Единорог - Айрис Мердок

Несколько минут Мэриан, переводя дух, стояла неподвижно. Она рассмотрела неубранную постель и груду детективных романов на полу. На столе стояли подносы и посуда, по-видимому как-то связанная с фотографией. Стены были оклеены обоями с каким-то странным узором. Мэриан инстинктивно подошла к окну и отдернула занавески. Когда в комнате стало светло, девушка подошла поближе, пристально вгляделась и только тогда рассмотрела, что стены были покрыты фотографиями, массой фотографий, больших и маленьких, аккуратно пригнанных край к краю, заполняющих три стены комнаты. Она с любопытством всматривалась в них. Прошло несколько минут, прежде чем она осознала, что все до единой фотографии изображают Джералда Скоттоу: Джералда мрачного, Джералда улыбающегося, Джералда верхом, Джералда пешком, Джералда одетого, Джералда раздетого, Джералда в очень странных позах.

С изумлением Мэриан, как зачарованная, смотрела на фотографии. В этот момент выглянуло солнце, сад за ее спиной осветился, и луч света упал ей на плечо. Она виновато вздрогнула, как будто ее разоблачили, поверглась к свету, взглянула на террасу и увидела лицо Дэниса Ноулана, смотревшего на нее. Его лицо выражало ужас, гнев и отвращение. Затем он яростно взмахнул рукой, отвернулся и пошел в сад.

— Подождите, Дэнис, подождите!

Мэриан догнала его, когда он дошел до калитки в стене. Ее платье цеплялось за кусты ежевики и молодые деревца ясеня. Он повернулся.

Дэнис был одет для музыкального вечера в темно-синий костюм, воротничок и галстук и в непривычной одежде выглядел неуклюжим, плотным и широким в плечах. Он обратил к Мэриан недовольное лицо, его синие глаза сердито щурились. Впервые она испытала страх перед ним.

— Дэнис, пожалуйста…

— В чем дело?

Действительно, в чем было дело?

— Вы выглядели так странно, когда я увидела вас из окна комнаты Джеймси…

— Мне нет никакого дела до того, в чьей комнате вы были.

— Нет, я не это хотела сказать. Джеймси там, конечно, не было. Я зашла поискать его, но его там не оказалось. Я никогда не бывала там прежде.

— Мне нет до этого дела.

— Дэнис, не сердитесь. Я не понимаю, почему вы выглядели таким взбешенным, когда увидели меня, и сделали этот жест. Я подумала, что вы позвали меня.

— Я не звал вас. Мне кажется, вы слишком часто суетесь не в свои дела и слишком много думаете. Если вы добьетесь того, что вас прогонят, это может разбить ей сердце.

— Но я же не могу остаться здесь навсегда, — сказала Мэриан. Она сказала так в раздражении, имея в виду: я не могу служить ей таким образом, это полумера, а не лечение.

Дэнис еще минуту смотрел на нее, легкий ветерок ерошил его иссиня-черные волосы. Затем он повернулся, прошел через дверь, захлопнув ее перед носом Мэриан. Девушка попыталась последовать за ним, но дверь как будто заклинило. Она несколько минут дергала ее, и та неожиданно с видимой легкостью распахнулась. Мэриан побежала за Дэнисом. Он поднимался к вершине утеса по склону, поросшему невысокой травой. Голубое полуденное небо было наполнено светом.

— Дэнис, Дэнис…

— Что еще? — Он снова остановился, глядя на нее скорее печально, чем сердито.

— Знаете, я не то хотела сказать. Я так же беспокоюсь о ней, как и вы. Дэнис, почему вы думаете, что я слишком часто суюсь не в свои дела?

Ветер, который дул здесь сильнее, теребил ее платье цвета корицы. Отсюда было видно изумрудно-аметистовое море.

— Оставьте в покое Джеймси и Скоттоу. — Джеймси и Скоттоу. Знаете, комната Джеймси заполнена самыми необычайными фотографиями Джералда.

— Я… — Значение увиденного нахлынуло на Мэриан. — Дэнис, эти двое, они?..

— Да. И вам лучше оставить их в покое. Эта парочка ревнивая и злобная. Я видел, как вы смотрите на Скоттоу. И видел, как Джеймси посматривает на вас. А здесь и так достаточно бед и жестокости.

— О Боже, — прошептала Мэриан. Сердце ее заныло от боли и страдания. Джералд потерян, Джеймси бесполезен. Она спросила: — Они всегда были такими, я хочу сказать, уже давно? Я не представляла, что у Джералда такие наклонности. Он совсем не похож на такого.

— Они часто не похожи. Уже почти три года. Вы не знаете, что сделал Джеймси или, скорее, что он пытался сделать?

— Нет, а что? Пожалуйста, расскажите мне, Дэнис. Вам лучше рассказать мне. Может, тогда я перестану вмешиваться в чужие дела.

Теперь они достигли вершины утеса, и дом почти скрылся за горбатым зеленым склоном позади них. Черные утесы казались одинокими, величественными, древними.

— Он попытался увезти ее.

— Джеймси попытался увезти Ханну?

— Да. Она не принимала в этом участия, даже не знала о его планах, он хотел похитить ее. Когда он только приехал сюда со своей сестрой, это было пять лет назад, он был совсем мальчиком и проводил с ней много времени, с миссис Крен-Смит, он был очень близок к ней, и она души в нем не чаяла, называла его своим маленьким пажом. Потом он начал взрослеть и был совсем не таким, как сейчас. И он решил похитить ее, посадить в машину и увезти. Возможно, ему бы удалось сделать это, но его застали, когда он упаковывал ее чемодан. Он не хотел увезти ее внезапно, без вещей. Скоттоу обнаружил его за сборами и заставил сознаться.

— Что произошло потом?

— Скоттоу здорово его высек.

— Боже мой. Бедный Джеймси. Но…

— После этого он стал рабом Скоттоу.

— Вы хотите сказать, он покинул Ханну и перешел на сторону Скоттоу?

— После того как Скоттоу поднял на него руку таким образом, Джеймси стал поклоняться Скоттоу, и Скоттоу совершенно завладел Джеймси. Вот как все произошло.

— Но, безусловно, такие вещи не могут происходить внезапно.

— Мы опоздаем на обед. Не забудьте о музыкальном вечере.

— Как странно. — Они начали спускаться вниз. — Кажется, все здесь имеют какую-то роковую тайну.

Она быстро взглянула на Дэниса. У нее не было намерения намекать на него.

Он мрачно выслушал ее слова.

— У всех нас есть какая-то вина.

— Кроме меня, — после минутного раздумья сказала Мэриан, обращаясь, скорее, к себе. — Кроме меня, кроме меня.