Край навылет - Томас Пинчон

В стиральной машинке-автомате Интуиции лязгает монетка, и запускается новый цикл.

– Ну-ка, ну-ка? Ваш раздельно проживающий зять Гейбриэл Мроз.

– Да она волшебница. Дни рождения не обслуживаете?

– Вообще-то в данный момент «хэшеварзы» и у одного моего клиента вызывают ажиту. Ну, вроде клиента.

– Да, да? – Пылко. – Может, мошенничество?

– Ничего судебного, что выдержало бы слушание, пока, во всяком случае.

– Макси, там правда происходит что-то очень, очень чудно́е.

Возникает Майк с тлеющей сигарой в зубах.

– Дамы?

– В последнее время – нет, – сияет Марка. – Как насчет вафель, бекона, колбасок, жареной картошки, кофе.

– «Особый К», – грит Максин, – обезжиренное молоко, какие-нибудь фрукты?

– Сегодня для вас – банан.

– И кофе тоже. Пожалуйста.

Марка медленно качает головой:

– Тут у нас ранние стадии пищевого нацизма. Так скажите мне, вы с Гейбриэлом Мрозом – что?

– Просто добрые друзья, не верьте «Странице Шесть». – Максин быстро вводит ее в курс дела – аномалии Кривой Бенфорда, призрачные поставщики, течение капитала в сторону Залива. – У меня пока только поверхностная картинка. Но там, похоже, много правительственных контрактов.

Марка кисло кивает.

– «Хэшеварзы» с аппаратом безопасности США теснее некуда, их подразделение, если угодно. Криптография, контрмеры, бог знает, что еще. Знаете, у него особняк в Монтоке, в одной утренней пробежке по тропке от старой воздушной базы. – Забавное у нее лицо, странная смесь изумления и обреченности.

– Почему это может быть…

– Проект Монток.

– Про… А, постойте, об этом Хайди упоминала… Она это преподает, нечто вроде… городской легенды?

– Можно сказать и так. – Такт. – А еще можно сказать – окончательная истина о правительстве США, хуже всего, что можно вообразить.

Является Майк с едой. Максин чистит банан, нарезает его ломтиками себе в хлопья, стараясь держать глаза широко распахнутыми и без осуждения, пока Марка вкапывается в свой высокохолестериновый корм и вскоре уже разговаривает с набитым ртом.

– На мою долю выпало немало теорий заговоров, некоторые – заведомая белиберда, в некоторые я сама хочу верить так сильно, что нужно осторожнее, а другие неизбежны, даже если б я хотела сбежать. Проект Монток – это все кошмарные подозрения, что существовали еще со Второй мировой, вся стоимость параноидного производства, огромные подземные мощности, экзотические вооружения, космические пришельцы, путешествия во времени, другие измерения, мне продолжать? И у кого оказывается к этой теме психопатический интерес – у моего собственного рептильного зятя, Гейбриэла Мроза.

– Типа еще одного детки-миллиардера с шизанутой одержимостью, вы имеете в виду, или?..

– Попробуйте определить его как «жадного до власти мудака – поклонника ЦРУ».

– При условии, то есть, что это взаправду, вся эта штука с Монтоком.

– Помните, еще в 96-м рейс 800 «ТУЭ»? Сбит над Лонг-Айлендским проливом, правительство расследовало его так клево, что в итоге все решили, будто оно это и сделало. Монтокцы утверждают, что в тайной лаборатории под мысом Монток разрабатывалось оружие на основе пучка частиц. Некоторые заговоры – они теплые и утешают, мы знаем, как звать всех плохих парней, мы хотим, чтоб они понесли заслуженное наказание. А вот насчет других уже не уверен, хочешь ли, чтобы в них была правда, потому что они зло, так глубоки и всеохватывающи.

– Что, путешествия во времени? Пришельцы?

– Если вы делаете что-то втайне и не хотите привлекать внимания, что может быть лучше – просто выставить это на осмеяние, чтобы скорее списали со счетов, а не привлекали несколько калифорнийских элементов?

– Мроз мне отнюдь не кажется антиправительственным крестоносцем или искателем правды.

– Может, он считает, что все это реально, и хочет свою долю. Если уже ее не получил. Он вообще об этом не говорит. Все знают, что Лэрри Эллисон гоняет на яхтах, Билл Гросс собирает марки. А вот эта, как ее, вероятно, назвал бы «Форбс», «страсть» Мроза, она не очень-то широко известна. Пока.

– Похоже, как раз это вы хотите опубликовать у себя в веб-логе.

– Лишь когда раскопаю побольше. Каждый день появляются новые улики, слишком много отмороженных денег уходит на неочевидные цели в слишком многих направлениях. Может, все взаимосвязано, может, только часть. Эти призрачные платежи, которые вы пытаетесь отследить, например.

– Пытаюсь. Их смурфят по всему миру, проводят по счетам в Нигерии, Югославии, Азербайджане, все наконец вновь собирается в банке-хранителе в Эмиратах, в Свободной Зоне Джебел-Али регистрируется какое-нибудь Специализированное Дочернее Предприятие. Вроде Деревни Смурфов, только симпатичнее.

Марка моргает, глядя на еду у себя на вилке, и почти что видно, как начинают вращаться через двойное сцепление ее старолевацкие шестерни.

– А вот это я, может, и хочу запостить.

– А может, и нет. Мне бы пока еще не хотелось никого спугнуть.

– А если это исламские террористы или что-то? Тут фактор времени может быть важен.

– Прошу вас. Я лишь гоняюсь за растратчиками, я что, по-вашему, на Джеймс-Бонда похожа?

– Не знаю, ну-ка ухмыльнитесь мне, как мачо, сейчас поглядим.

Но что-то на лице у Марки, какой-то невнятный коллапс, от чего Максин не понимает, кто еще даст ей хоть какую-нибудь поблажку.

– Ладно, слушайте, у моего свистуна есть источник, какой-то юный юбер-гик, так вот он копает, пытается крякнуть хоть что-нибудь, что «хэшеварзы» зашифровали. Что бы он ни нашел, чем бы оно ни было, я могла бы передать вам, идет?

– Спасибо, Макси. Хотела бы я вам сказать, что с меня причитается, хотя в данный момент, говоря технически, ничего с меня не причитается. Но если б вам этого очень хотелось… – С виду она едва ли не стесняется, и Максиново мамское СЧВ, уже пущенное в ход, подсказывает, что это не будет не связано с Талит, ребенком, которого – и Марка без смущения это признает – она некогда буквально вымаливала, мало того – по которому она и скучает больше всего, ибо ребенок этот проживает в Верхнем Ист-Сайде, прямо через парк от нее, но с таким же успехом мог бы жить и в Катманду, светская дама, собственная ее детка, которую Марка видит редко, если видит вообще, – потерявшаяся Талит, проданная и купленная миром, от ненависти к которому Марка не откажется никогда.

– Давайте угадаю.

– Я туда прийти не могу. Я нет, но, если под каким-то предлогом сможете вы, просто посмотреть, как у нее там что. Вот правда, мне нужен всего лишь доклад из вторых рук. Судя по тому, что я вижу в интернете, она в «хэшеварзах» ревизор компании, поэтому у вас, может, получится, я не знаю…