Нет дыма без огня - Сандра Браун

— Да, — призналась Лара.

— Вы любите копченую грудинку?

— Почему вы спрашиваете?

— Я знаю местечко, где подают самую лучшую грудинку в мире. Может, заедем, попробуем?

Она взглянула на свою одежду, купленную Кеем для них с Марион в Тайлере.

— Я очень благодарна вам за одежду. Но мне неудобно появляться в таком виде в ресторане.

Он расхохотался.

— Да вы слишком нарядно одеты для Жареного Бобби.

— Какое подходящее имя.

— Его так прозвали не за успехи в кулинарии, а потому, что его самого зажарили.

Лара вопросительно посмотрела на Кея.

— Видите ли, однажды Бобби Симс повздорил с ковбоем по имени Малыш Пит Поли. Они оказались вместе на такцах после родео и затеяли ссору из-за женщины. Бобби победил в драке, чем очень оскорбил Малыша Пита всего пяти футов и четырех дюймов росту, притом в ковбойских сапогах. В ту же ночь Малыш Пит отомстил Бобби тем, что поджег его дом. Бобби спасся, только у него обгорели все волосы. С полгода он щеголял с головой, голой, как бильярдный шар, и к тому же слегка попахивал дымком. Все стали называть его Жареным. Вот тогда-то у него и возникла идея открыть ресторанчик.

Лара подозревала, что он плетет ей небылицы, но не успела выразить недоверие, как они въехали на стоянку при ресторане.

— Смотрите-ка, сегодня полно посетителей.

— Да это пивнушка, — запротестовала Лара. Вдоль крыши заведения тянулась гирлянда из лампочек, которые почти все перегорели. Гирлянда служила единственным украшением фасада. — Я не пойду туда.

— Подумать только. — Кей повернулся к Ларе. — А вы, оказывается, ставите себя выше нас?

Он загнал ее в угол. Если она откажется пойти с ним в забегаловку, он снова назовет ее снобом, фарисейкой и чистоплюйкой, не имеющей права указывать другим, когда у самой подмочена репутация.

С другой стороны, Лара не желала, чтобы по городу пошли слухи, что она появляется в обществе Кея Такетта. Можно себе представить, как заработают языки! Сначала докторша соблазнила сенатора Кларка, а теперь завлекает его младшего брата.

Но болтовня и сплетни — это дело будущего. А уничтожающее презрение Кея было реальностью сейчас. Она вышла из машины. Довольная усмешка украшала его лицо, когда он открыл ей дверь заведения; она еле стерпела унижение.

Внутри забегаловка показалась ей не лучше, чем снаружи. Табачный дым застилал потолок и редкие источники света. Одуряющий запах пива соперничал с оглушительным ревом музыкального автомата. Несколько пар толкались на тесной такцевальной площадке. Длинный бар занимал целиком одну стену, а столики располагались по темным углам.

Все головы повернулись к дверям, когда они вошли. Женщины разглядывали Кея; мужчины нацелились на Лару. Чувствуя на себе изучающие взгляды, она прошла за ним к столику.

— Вы пьете пиво?

Она опять услышала в его голосе вызов. Еще одна проверка.

— С жареной грудинкой? А как же.

Кей заложил два пальца в рот и пронзительно свистнул.

— Эй, Бобби, два пива!

— Чтоб мне провалиться на этом самом месте! — пробасил хозяин. — Два пива для пропащего Кея Такетта!

Кей сел напротив Лары и отодвинул в сторону прибор с приправами.

— Сначала спасаем жизнь ребенку, а потом пьем со мной пиво, и все в один день. А вы тоже умеете жить на всю катушку, дон!

Он не ждал ответа, да она и не успела бы его дать: круглый толстяк в белом переднике, запятнанном соусом и другими продуктами, появился у их стола, держа в одной руке за горлышко две бутылки с пивом. Другой рукой он приятельски хлопнул Кея по спине.

— Давненько я тебя не видел. — Он поставил бутылки на стол.

Лара успела поймать свою, прежде чем та перевернулась. Бобби не заметил промаха. Он продолжал приветствовать Кея.

— Слышал, ты только что вернулся из арабской страны. Там, говорят, если посмотришь на их баб хоть краешком глаза, они тебе тут же оторвут морковку. Это правда? Интересно, как ты-то, шельмец, там выжил? Я ждал, когда же ты меня навестишь, задница.

— Чудесное у тебя местечко, Бобби. Вижу, ты по-прежнему процветаешь, держишь и ресторан, и комнаты.

— Точно. Если людям хочется есть, пить и совокупляться, они знают, где можно получить все три удовольствия сразу. Как говорится, полное обслуживание. Вот моя философия. А это кто? — Он ткнул пальцем в сторону Лары.

Кей представил ее Бобби. Тот не стал скрывать своего удивления.

— Таи вы и есть та самая темная лошадка. Ну и ну, Кей.

Он откровенно ее осмотрел, что было предпочтительнее взглядов исподтишка, которые бросали на нее все остальные.

— Говорят, вы уже устроились. На месте старого дока Паттона. Верно?

— Верно. — Лара улыбнулась, заметив рубцы от ожогов у него над бровями и у линии волос.

— Чудеса, да и только. — Он переводил взгляд с Кея на Лару и обратно. — Кто бы мог подумать, что вы подружитесь.

— А мы вовсе и не подружились, — ответил Кей. — Просто так случилось, что мы вместе проголодались и зашли к тебе. Так что — будешь нас обслуживать или будешь трепаться целый вечер?

Жареный Бобби добродушно усмехнулся.

— Сейчас все подам. Мне бы только подзаработать. Что вы хотите?

— Два раза грудинку. Мне без подливки.

— Я подам подливку отдельно, и вы сами решите. Еще пару пива?

— Подашь вместе с грудинкой.

— Очень надеюсь скоро приболеть, — объявил Бобби, подмигивая Ларе. Он покачал головой, удивляясь неожиданностям, которые преподносит жизнь, и вразвалку вернулся за стойку.

Кей сделал несколько больших глотков пива. Лара отпивала понемногу и не торопясь.

— Вы поднимались в воздух прошлой ночью?

Он перестал пить, но держал горлышко бутылки у самых губ.

— Почему вы спрашиваете?

Лара отвела взгляд от его губ и бутылки с пивом.

— Просто любопытствую.

— Вы угадали, я летал прошлой ночью. На «Пайпер каб». Знаете, что это такое?

Она отрицательно покачала головой, хотя теперь имела об этом некоторое представление.

— Удобная штука, если хотите немного покататься. А все-таки почему вас это интересует?

Лара не решалась признаться, что после их ссоры на школьной стоянке, она, чтобы охладить свои чувства, поехала за город и видела, как сумасшедший, но опытный летчик шутил со смертью, не боясь разбиться.

— Я вспомнила о вашей ноге, — пояснила она. — Вы ее бережете при ходьбе. Значит, вам трудно летать.