Мэгги Кэссиди - Джек Керуак

Вертоградики имеют свойство не спешить. Вечерушки имеют свойство заканчиваться.

Отец мой только начинал колобродить в столовке, и я тоже туда зашел — достойно день завершить, но лишь несколько раз зевнул в зеленоватом свете да заглотил три гамбургера с кетчупом и сырым луком, а все остальные тянули дальше свою музыку и рев старой доброй субботы или Буранной ночи в Новой Англии, на заре раскупорили бутылки, всё смешалось, на Гершом-авеню в серые шесть утра, когда бродят лишь старые призраки Потакетвилля, пробираясь своими белыми тропками под черными вуалями в церковь, вдруг из глубин жилых домов доносится визгливый хохот какой-нибудь девахи на кухне с круглым столом и черной железной печуркой, дребезжат стекла, и черный малыш не может больше уснуть в своей подушке, не выспится он перед утренней метелью

— Я тоже, сейчас лягу спать и открою настежь этого черного ангела в подушечной пустоте — а мир же пустоте не открыт —

— Давай Джеки мальчик мой, — даже сказал мой отец, скатившись с какого-то хохота, что устроили они с Недом Лейном, борцом а также наполовину хозяином буфета на колесах, — иди спать, если хочешь, а то ты уже весь иззевался, детишки сегодня перевозбудились, — а Нед Лейн на войне погибнет — никто тут на правильной арене больше не боролся — подруга моей сестры, маленькая дружбанка сестринского девичества, все хотела замуж за него выйти, да только не на то дерево лаяла в серьезной реальности открытого мира. Дерево это с корнями в тех реальностях уже сплело узловатые пальцы в промозглости.

— Ладно, Па, я пошел спать.

— Тебе день рождения понравился?

— Oui.

— Хорошо — Никому только не говори, если спросят, что я тут пару стакашек пропустил, я ж не дитя малое, чтоб взрослых слушаться. — Перед возвращением домой к ужину каждый вечер мой отец обычно выпивал свои две-три рюмашки виски в Клубе через дорогу, замечательное время было, когда я видел, как он оттуда направляется в парикмахерскую на другой стороне улицы, сцена эта выстраивалась долго и просторно, а он внутри, соломенная шляпа его летними вечерами сдвинута на затылок, я же тороплюсь следом в теннисных туфлях оттуда, где мы жили в двух кварталах от этой квартиры, сам на два года младше, вижу его — он невероятно богат в этой цирюльне, с журналом, под белым парикмахерским покровом, и человек склоняет колена пред своей работой, пока он бреется.

— Спокойной ночи, парнишка, а если хочешь на Мэгги жениться, то симпатичнее девчонки не найдешь, она ирландка до мозга костей, как день до мозга костей длинен, и чертовски отличный парень, насколько я вижу.