Игральные кости - Элли Лартер

Байкеры вот уже несколько лет вызывали у нее дрожь в коленях и зуд между ног… Как можно было устоять перед такими мужчинами? Это была ее идея – поехать сегодня на гонки. Это была ее идея – выпить пива. А теперь ее идея – попасть в тусовку.

О тусовке она, конечно, ничего толком не знала. Все ее представления о байкерах сводились к стереотипным романтическим понятиям: крутые парни на крутых мотоциклах, косухи с нашивками, татуировки по всему телу, скорость, драйв, много алкоголя и много секса. О том, что тусовка – это не непосредственные участники клубов, она не знала. Не знала она и о правилах приема.

Голова кружилась, так что она не сразу сообразила, когда мужик сказал, что надо бросать кости и… что? Раздвигать ноги? Что за чушь?

Кристен панически зашептала ей что-то на ухо и потянула прочь, но им не дали пройти.

– Куда собрались, дорогуши?

– Мы ошиблись, простите, – пробормотала в ответ Кристен.

– Вы не ошиблись, вы струсили.

– Да, мы струсили, – голос у подруги задрожал, а вокруг раздался такой хохот, что стены, казалось, в любой момент могут рухнуть.

Миранда поморщилась:

– Я буду первой, – ей просто хотелось, чтобы этот шум прекратился. Голова болела. Мысли путались.

На ее ладони оказался маленький игральный кубик. Она подбросила его вверх и поймала.

– Четыре, – сообщила она.

– Поздравляю, ты почти член тусовки. Осталось только дать четверым парням. Можешь сама выбрать их.

Но выбрать она не успела. И вообще не успела ничего сказать или сделать. Сильные мужские руки потащили ее в толпу, и она едва успела в последний раз взглянуть на Кристен.

Все, что происходило дальше, было как во сне. Она была пьяна и едва себя контролировала. Она шла по рукам – цепкие пальцы хватали за все, до чего могли дотянуться. Она пару раз вскрикнула, но эти звуки потонули во всеобщем гуле и хохоте. Алкогольные пары и сигаретный дым перемешались, жар и запах пота ударяли в лицо, она раскраснелась, волосы растрепались, белая футболка трещала по швам.

С ближайшего стола сбросили всю посуду. Стекло хрустело под ногами в луже пива. Что-то крикнул издалека бармен, но его возглас проигнорировали.

– Раздевайся, – рявкнул какой-то мужик.

Она молча помотала головой. На глазах выступили слезы. В голове начало постепенно проясняться. Она попыталась найти взглядом Кристен или Нэйт, но натыкалась только на ухмыляющиеся физиономии.

– Раздевайся, неженка!

– Снимай свои гребаные шорты!

– Покажи свою киску!

Ее начало колотить, она прижала руки к груди и по-прежнему не решалась что-нибудь сказать или сделать. Когда ее снова схватили, она попыталась вырваться, но это было бесполезно.

Ее затащили на стол и поставили на колени. Кто-то дернул вниз ширинку ее шорт, другая пара рук стащила их вниз. Потом точно так же стащили нижнее белье. Футболка была задрана куда-то на шею вместе с бюстгальтером.

После первых двоих было еще двое. Во второй раз она уже ничего не чувствовала. Никакой боли. Сил сопротивляться не было. Она безвольно висела между ними, поддерживаемая в вертикальном положении двумя мужскими торсами.

Когда все закончилось, ее оставили лежать на столе, и первые минут десять она просто не могла пошевелиться. Потом просунула руку между ног. Крови не было. На пол упала кожанка, которой кто-то заботливо прикрыл ее обнаженные бедра.

Она медленно сползла на пол, прямо в лужу. Осколок пивной кружки впился в ладонь, но боли она не почувствовала. В янтарной луже на полу появились красные кровавые разводы. Миранда одернула руку и вытерла ее о бедро. Потом встала. Натянула шорты, поправила футболку. Теперь на нее никто не смотрел, и она даже почувствовала какое-то облегчение.

Она добралась до туалета, и ее вырвало. Потом еще раз. И еще. Желудок скручивало каждый раз, когда она вспоминала грязные руки на своем теле. Ей надо было домой. В душ. И чтобы родители и Кевин ничего не узнали.

Кое-как приведя себя в порядок, она с трудом выскользнула из туалета, чтобы сквозь разгоряченную толпу прорваться к выходу. На свежий воздух. На свободу.

Когда ее похлопали по плечу, она невольно вздрогнула и отстранилась. Это оказался какой-то парень ее возраста, в клетчатой рубашке и с красивыми голубыми глазами.

– Эй, ты идешь танцевать? Ты же в тусовке!

Неужели после этого кто-то был способен танцевать? Неужели кому-то было от этого весело? Она с трудом передвигала ноги. Между бедер тянуло и саднило.

Она с трудом выбралась на улицу. Ей предложили закурить, и она не раздумывая согласилась. Глубоко затянулась, выпустила дым в небо стального цвета. На улице было прохладно и почти тихо после шумного, гогочущего от потолка до пола бара.

– Хреново пришлось? – услышала она женский голос. Говорила высокая блондинка. Она тоже держала между пальцами сигарету и самозабвенно курила. Вид у нее был потрепанный, но совершенно равнодушный.

– Ты кто? – нахмурилась Миранда.

– Меня зовут Люсиль, – отозвалась девушка. – Не помнишь меня на гонках? Я давала «старт».

– О, точно, – Миранда кивнула.

– Я в тусовке уже семь лет.

– И ты тоже вступала в нее… так?

Люсиль усмехнулась:

– Ну конечно. Иначе никак.

– И сколько точек выпало тебе?

– Шесть.

– О боже.

– Да, это был не самый приятный сексуальный опыт в моей жизни, – хмыкнула девушка. – Но в нашем мире это не считается изнасилованием или унижением. Ты ведь идешь на это сознательно.

– Я не знала об этом, – задохнулась Миранда. – Я была тут в первый раз. И я была пьяна.

Люсиль задумчиво кивнула:

– Я тоже не была здесь постоянной гостьей до того, как решила попробовать. Но я хотя бы знала, что со мной произойдет. Это довольно жестокое испытание.

– Жестокое?! – вспыхнула Миранда. – Да это зверство! Это противозаконно! Это… это… это просто бесчеловечно!

– Это меньшее зло, на которое способны эти ребята.

– Ты их оправдываешь? – удивилась Миранда.

– Самую малость. И потом, обещания свои они выполняют. Если тебя приняли в тусовку – отныне за тобой будут присматривать. Тебя не дадут в обиду.

– В обиду не дадут, но сами затрахают? – сморщилась Миранда. – И что значит – присматривать? За мной будут следить? Даже когда я отсюда уеду обратно в Сакраменто?

– Ты вернешься.

– Ни за что.

– Ты вернешься, – повторила Люсиль. – Так или иначе.

Она не знала, как добраться домой. У нее не было денег на такси. Где здесь автобусная остановка, она не знала, – да и какие автобусы посреди ночи? Оставалось одно – попросить кого-нибудь подбросить ее до города.