Как быть плохой - Лорен Миракл

– Понятно, – говорю я. Голова моя все еще кружится от выпитого и от того, что я ныряла.

– Послушай, – начинает вдруг Марко, – эта Мэл…

– Что Мэл? – спрашиваю я.

– У нее есть какой-нибудь парень?

– Насколько мне известно, в данный момент нет. Был у нее один, потом у нее с ним что-то там произошло – что именно, я толком не знаю… С тех пор она очень осторожничает, не спешит заводить нового парня.

– Серьезно? – пожимает плечами Марко. – Мне она не показалась особо закомплексованной.

– Какой же она тебе показалась?

– Девчонка как девчонка. Симпатичная, простая…

– Простая? – смеюсь я. – Послушай, если тебе действительно нравятся простые девчонки, то почему ты тогда до сих пор один? Простую девчонку найти не сложно – их пруд пруди…

– Я имел в виду, простая в том смысле, что держится просто, не смотрит на людей свысока, а не в том смысле, что она глупая.

– Серьезно? – говорю я. – Тебе правда показалась, что Мэл держится просто?

– Да. Взять, например, девчонок в нашей школе, так их хлебом не корми – дай опустить кого-нибудь ниже плинтуса. А Мэл держится просто. Веселая, с ней легко разговаривать…

– А ты знаешь, что Мэл ездила в Африку на сафари? – спрашиваю я. – В смысле, в настоящую Африку, а не в африканский уголок в Дисней-парке…

– Я знаю, что такое Африка! – улыбается он.

– Серьезно? – смеюсь я в ответ.

Мне нравится улыбка Марко, простая и открытая. До сих пор еще ни один парень, ни один мужчина не улыбался мне…

То есть, конечно же, мужчины мне улыбались – взять хотя бы того продавца хот-догов, что участвовал в шоу самого Эла Рокера. Да и тот парень, что заправлял бензином машину Джесси, подмигнул мне. И еще как-то раз в «Вафельном Доме» один клиент начал было заигрывать со мной, хотя мне в тот момент было не до него – мне не терпелось дождаться перерыва, чтобы наконец выбежать покурить.

Брэди, конечно, улыбался мне, и не раз. Но Брэди далеко и, возможно, улыбается сейчас другой девчонке – или девчонкам, а Марко – рядом и так приветливо улыбается мне…

– Африка – она такая, – Марко рисует пальцем в воздухе силуэт Африки. – Там очень жарко, а еще там живут зебры.

– Мэл видела зебру, – говорю я. – И даже трогала ее голыми руками…

– Голыми? – смеется он.

Нет сомнений, что Марко явно неравнодушен к Мэл. Как загорелись у него глаза, стоило мне упомянуть про нее и про «голые руки»…

– Я сказала «голыми руками», – улыбаюсь в ответ я. – Сама Мэл при этом голой не была…

– А зебра была голая? – лукаво спрашивает он.

– Зебры вообще нудисты, – смеюсь я. – Как и жирафы. Представь себе, они все время в своей саванне ходят голые, и у них все наружу, все видно…

Улыбка Марко становится еще шире. Я рада, что хотя бы какое-то время я могу не думать о Брэди. Мне хочется, чтобы Марко улыбался мне снова и снова…

– Да, зебры – совсем бесстыжие девчонки! – говорю я. – Да что зебры… Сегодня в музее мы видели аллигатора…

– Старого Джо?

– Откуда ты знаешь? – удивляюсь я.

– Ну ты даешь! Ты уже забыла, где мы встретились?

Сказать по правде, я действительно уже успела это забыть. Вот что значит много выпить!

– Да, Старого Джо. Так вот, он тоже был голый, как и зебры, но не выглядел таким. Знаешь почему? У него такая шкура, что он не выглядит голым. Как будто он в кожаном пальто… Кажется, из кожи крокодила шьют обувь?

– Да, шьют.

– Вот так-то! – вздыхаю я. – У крокодила такая кожа, что ему никакого пальто, никакой обуви не надо. Он может быть голым и при этом защищенным так, как не защищен ни один человек. Он может позволить себе быть голым. А люди убивают крокодилов и шьют из их кожи одежду и обувь, чтобы прикрыть наготу и защитить ноги… По своей природе люди – голые. В этом мы ближе к зебрам, чем к крокодилам. Люди ведь и с точки зрения биологии более близки к зебрам, чем к крокодилам, не так ли?

– Ты всегда так много разглагольствуешь о наготе? – смеется Марко.

– Только когда сижу в бассейне с голыми людьми.

– Я не голый. Я в плавках!

– Ты выглядишь голым.

– Могу снять плавки, – подмигивает он. – Если, конечно, ты не против…

Мне вдруг становится ясно, что Марко – такой же, как Брэди, а Брэди – такой же, как Марко. Меня нет рядом с Брэди – и он уже готов флиртовать с другими девчонками. Марко явно неравнодушен к Мэл, но Мэл сейчас рядом нет, а есть я – так почему бы не пофлиртовать со мной? Как он сейчас уставился на мою грудь, облепленную мокрой футболкой… Я все-таки была права – все мужчины одинаковы…

Что ж, может быть, раз так, то оно и к лучшему? Если для Брэди все равно, я или другая девчонка, если для Марко все равно, Мэл или я – то почему для меня должно быть не все равно, Брэди или Марко?

Я ныряю, проплываю под водой и выныриваю рядом с Марко.

– Я вовсе не против! – говорю я. – Кстати, почему ты тогда меня не обыскал?

– Что? – явно опешив, произносит Марко.

– Тогда, у музея… Я сама предложила тебе обыскать меня! Почему ты меня не обыскал?

– Я…

– Молчи! – Я прижимаюсь к груди Марко и целую его.