Пёс - Кирилл Рябов

— Ну, ты как? — спросил он.

— Говно, — ответил Козырев, поднимая стакан. — Не мог ничего получше взять?

— Это самый дорогой, что был, — сказал Феоктистов.

— Ладно, хуй с ним, по пути в гостиницу что-нибудь возьмём. Тут есть приличные магазины?

— Сейчас проверю.

Феоктистов достал из кармана широких брюк смартфон размером с плитку шоколада.

— Потом посмотришь, — махнул рукой Козырев. — Говори, что там? Увезли жмурика?

— Ну неотложка его не стала забирать. Сказали ждать труповозку.

— Так что, он так и сидит в кресле?

— Не, его в подсобку куда-то отнесли. У кого-то обморок ещё случился. Но ничего страшного.

— А менты приехали? — спросил Козырев.

— Приехал один. Протокол составляет.

— Ладно. Меня будет допрашивать?

Тур-менеджер пожал плечами.

— Вот этого не знаю.

— Узнай. Не хочу тут торчать.

— Хорошо, Лев. Сейчас всё узнаю. Есть одно дело.

— Какое дело? — Козырев допил из стакана и кислотно рыгнул.

— Короче, одна тёлка хочет с тобой встретиться.

— Женя, срань, ты с глузду съехал?

— Стой, не кричи. Я бы её выпнул. Но она очень хороша. И без трусов.

— В смысле?

— В прямом. Я ей под юбку заглянул, когда по лестнице поднимались. Может, она тебе стресс снимет?

Феоктистов вытер взмокший лоб рукавом светлого пиджака.

— Не знаю. Хороша, говоришь? Ладно, пригласи. А сам сгоняй к менту, спроси, будет ли он со мной разговаривать.

— Ага, хорошо. Мне сразу возвращаться или погулять полчасика?

— Сразу. Тёлку возьмем в гостиницу, если что. Дам тебе её за баребуху пощупать.

Феоктистов вытер шею.

— Лев, это слово означает не то, что ты думаешь. Не совсем то.

— Не важно. Сходи, разнюхай.

Тур-менеджер вышел. Козырев плеснул в стакан отравы, но смог сделать только один маленький глоток. В гримёрку вошла высокая стройная девушка с короткой стрижкой и в больших очках на кончике носа. Козыреву очки не понравились. Но понравились короткая юбка и длинные ноги.

— Лев Сергеевич, — сказала девушка. — Как же я рада вас видеть. Это такая честь.

— Выпить хотите? — спросил Козырев.

— Ох, не знаю. Пожалуй. Меня это так потрясло всё. Этот человек. Он сидел в соседнем кресле. Мы разговаривали, общались. Я ему рассказывала про вас. И тут смотрю, он уже рот открыл. Я сначала думала, от восторга.

— Хорошо, что вы сразу не стали поднимать шум.

— Но тогда бы прервалось выступление. Я ужасно перенервничала.

— Выпейте, успокойтесь, — сказал Козырев и налил ей больше половины стакана.

— Это многовато.

— Сегодня можно. Давайте залпом.

Девица выпила в три захода и села напротив.

— У меня стартап, — сказала она. — Но мне необходим хороший толчок.

— Толчок, говорите? — спросил Козырев, глядя на её колени. — Думаю, смогу вам помочь.

— Ой, правда? Лев Сергеевич, вы такой милый!

— Зовите меня Лев. Я и по гороскопу лев. А родился в год тигра.

— А я весы. Родилась в год крысы.

Женя Феоктистов разыскал подсобку. Там всё было заставлено коробками. Тело лежало на полу у входа, накрытое старым покрывалом. Рядом на стуле сидел мужик, похожий на борца, в чёрной футболке с надписью «Беги от меня». Он что-то писал на листе А4, подложив папку.

— Я менеджер Козырева, — сказал Феоктистов.

— И? — ответил борец.

— Хотел узнать, будут ли у вас вопросы к нему.

Митин погрыз кончик шариковой ручки, глядя в одну точку. Потом продолжил писать.

— Сейчас закончу протокол. Потом поедем в отдел. Вопросы есть. Много вопросов.

— И это надолго?

— Как получится. Возможно, до утра.

— Но послушайте, — сказал Феоктистов. — Утром самолёт. Лев Сергеевич должен отдохнуть. Выступление было очень тяжёлым. А ещё это…

— Сочувствую, — пробормотал Митин, расписываясь. — И готов пойти вам навстречу. Криминала, похоже, никакого нет. А артист ваш наверняка ничего не видел.

— Он не артист. Он этот… как его… Чёрт, я уже слова забываю от нервов!

— Так что, по большому счету, нет никакой нужды его допрашивать. Мы же не формалисты. А прогрессивные люди.

Феоктистов достал бумажник. Наличности было несколько сотен.

— Можно на карту, — сказал Митин и протянул листок с номером.

Потом они оба достали смартфоны. Тур-менеджер сделал несколько манипуляций. Капитан проверил поступившую сумму и выпятил нижнюю губу.

— Боюсь, половину ночи всё-таки придётся провести в отделе, — сказал Митин.

Феоктистов снова достал смартфон. Митин проверил.

— Отдыхайте, — сказал он. — Тяжёлый же был вечерок?

— Да уж, да уж.

Женя вернулся в гримёрку. Девица сидела у Козырева на коленях, а тот гладил её ноги.

— Всё нормально, можем ехать, — сказал Феоктистов. — Пришлось мусору отстегнуть за это.

— Звони водиле, пусть к чёрному ходу подъезжает, — ответил Козырев. — И пойди, встреть его.

— Хорошо, сделаю.

Митин, переступив через ноги покойника, вышел из подсобки. У главного входа под табличкой «No smoking» курил сержант из патрульно-постовой службы, пуская дым в ночное небо.

— Труповозка приехала? — спросил Митин.

— Неа, — ответил сержант. — Смотрите, какая луна сегодня. Прям хоть вой.