По живому. Сука-любовь - Лилия Ким

— Угу, — я вытерла слезы и приготовилась бежать.

Так и бегу. Правда, уже не понимаю, куда и зачем. Как паломник, выехавший в Мекку, но по дороге начавший подрабатывать извозом. Вроде едет, но куда скажут, с мыслью, что вот закончится этот рейс — и сразу в Мекку. Но за одним рейсом идет другой, обязательства растут, как снежный ком, привычка. Потом выясняется, что уже машина совсем износилась, да и желания особого нет, и вообще — зачем ехать в Мекку? Какой в этом смысл? Тем более что водитель ты профессиональный, уважаемый и хорошо оплачиваемый. Жизнь удалась и без хаджа.

Но вернемся к текущим эскизам.

— Сегодня Ефим привел новых заказчиков. Мне пришла хорошая идея. Я ее зарисовываю, чтобы не забыть.

— Да? Хорошая идея тебе пришла? — Валера вытаращился на меня и подался вперед. — А деньги кто будет зарабатывать?!!

— Валера, просто я подумала…

— Лера! — перебил меня муж. — Давай ты просто признаешься, что ни о чем не думала! Тебе просто вперлось рисовать этот идиотский пентхауз, и ты его рисуешь! А что у тебя обязательства есть, что я опять буду вынужден тебя отмазывать везде, тебе насрать! Мне просто интересно: когда ты собираешься «Аквафорум» делать? Это не какая-то парикмахерская, которую из каталогов собрать можно, хотя и ее ты тяп-ляп, как попало сделаешь в последний момент, и я потом краснеть буду перед Натэллой. Оно мне надо — краснеть перед Натэллой? Кто такая вообще Натэлла, чтобы я перед ней краснел? Я жил спокойно, не замечал ее вообще! А теперь она выросла до размеров айсберга, потому что мне перед ней неловко за жену!

— Валера, я тебе сразу говорила, что не знаю, как оформлять аквапарк, — спокойно и тихо попыталась защищаться я.

Валерины руки сжались в кулаки, а лицо побелело и исказилось от ярости.

— Такую мать! У тебя для этого все есть! У тебя эскиз готовый есть! Они с этим эскизом уже к водопроводчикам ходили! Люди уже работают! Просто всегда, столкнувшись с какой-то трудностью, ты тут же начинаешь искать кусты! Сядь и сделай трехмерную модель!

— Я сделала, но вышло фигово. Надо переделывать.

— Покажи.

Я полезла в свои папки, открыла нужный файл.

Валера секунду на него смотрел.

— Объясни, что это? Я ничего не понимаю. Что ты хотела сказать этим интерьером?! Какой у тебя месседж? Что он выражает?!

Я замялась. Вообще, ход мыслей у меня был такой. «Аквафорум» — в переводе «водная площадь». И я хотела оформить его как площадь в затопленном древнегреческом городе. Бассейны по краям сделаны как фасады домов, гладкие мраморные горки, мозаики с эффектом старины. А еще мне хотелось, чтобы было ощущение, будто ты полностью под водой. Поэтому стекла основного павильона тонированы в такой морской цвет, чтоб было освещение, напоминающее подводное, и высокие искусственные растения — как водоросли, а бетонная, непрозрачная часть потолка раскрашена, как днище греческого корабля. Видны весла, а вниз, как бы на дно, спускается цепь с якорем. Настоящий якорь лежит на четверть зарытым в песок. Посетители же ходят по дорожкам, вымощенным камнем, как в древнегреческих городах. Но объяснять это долго и путано. Я не умею объяснять свои ощущения, потому что сама не понимаю, откуда они берутся и по какому принципу возникают.

— Э-э… это затопленный греческий город.

— Что?! Лера, где это видно? А стекла зачем затемнены? Лера, это аквапарк! Это не ночной клуб! Сюда люди будут с детьми ходить! Им фонарики брать в гардеробе?! И потом — у тебя же был эскиз! Нормальный эскиз! Почему ты по нему не работала?! На хрен я столько времени убил, помогая тебе его концепцию сформулировать?! У тебя на эскизе что было?! Чего-то я не помню, чтобы речь про какие-то затопленные города шла! Открой его.

Я открыла. Валера принялся нервно тыкать пальцем в экран:

— Вот. Монохром. Все в светлом, розово-кремовом мраморе со стилизацией под римские бани! Детский бассейн изображает апельсиновый садик! Все! Просто сесть и расписать!

— Слушай, но… здесь просто ничто глаз не цепляет.

— А как тебе еще надо цеплять? Здесь стиль, благородная фактура, вкус. А то, что ты сделала, — это балаган какой-то! Кто будет эти фасады делать?! А мозаики! Гера делает мозаики?

— Нет.

Гера — это «строитель». Обычно, если у заказчика нет своих предпочтений, Герина контора воплощает в жизнь мои задумки.

— Зачем ты все усложняешь?! Ты сначала предъявляешь какие-то завышенные требования к себе, а потом с простой работой справиться не можешь! «Аквафорум» — это элементарная задача! Им ничего сверхъестественного не надо! Так… — Валера упер руки в бока. — Сейчас мы вернемся к этому эскизу, разобьем его на зоны и подробно проговорим, в какой зоне что, из чего и зачем ты будешь размещать. Материалы, функциональность — все. А потом ты сядешь и тупо, трудолюбиво, въедливо, с максимальной концентрацией сделаешь трехмерную модель. Я согласен убить на это вечер, потому что, возможно, завтра уеду и у меня не будет возможности сконцентрироваться, чтобы тебе помочь.

— Валера, у меня все равно не получится, как ты хочешь.

— Я хочу?! Я?! Дура ты ленивая! Ты ничью помощь принимать не умеешь! Никакой благодарности! Ведешь себя высокомерно! Ты просто не умеешь работать! Если бы я тебя не заставлял, ты бы вообще ничего не сделала! Сидела бы где-нибудь на ткацкой фабрике, узоры для пододеяльников печатала! Что ты на меня так смотришь? Скажешь, я не прав?

— Прав. Я плохой дизайнер.

Валера оттянул вниз углы рта и отошел.

— Сволочь ты неблагодарная, — бросил он.

— Валера, я очень ценю все, что ты для меня делаешь…

— Иди ты в жопу!

Я отвела глаза и столкнулась с внимательным, печальным взглядом Лизы.

— Опять ты натворила дел, да? — укоризненно спросила она.

— Похоже, — кивнула я.

Лиза подошла ко мне и протянула ручки, чтобы меня обнять. Я подняла ее и усадила к себе на колени. Она прижалась ко мне и сказала:

— Все равно я тебя люблю, хоть ты и бестолковая.

— Спасибо тебе, мой хороший, — ответила я, прижавшись к ней мокрым от слез лицом.

Снова пришел Валера, взял эскизы пентхауза.

— И ты мне будешь говорить про зацепки для глаза? Я вижу три рисунка, и все абсолютно бесцветные. Я вообще не понимаю, на что тут смотреть. Абсолютно холодное, неуютное помещение с голубыми стенами и светлым полом. Как в больнице. Можно, я это порву?

Он брезгливо бросил рисунки на стол и ушел наверх. Хлопнула дверь в его кабинете.

Я молча взяла эскизы, посмотрела на них еще раз. Действительно, что-то больничное в них есть. И пусто. И холодно будет. Когда такая площадь остекления, неизбежна колоссальная теплопотеря. Надо было начать с теплых полов и каминов… А это совсем другой стиль. Проще и грубее.