ИМ ХОчется этого всегда - Макс Нарышкин

Колокольчик в дверях сыграл, и посетителем занялась секретарша. Рональд умел подбирать девушек для работы на телефоне. Первое, что видит клиент, заходя к детективу с благозвучным для русского слуха именем — молоденькую девочку, только что сходящую с подиума. И у посетителя сразу возникает вопрос: если у него (Гейфингера) на телефоне сидит такая прелесть, то как красиво, верно, он должен обтяпывать дела?

Лисин задержался в приемной ненадолго. Минуты две, не дольше. Наверное, пытался наладить отношения с секретаршей, или, напротив, ставил ее на место. Человек стоимостью в сто миллионов имеет на это право.

Когда в дверь постучали, Рональд понял, что Ирэн (Ирочка Мамалыгина) его идентифицировала с телефонным собеседником. И теперь Лисин имеет свободный доступ к детективу. Гейфингер машинально посмотрел на часы. Было без четверти три. Получается, что в момент разговора с ним Лисин находился не далее чем в пятистах метрах от офиса, хотя из слов президента «Глобал» было понятно, что тот на другом конце Москвы.

Наверное, он летел на вертолете, подумал Рональд. Он сразу догадался, почему Лисин прилетел, а не приехал. Человек, зарабатывающий в год по двадцать миллионов долларов, может позволить себе летать.

Но к чему такая спешка? Скорее всего, он почувствовал, что Рональд лжет. Он что-то поймал в его голосе, или пауза перед каким-то ответом тянулась слишком долго. Рональд обдуманно лгал Лисину, он твердо сказал ему «нет» на вопрос, который прозвучал. И теперь Лисин прилетел, чтобы выяснить, почему Рональд лгал. Но теперь уже все равно. Что сделано, то сделано. Придется выкручиваться дальше. Никому не известно, кто такой этот Лисин и на что способен. Никто не поручится за то, что поступает он так же интеллигентно, как разговаривает.

Гейфингер не сообразил сразу, что ошибся. Он переживал оттого, что сфальшивил, но не подумал о том, что полеты над Москвой летательных аппаратов запрещены, Москва не Майами.

Дверь распахнулась, и в кабинет вошел высокий человек.

— Здравствуйте, Рональд.

Гейфингер напряг память. Похож ли этот глубокий голос на тот, которым с ним четверть часа назад разговаривали по телефону?

— Здравствуйте… Чем обязан?

Гость посмотрел за спину, секунду думал, после чего прикрыл дверь плечом.

— Мы недавно разговаривали с вами.

— Вы Игорь Лисин?

— А вы ждали еще кого-то?

— Ну… Вообще-то нет. Я вас ждал.

— Вы говорите совершенно без акцента.

— Моя мама долгое время прожила в России, — ответил Гейфингер. — У меня была русская гувернантка, я обучался у нее языку и еще кое-чему. Я вас слушаю…

Окинув гостя взглядом, Рональд обратил внимание на то, что правая его рука висит плетью и на кисть надета черная кожаная перчатка. Судя по тому, как Лисин то и дело придерживал локоть левой рукой, культя у него была очень короткой. Очень жаль. Гейфингер не понаслышке знал, как тяжело жить людям, немного отличающимся от других.

Лисин тем временем поджал губы и лег на спинку кресла.

— Рональд… Это я буду вас слушать. А вы будете говорить, и хотел бы я посмотреть на вас, когда вы откажетесь. Вы собрали и передали людям Коломийца большой объем информации. Вам не кажется, что стоит поговорить об этом?

— Мне неприятно, что так получилось, — поморщился Гейфингер. — Я думал, что это всего лишь моббинг в отношении кого-то из сотрудников среднего звена.

— Но вы только что спрашивали меня по телефону, может ли быть такое, чтобы я не знал, кто является целью Коломийца и его приятелей, — напомнил Лисин. — И спрашивали с ироничным подтекстом. Так может ли это, в свою очередь, означать, что вы не знали фамилии?

— Я этим не интересовался, — сказал Гейфингер, силясь вспомнить и другие подробности разговора. Как видно, Лисин здесь для того, чтобы поймать его на неточностях и выяснить то, что ему неизвестно. А известно ему, что бесспорно, очень мало. — Моей задачей было приходить в холл «Глобал» и скачивать информацию. Мне очень жаль, если она оказалась направлена именно против вас.

— Вы глупый человек, Гейфингер?

Рональд поежился. Впервые Лисин назвал его по фамилии.

— Я всегда думал, что я человек сообразительный…

— И вы складировали у себя информацию о «Глобал», не подозревая, что она может разрушить корпорацию?

— Вы меня загоняете в угол… Сколько вам лет?

Лисин подумал и стал играть брелоком от автомобильной сигнализации. Видимо, он тоже успокоился после телефонного разговора и теперь выглядел более сдержанным и менее любопытным.

— Рональд, я могу забыть о вас, а могу вас уничтожить. Причем последнее будет происходить в рамках российского законодательства.

— Вы напрасно пытаетесь запугать меня, — сказал Гейфингер. — Мне и без того страшно. Но вам, видимо, известно, что рамки российского законодательства вмещают в себя понятия о защите частной детективной деятельности?

Лисин закивал, как укушенная слепнем лошадь.

— О да, конечно. В этих рамках дается четкое толкование того, что называется коммерческим шпионажем.

— А у вас есть доказательство того, что я действовал в интересах конкурирующей с «Глобал» корпорации?

Лисин поднялся и подошел к окну. В его фигуре, напрягшихся плечах чувствовалась уверенность и спокойствие.

— Как вы думаете, Рональд, кто оплачивал вам работу?

— Я не знаю человека, который привозил мне деньги, я уже говорил вам об этом.

Не отрываясь от видов на Моховую, Лисин тихо произнес:

— Вы ни за что не угадаете, чем я занимался то время, что ехал к вам.

— Я и не собираюсь это делать.

— А напрасно. Я собирал сведения о вашей деятельности от тех, кто выступил вашим заказчиком… Вы приняли пять тысяч, потом еще пять. А после, обязавшись связать группу, возглавляемую Коломийцем, с американской корпорацией «Джейсон бразерс», взяли еще двадцать тысяч.

— Кто может доказать это? — вымученно улыбнулся Рональд.

Лисин нырнул здоровой рукой в карман пиджака и вынул компакт-диск. Так же развязно швырнул диск на стол и снова отвернулся.

— Здесь зафиксированы три ваши встречи с курьером, доставлявшим вам деньги. Хотите убедиться и послушать, о чем говорилось при этих встречах?

Россия… Мама, Галина Гейфингер, урожденная Мазаева, говорила, настаивала… Она умоляла сына Рональда не ехать в Москву. «Кто знает, что может там случиться?» — вопрошала она. Не напрасно вопрошала…

— Господин Лисин… Я могу помочь вам предотвратить крушение вашей империи…

Лисин наконец-то потерял интерес к Моховой.

— Каким образом?

— Я копил информацию, я собирал ее… Словом, я копировал ее, и у меня есть доказательства причастности известных вам лиц к хищениям информации. Вам, конечно, лучше меня известно, кто они и сколько их…