Аня из Инглсайда - Люси Мод Монтгомери

Заработать деньги в Глене было не так-то просто, но Джем решительно взялся за дело. В школе он вырезал для других мальчиков волчки из старых катушек и брал два цента за штуку. Он продал три высоко ценившихся молочных зуба за три цента. Каждую субботу он продавал Берти Шекспиру Дрю свой кусок сухого яблочного торта… И каждый вечер он опускал то, что сумел заработать, в маленькую латунную свинку, которую подарила ему на Рождество Нэн. Такая славная блестящая латунная свинка с прорезью в спине, куда нужно бросать монеты. Когда вы положите в нее пятьдесят центов, свинка аккуратно и послушно откроется — надо только покрутить ей хвостик — и отдаст ваше богатство.

Под конец, чтобы получить недостающие восемь центов, он продал Маку Ризу свою нитку пустых птичьих яиц. Это была самая великолепная из таких ниток во всем Глене, и было немного жаль с ней расстаться. Но мамин день рождения приближался, и надо было непременно достать деньги. Как только Мак вручил ему восемь центов, Джем бросил их в свою латунную свинку и посмотрел на нее с удовлетворением.

— Покрути хвостик и посмотри, откроется ли она, — сказал Мак, не веривший в то, что это произойдет. Но Джем отказался, он собирался открыть ее только перед тем, как будет готов отправиться за ожерельем.

На следующий день после обеда Общество поддержки зарубежных миссионеров проводило в Инглсайде свое собрание, которое все присутствовавшие запомнили надолго. Как раз в то время, когда миссис Тейлор произносила молитву — а миссис Тейлор, как утверждала молва, очень гордилась своими молитвами, — в гостиную ворвался обезумевший от горя маленький мальчик.

— Мама, моя латунная свинка пропала, моя латунная свинка пропала!

Аня поспешила выпроводить его из комнаты, но миссис Тейлор всегда считала, что ее молитва была испорчена, а поскольку она в тот раз очень хотела произвести сильное впечатление на жену приезжего священника, прошел не один год, прежде чем, она простила Джема и снова пожелала иметь своим доктором его отца. Когда после собрания дамы разошлись по домам, весь Инглсайд обследовали в поисках свинки от чердака до подвала, но безрезультатно. Джем, получивший выговор за свое поведение и огорченный до глубины души ужасной потерей, мог припомнить лишь, когда и где он видел ее в последний раз. Мак Риз, которому срочно позвонили, отвечал, что в последний раз он видел свинку на комоде Джема.

— Вы не думаете, Сюзан, что это Мак Риз…

— Нет, миссис докторша, дорогая, я совершенно уверена, что он этого не сделал. У Ризов есть свои недостатки, но, как бы они ни стремились к деньгам, эти деньги должны быть нажиты честным путем. Да куда же могла запропаститься эта противная свинка?

— Может быть, ее съели крысы? — сказала Ди.

Джем, презрительно фыркнув, отверг такое предположение, однако оно обеспокоило его. Конечно, крысы не могут съесть латунную свинку и пятьдесят медяков, лежащих в ней. Но вдруг могут?

— Нет, нет, дорогой. Твоя свинка найдется, — заверила мама.

Свинка все еще не нашлась, когда на следующее утро Джем отправился в школу. Известие о его потере пришло туда раньше, чем он сам, и он услышал множество далеко не утешительных предположений о том, что могло случиться с его свинкой. Но во время большой перемены к нему бочком с обворожительной улыбкой подошла Сисси Флэгг. Сисси нравился Джем, но она не нравилась Джему, несмотря на то — или, быть может, именно из-за того — что имела густые золотистые кудри и огромные карие глаза. Даже в восемь лет у человека могут возникнуть сложности в общении с представителями противоположного пола.

— Я могу сказать тебе, у кого твоя свинка.

— У кого?

— Ты должен выбрать меня, когда будут играть в «спрячь-найди», и тогда я скажу тебе.

Это была горькая пилюля, но Джем проглотил ее. Все, что угодно, лишь бы найти эту злополучную свинку! Он сидел, мучительно краснея, рядом с торжествующей Сисси, пока они играли в «спрячь-найди», и, когда прозвенел звонок на урок, потребовал причитающееся ему вознаграждение.

— Элис Палмер говорит, что Вилли Дрю сказал ей, что Боб Рассел сказал ему, что Фред Эллиот говорил, будто знает, где твоя свинка. Пойди и спроси Фреда.

— Обманщица! — крикнул Джем, свирепо глядя на нее. — Обманщица!

Сисси дерзко рассмеялась. Ей было все равно. Так или иначе, а Джему Блайту пришлось на этот раз посидеть рядом с ней.

После уроков Джем подошел к Фреду Эллиоту, который сначала заявил, что ничего не у знает и знать не хочет ни о какой дурацкой свинке. Джем пришел в отчаяние. Фред Эллиот был на три года старше его и считался задирой и драчуном. И вдруг Джема осенило — он решительно направил грязный указательный палец прямо в красную физиономию Фреда и произнес сурово и отчетливо: