Пять минут прощания - Денис Драгунский

Первая.

Я несу эмалированную кастрюлю с супом. Я поднимаюсь по лестнице старого дома. Я подхожу к двери: старая дверь, обитая дерматином, из-под которого лезет желтая вата. Я нажимаю кнопку звонка, кнопка фаянсовая, я это прекрасно помню. Дверь открывается наружу, но только наполовину, сильнее открыть нельзя, потому что перед нею – железная труба, она подпирает потолок, который грозит обрушиться: толстая штукатурка и черная гнилая дранка.

Из полураскрытой двери выходит женщина. Она в ушанке, у нее круглый курносый нос, она похожа на крестьянского мальчика с картины Венецианова.

– Принес? Спасибо, – говорит она и хочет взять кастрюлю.

– Постой, – говорю я. – А где я буду жить? С кем я буду жить? Спать?

– А тебе обязательно со мной? – говорит она.

– Но ты же говорила, что меня любишь!

– Ну да. Но любить – необязательно жить и тем более спать.

– Дудки-с! – зло говорю я. – Тогда я пошел.

Видно, ей очень неприятно то, что я сказал. Она думает долго, потом вздыхает и неестественно-ласково улыбается.

– Ну, пойдем ко мне, – говорит она.

Пропускает меня вовнутрь квартиры. Я отдаю ей кастрюлю, иду следом за ней. Она в ушанке, в платке на плечах и в валенках на голых ногах. Идем по коридору, заставленному шкафчиками, велосипедами, корытами, лыжами, бидонами.

Я думаю: «Какой бардак и нищета. Вот поживу у нее пару дней и брошу ее с полным правом, не она меня, а я ее, это очень важно».

Вторая.

Веселье в шумной компании, большая квартира, много народу. Я пришел со своей девушкой. Она красивая, стройная, с покатыми плечами. Тургеневская прическа – пробор и пучок. Она любезничает с каким-то плюгавым молодым человеком. У него на щеке большой красный прыщ. Я совсем не воспринимаю его как соперника. Вдруг она появляется вся красная, разлохмаченная, потная. Прядки волос прилипли к мокрой шее.

– Мы с ним только что немножко это самое, – говорит она. – Но ты не злись, это совершенно не считается, потому что он мой брат.

– Брат? – я ошарашен.

– А ты не видишь, как мы похожи? Мы погодки. Почти близнецы.

– Да ты соображаешь, вообще?

– А что такого, мы до пяти лет вместе голенькие купались! И вообще это моя проблема, я же с ним детей иметь не собираюсь, а для тебя это все равно, потому что брат – не считается, сколько раз повторять.

– Все, – говорю я. – Между нами все кончено. А то еще заразишь меня этим красным прыщом!

Она начинает плакать горько и громко, слезы брызгают и попадают мне на губы, у них вкус выдохшейся минеральной воды.

Стакан минералки стоит у меня на прикроватной тумбочке.

Приподнявшись на локте, я пью воду.

На секунду становится гадко – как будто вода заразная, как будто в ней она и ее прыщавый братец.