Бывшая Ленина - Шамиль Идиатуллин

– Ну и… хрен бы с ними, – согласился Слободенюк и снова сверился с айфоном. – Но пока не устаканилось все, гусей не дразним. Пока давайте заказывать вот это, считайте, что я согласовал. Художника вам подгоню, прям вечером или завтра с утра придет, эскизы нарисует, мне покажете – и вперед. Хотя…

Он еще раз посмотрел на цифры и спросил:

– А пять тысяч – это не дофига ли? И свечек этих, я смотрю… Стоят-то они минимально, но на хранении разоримся же.

– Во-первых, не разоримся, – сказала Лена. – Я вчера по магазинам прошлась – всякие ароматизаторы улетают только так, и автомобильные, и эти пшикалки для туалета, из-за которых озоновая дыра.

– А куда деваться, – отметил Слободенюк, сделав сочувственную гримасу, которая чуть съехала, когда он сообразил, что сочувствие должно распространяться и на него самого.

– Да к нам, когда ионизаторы купим. Они не гробят, и вообще здоровей. Во-вторых, это же надолго все.

– Что надолго? – не понял Слободенюк.

Лена вздохнула и пояснила, коротко поведя рукой вдоль окна:

– Никуда мы от вони не денемся. Никто нашей свалкой не займется, понятно же уже. В ближайшем будущем – точно. А это годы. И будет хуже только. Надо привыкать жить так. Или валить, если есть такая возможность. У большинства ее нет, так что будут покупать ионизаторы и веселые маски с политиками и продолжать жить.

Слободенюк посмотрел в сторону окна, поежился и медленно сказал:

– Честно говоря, я об этом как-то… И вы прям думаете, что все эти разговоры?..

– Останутся разговорами, – закончила Лена. – Кому свалка нужна, те сверху; мы, которым свалка не нужна, если за год ничего не сделали, то и не сделаем. Ныть только будем. А они будут обещать и тоже, конечно, ничего не делать – потому что зачем? Все как обычно.

– Херово же так жить, – отметил Слободенюк вполголоса.

Лена пожала плечами.

– Ну да, не жить еще хуже, – согласился Слободенюк. – Вот не зря вас батя так ценил. Умная вы, Лен Игоревна, а? И злая.

– Да не, – сказала Лена неуверенно.

Слободенюк, кивнув, сказал:

– Эти объемы утверждаю, распечатайте, я подпишу, и сегодня же начинайте оформлять заказ, чтобы мартом успеть аванс бросить, пока цены не подняли. Ну и по фотокатализаторам мне тоже закиньте, что нашли, пусть под рукой будут. Все, спасибо. Жду.

Лена кивнула, пошла к двери и уже там пробормотала вполголоса, хотя Слободенюк ответа уже не ждал и не слышал:

– Я справедливая.

Приложение Лена скачала тем же вечером, сразу два, «Тиндер» и какой-то местный аналог, расхваленный в сообществе «Мы соседи!», на которое Лену сто лет назад заставил подписаться родительский комитет Сашиного класса. Шарилась весь вечер, на паре кандидатов даже остановилась – не соседях, конечно, еще не хватало, и не наглых. Один был похож на Олежку, первую тайную любовь из девятого «Б», второй – просто жгучий брюнет с застенчивой улыбкой, но без наглой поволоки в глазах. У Лены никогда не было жгучих брюнетов. Впрочем, у нее никогда никого не было – будем так считать простоты ради. Во всяком случае, она никого не помнила и помнить не хотела.

Лена долго колебалась, а холод в животе копился и вымораживал, так что надо было что-то с ним делать. Я сильная взрослая женщина, пусть и без кошки, напомнила она себе и почти уже повела пальцем по экрану – и тут представила, как этот жгучий без поволоки будет ее кормить-поить и разглядывать, высчитывая, не вышла ли она за придуманный им лимит, а если вышла, то не может ли он себе позволить чего-нибудь… Что именно может позволить себе жгучий, да и любой другой соискатель Лениного местами чересчур пышного тела, Лена представляла себе с трудом, и что самое обидное, кажется, не хотела ни представлять, ни пробовать. Окажется несостоятельной – стыдища же будет. Да и раньше будет: допустим, понравится Лене, как этот жгучий выглядит по жизни, говорит и держит вилку, поедет она с ним в нумера или, может, в убитую однушку на Орджоникидзе, допустит она его к своим сокровищам, упакованным в незатейливое хлопковое белье без кружев и специальных прорезей, – и дрогнет брюнет. А у Лены еще и ноги месяц не бриты.

Лена убрала палец от экрана и пошла в ванну бриться и выщипываться. А с утра, до работы, забежала затовариться элегантным нижним бельем. Зря, конечно, потому что такого рода отсеки в ТЦ «Весна» работали с десяти.

Лена вернулась в обед, зашла в отдел «Пикантные штучки», где на нее тут же напала тощая девица с тщательно замаскированным угрем под носом. Девица была приветлива, обходительна и высокопрофессиональна, она понимала блеяние Лены со второй ноты, точно определяла ее размеры и не глядя выдергивала из разных ящиков ровно те трусы, бра и пояса, которые фигурировали в их непростом диалоге.

Лифчик Лене даже понравился, он был не столько развратным, сколько интересным и, наверное, довольно удобным. Но трусы Лену доконали. Она их даже в руки брать не стала. Просто представила на себе, сравнила полученную картинку с торчащим на входе презрительным манекеном, оживила ее под аккомпанемент девушкиного «На вашего кавалера это обязательно произведет впечатление», вздохнула и пошла прочь. Искренне огорченная девица пыталась ее удержать рассказами о скидках и акциях, но Лена сказала:

– Девушка, милая, мне ж к этому бахатству для комплекта только леопардовых лосин не хватает. И кофты с люрексом.

– Почему же… – начала девушка и хихикнула.

Лена развела руками, вышла за стеклянную дверь, вытащила телефон и удалила оба приложения, напомнив себе как-нибудь под настроение вернуться за лифчиком – конечно, когда будет другая продавщица.

А еще через день Лена почти случайно увидела Олежку. Ну как случайно: не увидела бы, если бы с утра не оказалась возле его дома, из которого Олег так и не переехал. И не узнала бы ни за что, если бы до того не нашла его старую давно заброшенную страничку «ВКонтакте». Все равно узнала с трудом: на страничке он был лохматый, чуть полноватый и со здоровенной щукой, а в жизни оказался бритым наголо и сильно раскачанным, так что ходил, растопырив локти. У Олега была новая машина, не очень дорогая, насколько понимала Лена, корейский внедорожник, но очень большая и очень ухоженная. И спутница у него тоже была очевидно новая, тоже не очень дорогая, но очень ухоженная – небось и силиконовая вся, под маской и шубкой не видно. Зато видно, что Олежка и машиной, и спутницей гордится примерно одинаково.

Тоже старых бросил, подумала Лена. Сволочи вы, ребята, все-таки.

Она вздохнула и пошла на работу дальним путем, чтобы нечаянно не пройти по бывшей Ленина и не увидеть остальных сволочей. Почему-то Лене казалось, что сейчас это ее просто убьет.

Впрочем, к офису она подошла уже совершенно спокойной и умиротворенной. А расспросы заподозрившей что-то Наташки встречала так туманно и игриво, что та уверилась в эффективности своего промоушена и стала жарко советовать какие-то особенные сообщества, про которые ей говорили подружки. Лена делала вид, что слушает, доводя Наташку до крайнего восторга. Та, похоже, уже почувствовала себя как минимум профессиональной бандершей и наставницей перспективной куртизанки, и тут Лена все испортила. Она рассеянно кивнула в очередной раз и небрежно спросила: