Всегда бывает первый раз - Лариса Райт

– А я испугалась, подумала, случилось что-то плохое, – Натка даже растерялась от разыгравшегося перед ней неуемного веселья.

– Нет, все отлично, – выдохнула Ниночка, усаживаясь на полу. – Папа восстановит меня в колледже.

– Да? Ну, если это то, что тебе надо… – произнесла Натка с сомнением в голосе.

– Конечно, – уверенно кивнула Нина. – Это же самый крутой колледж дизайна в Испании.

– Что-то профессорский состав там подкачал, – продолжала Натка свой скепсис.

– Мам, – Нина сникла, – ну не начинай, а! Паршивые овцы везде могут найтись. А я зато буду теперь звездой курса.

При этих словах все еще лежащий на полу Андрей раскинул в стороны руки и ноги, недвусмысленно изобразив звезду, и Натка прыснула, сказав вслух не без удовольствия:

– Юморист!

– Кстати, мам, – Нина встала и отряхнула джинсы, – наш юморист голодный и хочет такого же соуса, которым ты кормила меня.

На языке вертелись слова: «Пожалуйста, еда в холодильнике». Но Натка не успела их произнести. В дверь просунулась вихрастая голова Валерки и спросила:

– Что за шум, а драки нет? О! Нинка! Привет! А ты че, одна? Без волосатого?

– Он отъехал.

– В смысле? – не поняла Натка. – Этот молодой человек разве не из Барселоны? Так он не знает, что с тобой случилось? Ты потому хочешь вернуться именно в этот колледж? Чтобы быть с ним? Ты из-за этого нервничала? Потому плакала?

– Я уже сказала, почему я хочу вернуться в колледж. – В голосе дочери появились прежний вызов и агрессия, и Натка поняла, что надо сбавить обороты. Нина между тем продолжала: – А отъехал он не из Барселоны, а от меня. И быть с ним я больше не хочу. Что вы на меня так смотрите? Радуйтесь! По крайней мере, я больше не прошу называть себя Алехандрой.

– Это однозначный плюс, – поддержал Нину Андрей, который давно уже встал с пола и теперь подпирал спиной стену.

– Что значит от тебя отъехал? – заинтересованно спросил Валерка.

– Подрастешь – поймешь. Вы – бойфренды – как автобусы, едете себе и едете. Притормозите на остановке, постоите немного и снова в путь. А мы остаемся.

– Вот-вот, – на этот раз поддержала дочь Натка. – Вы ездите, – она искоса взглянула на мужа, – а мы переживаем.

– Переживаем? – Ниночка закатила глаза. – Этого еще не хватало. Чего переживать-то! Я же говорю – как автобусы. Один уедет – приедет другой.

– Это как-то, как-то… – Натка не могла найти подходящих слов и невольно, чисто интуитивно взглянула на мужа, а он тут же пришел на выручку и закончил:

– …неправильно.

– Да, – уверенно сказала Натка, не сводя теперь с Андрея серьезного, внимательного взгляда. – Это неправильно.

Они говорили Нине, но разговаривали друг с другом.

«Думаешь, мне не стоит ждать другого автобуса?» – молча спрашивала Натка.

«Я никуда не уезжал, – мысленно отзывался Андрей, и она слышала этот ответ. – А ты? Ты стоишь?»

«Обеими ногами, – Натка даже кивнула вместе с мыслью, для того чтобы у мужа не осталось никаких сомнений. – Не стану спрашивать про дневник, – решила она в этот момент. – В задании было рекомендовано прочитать книгу, а не обсуждать прочитанное. Этому плану и станем следовать. Кстати, а какой у меня новый план? Я же могу заглянуть в свой учебник. Наверняка там ждет очередной сюрприз или полезная подсказка». Натка почувствовала нестерпимый зуд охотника, будто в нескольких метрах от нее замер заяц, терпеливо ожидая, когда она нажмет на курок.

– Идите на кухню, – сказала Натка домашним. – Я сейчас приду.

Напечатанный текст был легким. Натка перевела без труда:

Воспользуйся предложением.

Опять сплошные загадки. «Ладно. – Натка вспомнила слова известной песенки: – «Вы просто поверьте, а поймете потом», – и поспешила на кухню.

– Ты скормила Нинке макароны, и осталась только одна порция, – встретил ее обвиняющий монолог сына.

– Там полно еще другой еды. Можешь есть макароны, я найду, чем покормить папу.

– А Нинка говорит, что макароны папины, потому что он их захотел первее меня.

– Не Нинка, а Нина, – машинально поправила Натка.

– Понял, балбес? – ехидно и торжествующе улыбнулась сестра.

– Сама дура, – наградил ее ласковым словом брат.

– От дурака слышу, – не осталась в долгу Нина.

– Вот я тебе, – сжал кулаки Валерка.

– Дети! – хором взмолились родители и беспомощно посмотрели друг на друга.

«Пожалуй, мы поторопились с выводами, – сказали Натке глаза Андрея. – Они еще не такие взрослые, какими кажутся».

«Согласна, – ответила она, не вымолвив ни слова. – Но надо что-то делать, пока эти взрослые дети не поубивали друг друга».

– А пойдемте все в ресторан! – громко предложил Андрей.

– Класс! – завопил Валерка.

– Я только поела, – расстроилась Нина.

– А десерт? – тут же нашелся Андрей.

– Буду, – облизнулась дочь.

– Ты как? – Андрей посмотрел на жену.

«Воспользуйся предложением», – вспомнила Натка и кивнула:

– Я закажу столик.

– Ты?! – изумленный хор из трех голосов прозвучал уже за ее спиной.

Натка стояла в коридоре и на испанском требовала у телефонной трубки уютное место на четверых в зале для некурящих.

– Ну что вы застыли? – заглянула она на кухню, окончив разговор. – Марш одеваться. Лично я собираюсь нарядиться во что-нибудь красивое и провести отличный вечер. – Она повернулась, чтобы уйти, но в последний момент ее взгляд упал на лежащую на столе бумажку.

«Переводчик с арабского, – вспомнила Натка, и в голове тут же снова прозвучало: – Воспользуйся предложением». Так вот что хотел от меня учебник!» Натка подошла к столу и забрала объявление. «Воспользуюсь. В понедельник. Задание ведь не запрещает мне субботним вечером отправиться в ресторан». И, исключительно довольная собой, Натка отправилась одеваться, не заметив, как радостно переглянулись за ее спиной муж и дочь.