Взлет - Николь Уильямс

– Зато ты, конечно же, его стоишь, детка.

Я помотала головой, но Джуд не внял моему недвусмысленному жесту. Обернулся к Элли, состроил кривую гримасу.

– Есть два типа девушек, Эл. – Джуд говорил так громко, что его слышала минимум половина зала. – Те, с кем спят, и те, на ком женятся. Таким был создан мир. Поэтому не вымещай на Люс свое недовольство, что ты принадлежишь к числу первых, а она – ко вторым. Давай вали отсюда. Найди себе кого-нибудь, пусть он тебе вставит, чтоб ты потом его на каждом углу подстерегала, а не меня.

Лицо Элли сравнялось по цвету с ее платьем цвета фуксии, коротким до неприличия.

– Джуд! – прошептала я.

По его лицу все еще блуждала кривая улыбка, но глаза были черными от ярости. Я и не подозревала, что он способен произносить такие жестокие слова. И если б Элли не вывалила на нас столько дерьма, я бы, может, даже кинулась ее жалеть.

– Пойдем, – я потянула Джуда прочь от взбешенной бывшей любовницы и нескольких десятков зрителей. – Найдем тихое место.

Я не выпускала его запястье, пока мы не выбрались из спортзала и не углубились в темный коридор, – у меня не было уверенности, что Джуд не бросится назад и не устроит еще пятьдесят раундов спарринга с Элли. Только когда музыка перестала греметь в ушах и можно было говорить нормальным голосом, я остановилась. Но слова не шли на язык. Наконец Джуд заговорил:

– Люс, я знаю, мне не стоило говорить все то, что ты сейчас услышала, и не стоило вести себя с Элли как с парнем, но я не могу и не стану терпеть, когда кто-то – не важно, мужчина или женщина, – так отзывается о моей девушке.

Он смотрел на меня, и его глаза молили о прощении с такой силой, какой раньше я в нем не замечала. Но из всей речи до меня дошли только два слова.

– Твоя девушка? – Надо все-таки убедиться.

Взяв мое лицо в руки, он уткнулся лбом в мой лоб.

– Моя девушка.

– А срок действия этого звания не подскажешь?

Да, мне нужно было знать. Потому что это – Джуд Райдер. Молоко не прокисает так быстро, как девушки Джуда перестают ими быть.

– Как тебе вариант продвигаться день за днем? – предложил он, и его теплое дыхание вновь стало заволакивать мой мозг туманом.

Пришлось призвать первобытный инстинкт самосохранения, чтобы не наброситься на Джуда прямо здесь и сейчас, – так отчаянно мне хотелось его поцеловать. Но так же отчаянно я хотела получить ответы на свои вопросы.

– Думала, что девушки моего типа… ну, те, на ком женятся, – я вздернула бровь, – имеют право на чуть большее, чем «продвигаться день за днем».

– Ты – да. – Он выпустил мое лицо из ладоней и отступил, прислонился к противоположной стене коридора. – А я – нет.

На расстоянии четырех шагов от него логически мыслить было гораздо легче.

– Это у тебя такая фирменная отговорка, когда девушка просит от Джуда Райдера чуть больше, чем двадцать четыре часа с Джудом Райдером?

Он разглядывал коридор, постукивая каблуком по стене.

– Нет. Это мой ответ, когда девушка, в которую я влюбился, единственная, в которую я влюбился, хочет встречаться и быть вместе с таким, как я.

Вот мы и откатились на исходные позиции. Но все эти штучки в духе «Джуд не заслуживает ничего, кроме дерьма» действовали мне на нервы.

– Знаешь, Джуд, ты и вполовину не так ужасен, как думаешь, – ответила я. – И в два раза приятнее, чем смеешь даже мечтать. Так что заканчивай нести чушь насчет раковой опухоли, потому что я на нее не куплюсь.

Он сверкнул глазами:

– Значит, не купишься?

– Неа. Я уже все про тебя поняла, Джуд Райдер, и жду, что такой, как ты, в отношениях с такой, как я, все-таки пошевелится и не будет тянуть всю эту канитель с «продвигаться день за днем».

– И что теперь? Хочешь услышать от меня розовые сопли про «вместе навсегда»? Типа, жили они долго и счастливо и умерли в один день? – Голос его стал тише и мягче.

– Я реалистка, – возразила я. – Ложь и обещания про «навсегда» – почти такая же гадость, как и «продвигаться день за днем».

– Тогда чего же, моя прекрасная, сладкая, необыкновенная Люс, ты от меня хочешь?

Мм, я-то знала, чего хочу, вот только не была уверена, что смогу добиться. И даже не была уверена, что у такого человека, как Джуд, можно чего-то требовать.

– Ну, мне-то это известно, а тебе придется догадаться.

– Ох, Люс. – Он поморщился. – Только я подумал, что с тобой стало хоть немножко легче, и тут ты такое выдаешь.

– Райдер, – предупреждающе протянула я, – попытка свернуть поезд с пути засчитана, но машинист тут я, так что мы будем стоять прямо на рельсах, пока ты не ответишь на мой вопрос.

Джуд стукнулся затылком о стену, потом еще и еще.

– Ладно. Значит, что-то между «продвигаться день за днем» и «навсегда». – Он что, на потолке рассчитывал найти ответ, который бы меня устроил? – И нужно честно, да?

– Только ты стал бы такое уточнять, – простонала я.

Он кивнул.

– Тогда как тебе такой вариант? Я буду с тобой каждый день, изо дня в день, столько, сколько ты сама захочешь?

Вот теперь я поняла, что значит «Успокойся, бедное мое сердечко!».

– Это честный ответ?

Джуд приложил ладони к груди:

– Честнее не бывает.

От этого взгляда меня опять начало сносить с катушек.

– Тогда это офигенно потрясающий ответ, Райдер, – сказала я, подходя к нему.

Мне еще не приходилось испытывать такой интимности и уязвимости, когда мы оставались с Джудом один на один. Конечно, была и страсть – куда же без нее, – но в тот момент мне захотелось только одного: оказаться в его объятиях. Казалось, просто невозможно было раствориться друг в друге еще сильнее, чем тогда.

Руки Джуда сжимали меня так крепко, словно он боялся меня отпустить.

– И это тоже офигенно потрясающий ответ, Люс.

Я рассмеялась, уткнувшись лицом ему в рубашку. Интересно, как вообще парень с такой славой, что идет про него, может пахнуть мылом и солнечным светом? И говорить самые нежные на свете вещи, которые я слышала? И тут-то – правда, в Сауспойнт-Хай я уже успела к этому привыкнуть – меня осенило.

Наши репутации – и моя, и Джуда, и других – это не то, кем мы на самом деле являемся, а то, что говорят о нас другие. Многие попадаются в эту ловушку, и кое-кто всю жизнь тратит на то, чтобы из нее выпутаться. Джуд был плохим парнем с кошмарным будущим не больше, чем я – грязной шлюхой, хотя все меня такой считали. Разница между нашими репутациями только в том, что Джуд со своей примирился, принял ее как наказание за свои проступки.

Еще несколько минут мы просто молчали. Наконец Джуд спросил: