками заструились из моих глаз. Бесполезно. Все это бесполезно. Мне не разлюбить Макса. Мысль о том, что он вновь с Алиной, причиняла невыносимую боль. Она победила. Пообещала вернуть его – и вернула.

В ожидании лифта я уже не просто беззвучно плакала, а скорее тихонечко скулила. Неожиданно на мое плечо легла чья-то рука. Черт! Это, наверное, маньяк! Я с силой ударила стоящего позади меня человека локтем в солнечное сплетение, а затем, резко развернувшись, заехала коленкой между ног.

– Ты что, с ума сошла? – взвыл от боли человек, оказавшийся моим соседом.

– О, боже, боже, прости меня! – Я засуетилась вокруг скорчившегося парня.

Я попала прямо в цель. Еще несколько минут он был не в состоянии разогнуться. Когда же, наконец, сосед смог принять вертикальное положение, я тут же объяснила:

– Думала, это маньяк. Хочет изнасиловать или деньги отобрать. А может, и то и другое. Ну, ты понимаешь, в наше неспокойное время это случается сплошь и рядом.

– Судя по твоей реакции, времени на размышления у тебя не было. Очевидно, ты всегда готова к нападению, – сердито заметил Даня.

– Да, с реакцией у меня все в порядке, – с гордостью призналась я. – Можно пригласить тебя на чашечку чая? Мне правда страшно неудобно!

– Ладно, пошли, – согласился сосед. – Кстати, на входной двери висит современный кодовый замок. Так, чтоб ты знала.

– Я живу здесь уже почти два года, можешь не рассказывать, – слегка огрызнулась я.

Дома я приготовила чай с ромашкой, разложила на блюде вкуснейшее миндальное печенье, и мы уютно расположились на полу среди подушек.

– Ну что у тебя за очередная драма? – полюбопытствовал Даня.

– С чего ты взял, что у меня что-то случилось?

– А ты пойди, посмотри в зеркало – сама поймешь.

Я бросилась к зеркалу и, о ужас, обнаружила, что моя тушь размазана, а на щеках остались следы от черных ручейков. Немедленно приведя глаза в порядок, я вернулась к своему гостю.

– Встретила Макса, – призналась я. – Он снова с той девушкой, у которой я его увела, а еще несколько дней назад был с другой. И как он только успевает?

– Ну, ты в общем-то тоже не теряешь времени зря. Готов поспорить, сегодня твоим кавалером был тот напыщенный тип с белыми розами.

– Он вовсе не напыщенный тип! Он помогает мне отвлечься от личной трагедии.

– Вы уже целовались?

– Не твое дело! – моментально покраснела я.

– Он ведь тебе даже не нравится, – с уверенностью заявил Даня. – Зачем тратить свое время на человека, которого ты заведомо собираешься оставить?

– Еще раз повторю – это не твое дело. Но, если тебе так уж хочется знать, скажу только, что в том кругу, где я сейчас вращаюсь, свои правила. И я не желаю выглядеть брошенной и несчастной. Понимаешь?

– Понимаю.

Даня положил голову на подушку. Я посмотрела на него сверху вниз. Темно-каштановые волосы, густая челка, глаза цвета лесного ореха закрыты, а длинные ресницы отбрасывают тени на скулы. «А он очень милый», – неожиданно подумала я.

– Эй, ты что, собрался спать? – Я легонько ущипнула соседа.

– Конечно, нет, с тобой разве заснешь? – Он резко сел, и наши глаза оказались на одном уровне.

Мне, наверное, показалось, но, по-моему, что-то внутри меня дрогнуло. Однако я лишь улыбнулась и сказала, что, пожалуй, спать все-таки пора.

– Ладно, понял, пойду. Спасибо за чай и печенье. – Даня выглядел слегка разочарованным. Очевидно, он намеревался продолжать выпытывать мои личные секреты еще часа два.