Рандолевый катран - Сергей Буянов

Нина Петровна улыбнулась, ответила на приветствие, хотя её слова потерялись в шуме телевизора. В густом табачном дыму на синем экране едва угадывался профиль диктора.

– Сегодня наши герои отправляются домой. С разгромным счётом, впервые за последние три года! – кричал телеведущий. Напрасно, никто его не слушал.

Нина Андреевна придвинула табурет к кровати, улеглась в брюках, накинув тощее одеяло, закурила, стряхивая пепел в помятую консервную банку с давно сорванной этикеткой.

Нина Андреевна достала книгу и закрылась ею от соседок по комнате.

– Паша Бураков, пожалуй, восходящая звезда нашего футбола!

Нина Петровна поднялась на локтях, книга соскользнула и упала на пол. Обе женщины повернулись к соседке.

Не обращая на них внимания, Нина Петровна вскочила с кровати, подбежала к экрану.

Мельком показали, как наши футболисты садятся в автобус. Нина Петровна отмахнула дым перед телевизором. Картинка сменилась. Уже показывали теннисный корт, который мало интересовал Нину Петровну. Всё же Нина Петровна успела разглядеть довольную физиономию Ленки – официантки из "Катрана".

Вот так да! Выходит, первая мечта девочки осуществилась. Интересно, глухонемой швейцар в "Катране" уже заговорил?

– Случайность, чистая случайность! – сказала вслух Нина Петровна.

– Что так нервничаешь? Выпей пивка! Подумаешь, дела. От всех мужики уходят, – сказала толстая.

Нина Петровна не стала возражать. Она залпом выпила полстакана тёплой дряни с липкой пеной и запахом спирта.

– Послушай, девочка! – сказала толстуха, крутя пухлыми пальцами окурок изляпаный дешёвой жирной помадой.

Нина Петровна уселась напротив. Неплохой типаж, можно поработать! Нина Петровна часто заморгала, вынула платочек и, скрывая улыбку, приложила его к лицу.

– Всё бы ничего, – сказала она, – но в такое время, когда у меня столько проблем!

– Какие твои проблемы, милочка? Денег мало? Поехали с нами! Пару рейсов и приоденешься! – толстуха отпила пива, смачно отрыгнула. – Любой мужик не устоит!

– У меня как раз симпозиум, – всхлипнула Нина Петровна.

Блондинка тронула за плечо подругу. Подмигнула.

Обе вышли в коридор.

Нина Петровна вздохнула. Пожалуй, ей не придётся выходить из номера на ночь, чтобы спокойно поспать в машине.

Соседки вернулись очень скоро. Они в спешке побросали вещи в свои холщовые сумки. Нина Петровна сделала вид, что очень интересуется политическими новостями. Она вперилась глазами в экран телевизора. Толстая взяла со стола початые пластиковые бутылки, завинтила крышки и сунула пиво в сумку. Бросив взгляд на Нину Петровну, взяла гостиничное полотенце, свернула и запихнула в свой баул.

– Ну, бывай, красавица!

Нина Петровна виновато улыбнулась. Мол, понимаю, дела.

Ничего не объясняя, подружки покинули номер.

Нина Петровна раскрыла настежь окно и дверь. Просквозило. Она выбросила газету с объедками, собрала пустые бутылки и унесла в коридор.

Стало свежее.

Нина Петровна прилегла и быстро уснула.

Поутру она удивилась, что за ночь к ней никого не подселили.

Вахтёрша удивила её ещё больше, предложив услуги автомеханика.

– Он у вас в штате?

– Что вы, Нина Петровна! – всплеснула руками гостиничная служащая. – Это мой шурин. И возьмёт с вас совсем немного.

Она сложила руки на груди и склонила голову.

– А скоро он будет? А то времени в обрез.

– Понимаю, симпозиум!

Нина Петровна не стала возражать. Она вышла на крыльцо. Интересно, что за шурин у вахтёрши? Работает с семи утра! Хотя, если понемногу брать с каждой простофили, не только на рубашку заработаешь.

Из гостиницы вышли "сексюрити". Помятые и небритые шофера выглядели совсем уж бросово в сравнении с накаченными дылдами. Не первой, но всё же свежести, парни рассаживались по машинам, командуя шоферами.

Нина Петровна отвернулась, облокотясь на перила. И почему у неё ничего не выходит в личной жизни?

– Аронова Нина Петровна?

Она развернулась всем телом.

– Да. А вы кем будете? – Нина Петровна не удержалась от вопроса. На шурина автомеханика мужчина в светлом костюме-тройке, лаковых штиблетах и серебристом галстуке явно не походил.

– Волконский Александр Андреевич.

– Очень рада! – Нина Петровна пожала протянутую руку.

– Вы ожидаете механика из гаража, – сказал мужчина как о факте известному всему городу.

– Да, и я намереваюсь уехать сегодня же.

– А симпозиум?

– Александр Андреевич, какой симпозиум?

– Рабочее совещание глав районов.

– Тем более, какое мне до этого дело? Если вы действительно можете отремонтировать мою машину…

– И не только, – мужчина улыбнулся.

– Тогда ближе к делу, – Нина Петровна улыбнулась.

– Я сейчас распоряжусь, – сказал Волконский, посмотрев на часы. Он заметил, как Аронова вздохнула с облегчением. – Я не разочаровал вас, Нина Петровна?

– Ничуть. Я и не ожидала, что вы засучите рукава и начнёте копаться в моторе.

– Далеко ли едите?

– Возвращаюсь из отпуска. С черноморского побережья Кавказа!

– Чудесно. Что может быть лучше отпуска посреди зимы?

– Только лето посреди отпуска. Александр Андреевич, кажется, мы немного отвлеклись, – Нина Петровна посмотрела на часы.

– Спешите на работу?

– Не волнуйтесь, я вполне состоятельна! Кстати, сколько я вам должна?

– Пока неизвестно, сколько придётся ремонтировать. Кстати, вот и Юрик!

К крыльцу подошёл парень в рабочем тёмно-синем комбинезоне, удивительно чистом. Как будто только что из магазина.

– Приветствую рабочий класс! – сказал Волконский.

– И вам наше с кисточкой!

– Здравствуйте, – сказала Нина Петровна. – Оказывается, вы Юрик! Я не успела поблагодарить вас! Вот кто знает, сколько времени пройдёт ремонт, и во сколько это выльется!

– На работе ни-ни! – улыбнулся Юрик, проведя ладонью под горлом.

Нина Петровна улыбнулась. Так отвечают только алкоголики, а парень на алкоголика никак не тянул.

– И всё же? – спросила она у Волконского.

– Некуда спешить, – сказал Юрик, развернулся и пошёл к машине. Нина Петровна только что заметила в руках механика аккуратный чемоданчик.

– И всё же для ясности.

– Нина Петровна! – качнул головой Волконский.