Семь дней творения - Марк Леви

София опустила голову, вернула на место флакон и вышла из магазина. Сев в машину, она поехала в учебный центр для слабовидящих. Урок прошел в молчании, которое ученики соблюдали ао самого звонка на перемену. Услышав звонок, она покинула свое кресло на возвышении и, бросив «спасибо», покинула класс.

Дома ее ждала огромная ваза с роскошными цветами в прихожей.

– К тебе наверх это все равно не поднять! – сказала Рен, выглядывая из своей двери. – Тебе нравится? Они и здесь неплохо смотрятся*.

– Да, – сказала София, кусая губы.

– Что с тобой?

– Вы не из тех, кто любит говорить: «Я тебя предупреждала», правда, Рен?

– Совершенно не из тех!

– В таком случае, будьте добры, заберите букет к себе! – взмолилась София срывающимся голосом и побежала вверх по лестнице.

Рен проводила ее взглядом и прошептала:

– Я тебе говорила!…

Матильда отложила газету и уставилась на подругу.

– Хорошо провела день?

– А ты? – ответила София вопросом на вопрос, ставя сумку под вешалкой.

– Больше вопросов не имею. Вопрос не срочный, при такой физиономии можешь вообще не отвечать.

– Я очень устала, Матильда!

– Присядь ко мне на кровать.

София повиновалась. От сотрясения матраса Матильда застонала.

– Извини! – София вскочила. – Ну, как ты тут?

– Замечательно! – ответила Матильда с гримасой боли. – Открыла холодильник и давай шутить – ты знаешь мои возможности! Один помидор даже лопнул со смеху. Остальное время я посвятила мытью петрушки с шампунем.

– Тебе сегодня было очень больно?

– Только во время занятий аэробикой! Можешь сесть, только аккуратнее, пожалуйста. – Матильда посмотрела в окно и крикнула: – Нет, стой!

– Почему? – удивилась София.

– Потому что через две минуты все равно встанешь! – объяснила Матильда, не отрывая взгляд от окна.

– Что там?

– Не могу поверить: опять он это приволок! – Матильда улыбнулась, превозмогая боль.

София расширила глаза и отшатнулась к стене.

– Он внизу?

– Ао чего хорош! Вот бы у него был близнец – мне тоже хочется такого! Он ждет тебя. Сидя на капоте своей машины с цветами. Спускайся! – Сказав это, Матильда обнаружила, что осталась в комнате одна.

София уже была на улице. Лукас выпрямился и протянул ей рыжую кувшинку в горшке.

– Д,о сих пор не знаю, какие цветы вы предпочитаете, но этот по крайней мере побуждает вас со мной говорить!

София молча смотрела на него. Он шагнул к ней.

– Прошу предоставить мне хотя бы шанс объясниться.

– Что вы хотите объяснять? Объяснять нечего. Она отвернулась от него и вернулась в дом.

Там, в прихожей, она одумалась, выбежала на улицу и молча подошла к нему, чтобы отнять кувшинку и возвратиться домой с ней. Хлопнула дверь. Рен преградила ей путь к лестнице и отняла растение.

– Я сама им займусь. Даю тебе три минуты, беги приводи себя в порядок. Подмажься и не бойся капризничать, это очень по-женски, только не забывай, что противоречить всему – это уже перебор. Вперед!

София собиралась возразить, но Рен уперла руки в бока и заявила не терпящим возражений тоном:

– Никаких «но»!

У себя наверху София бросилась к одежному шкафу.

– Не знаю почему, но как только я его увидела, сразу представила, как провожу вечер за ветчиной с картофельным пюре на пару с Рен, – заявила Матильда, любуясь в окно Лукасом.

– Прекрати! – прикрикнула на нее София. – Не доставай меня, сейчас не время.

– Тебя достанешь, как же!

София схватила плащ и направилась к двери, не отвечая подруге, проводившей ее словами:

– Любовные истории всегда хорошо кончаются. Но только не у меня!

– Уймись ты! – не вытерпела София. – Я понятия не имею, о чем ты толкуешь.

– Знала бы моего прежнего бойфренда, то понимала бы, что такое ад! Ладно, хорошего тебе вечера.

Рен водрузила горшок с кувшинкой на столик на одной ножке и, полюбовавшись им, пробормотала: «Годится!» Бросив взгляд на свое отражение в зеркале, она торопливо привела в порядок седые волосы и подкралась к двери, чтобы просунуть в нее голову и шепотом предупредить Лукаса, расхаживающего взад-вперед по тротуару:

– Она идет!

Шаги Софии заставили ее отскочить от двери. София подошла к сиреневому «Бьюику», на крышу которого опирался Лукас.

– Зачем вы приехали? Чего вы хотите?

– Второй попытки!

– Хорошего впечатления со второй попытки не создать.

– Сегодня вечером я был бы рад доказать вам, что вы ошибаетесь.

– Почему;1

– Потому что.

– Коротковато для ответа!

– Потому что сегодня я опять побывал в Со-салито.

Впервые он показывал, что уязвим.

– Я не хотел, чтобы наступила темнота, – продолжил он. – Хотя нет, дело сложнее. «Не хотеть» всегда было мне свойственно, но здесь произошло наоборот: впервые я именно захотел!

– Чего вы захотели «

– Видеть вас, слушать вас, говорить с вами!

– Может быть, еще чего-нибудь? Найти доводы, которым я могла бы поверить?

– Позвольте мне пригласить вас поужинать. Не отказывайтесь!

– Я не голодна, – ответила она, пряча глаза.

– Вы никогда не бываете голодной. Просто я не все еще сказал…

Он распахнул дверь машины и с улыбкой закончил:

– Я знаю, кто вы.

София посмотрела на него и села в машину.

Матильда перестала отгибать край занавески. В эту же секунду то же самое произошло с занавеской на окне первого этажа.

Машина унеслась по безлюдной улице. Под мелким осенним дождиком они ехали молча. В этот раз Лукас не гнал. София смотрела в окно, пытаясь отыскать в небе ответы на свои вопросы.

– С какого времени вы это знаете? – спросила она

– Уже несколько дней, – нехотя ответил Лукас, потирая подбородок.

– Час от часу не легче! И все это время вы помалкивали!

– Как и вы! Вы тоже ничего не говорили.

– Я не умею врать.

– А я не запрограммирован на то, чтобы говорить правду.

– Как не заподозрить, что вы все подстроили, что с самого начала мной манипулировали!