Авиньонский квинтет. Quinx, или Рассказ Потрошителя - Лоуренс Даррелл

Чтобы проанализировать, что случилось с разумом цивилизации, надо начать с сознания отдельного человека… то есть с секса, с того самого знания, которое предшествовало языку… то есть высказыванию, формулированию, пониманию!

Нежные женские пальчики — вверх

грубые, обветренные — вниз[132]

жизнь для жизни

шут говорит

ничем не рискнем

ничего не скажем

сбежим и ляжем

с хохочущими мертвецами!

Смиргел принял все меры предосторожности, чтобы никто не узнал, где он живет, так что на время его след затерялся. Принц стал даже думать, что его рассказ про клад и карту — пустая болтовня ради достижения каких-то неведомых целей. Потом туман немного рассеялся: Смиргел позвонил Констанс и предложил ей и принцу встретиться в маленьком бистро на дороге в Вер. Там недавно сменился хозяин, и теперь оно снова открыто. Солнце радостно приветствовало их под оливами. Смиргел уже сидел в бистро, когда подкатил огромный «даймлер» принца, это допотопное чудо! В искрящейся тени, на залитой солнцем площадке с зелеными столиками, Смиргел выглядел тем, кем и был в глубине души, то есть путешествующим немецким профессором, историком, отправившимся в отпуск. Но вот он встал, чтобы поздороваться с лордом Галеном и принцем, и непроизвольно сдвинул пятки, изображая бесшумное подобие прусского щелканья каблуками — из почтения к важным персонам, которые пришли на встречу с ним, переполненные восхитительным чувством законной жадности, бытующей в среде богатых! Естественная обходительность принца очаровывала, такое он излучал сердечное тепло. Когда все расселись, то долго, не говоря ни слова, вглядывались друг в друга. Наконец из бара пришел официант и принес напитки. Смиргел нервничал, поэтому заказал только воду.

Принц молча поднял бокал с посредственным шампанским, вежливо приветствуя своих собеседников. После этого Смиргел произнес:

— Лорд Гален, полагаю, мы можем быть откровенны, и надеюсь, что вам известно, почему я так надеялся на встречу с вами. Я рассказал Констанс про сокровища тамплиеров и попросил ее все это изложить вам. Хотел привлечь к ним ваше внимание, так как в вашем консорциуме люди в основном из Женевы, серьезные люди — des gens sérieux, quoi! Я совершенно уверен, что мое предложение вас заинтересует, хотя в данный момент невозможно определить стоимость того, о чем мы говорим. Дело в том, что никто не может добраться до сокровищ из-за очевидной смертельной опасности! У меня же имеется подробная карта минных ловушек, с которой можно ничего не бояться. Я собственными глазами видел несколько драгоценных камней и разговаривал с человеком, нашедшим их, так что это не домыслы, а реальные факты. В обмен я, естественно, хочу стать равноправным партнером и получить равную долю от того, что будет найдено.

— Должен признаться, — мечтательно произнес лорд Гален, — мысль о больших богатствах делает меня сентиментальным.

Ну а в голосе принца слышалась укоризна:

— Это понятно, но подумайте о нашей чисто исторической миссии — вернуть человечеству знаменитые сокровища, так давно утерянные! Нельзя упускать из вида и культурный аспект, ведь многие вещи могут оказаться настоящими произведениями искусства, и нам непременно придется сделать подробную опись, каталог.

Немец молча курил и внимательно слушал обоих. Мысли принца разбежались далеко и широко по сказкам и легендам его родного Египта, где к тайным кладам, охраняемым в пещерах зловредными джиннами, относились как к чему-то вполне обычному.

— А забавно было бы, — он хохотнул, — если бы сокровище было украдено или перенесено песчаными бурунами на другое место! — Однако ни лорд Гален, ни немец не нашли в его словах ничего смешного. — Когда вы предъявите нам доказательства? Немец улыбнулся.

— Как только у меня появится возможность предъявить вам карту. Потом мы сможем отправиться в пещеры, найти дверь и открыть ее. Presto![133]Однако прежде мы подпишем соглашение, чтобы я был уверен относительно своей доли добычи.

— Акционерное общество «Найденные сокровища», центральный офис устроим в Женеве, — мечтательно произнес лорд Гален. — А что запишем в пункте «место обнаружения»? Я готов сформулировать документ.

Немец вытащил из-под себя — он сидел на нем — потрепанный чемоданчик, в котором было два важных документа: кадастровая карта с разметкой горных работ и с указанием масштаба, и список владельцев.

Он, будто профессор, читающий лекцию, продолжал давать объяснения, обстоятельно и неторопливо, однако подготовлено все было очень быстро и четко, в английском стиле.

— Я обнаружил, что практически вся интересующая нас территория, находится во владении одной семьи, и я уже с ними договорился. Это крестьяне, сейчас они в трудном положении, и с радостью заключили со мной арендный договор сроком на сто лет. Со своей стороны, я взял на себя юридическое

оформление, получил государственную лицензию и право производить работы на взятой в аренду земле, включая освоение недр. Французские законы вновь входят в силу, вновь утверждаются гражданские законы, а не законы военного времени. Я намекнул, что собираюсь вернуть к жизни римские шахты, так как они не до конца исчерпаны. Это, разумеется, должно привести к увеличению рабочих мест, а это прямая выгода для местной администрации. Шахты. Это, так сказать, наша легенда, не в наших интересах тревожить французское правительство сказками о спрятанных сокровищах, на которые оно непременно предъявит свои права, обложит их налогом. В данный момент я не вижу серьезных причин, которые помешали бы нам извлечь сокровище — частями, если уж на то пошло, — а для прикрытия нанять рабочих, пусть себе трудятся в шахтах. Вы согласны? Лорд Гален был согласен.

— Но ваша пресловутая карта — где она?

— В надежном месте и в любое время к вашим услугам, как только будут выполнены некоторые условия. Главное условие, естественно, оправдательный приговор трибунала, который по ошибке занес меня в черный список. Мое дело будет рассматриваться через два месяца, и к тому времени, надеюсь, лорд Гален сумеет предпринять что-нибудь, чтобы чаша весов склонилась в мою пользу. Я стал жертвой тщеславия и зависти милиции. Им бы очень хотелось опозорить меня, засадить в тюрьму, обезглавить, ведь я много чего знаю об их, так сказать, подвигах в эти страшные для всех нас годы. Как вы понимаете, этим героям есть что скрывать. Однако я думаю, добиться справедливого приговора возможно, тем более, что среди судей есть англичане. Уверен, лорд Гален знаком с ними и может замолвить за меня словечко. Вот на этом листке их фамилии.

Он подал бумагу лорду Галену, и тот с ужасом обнаружил там фамилии нескольких своих друзей; председателем же военного трибунала был один из акционеров его компании! Лорд Гален судорожно сглотнул слюну и похлопал глазами.