Ной - Дэвид Мэйн

Сии трое были сыновья Ноевы, и от них населилась вся земля.

Бытие 9:19

Через шесть месяцев женщины разродились. На этот раз девочками. Наступила зима, холоднее, чем в прошлом году. Рыба в реке все еще плавает, но мороз уже разбрасывает по земле сверкающую пыль, а вода, оставленная до утра на улице, покрывается тонкой корочкой льда. Сим впервые видит лед и кричит в ужасе: «Вода обратилась в камень!» Все цепенеют от страха, и Илии приходится объяснять, что произошло на самом деле. Днем становится теплее, лед тает, беспокойство улетучивается, и всех охватывает веселье.

Ной созывает семейный совет. Они собираются в спальном шатре, потому что шатер для трапез уже слишком мал, чтобы всех вместить.

– Через несколько недель вы должны уйти, – мрачно объявляет он.

Повисает молчание, которое нарушает только лепет младенцев.

– Отче, ты не мог бы объясниться? – спрашивает за всех Хам.

– Так было сказано. – Ной тычет пальцем в потолок шатра.

– Ага.

– Мир опустел. – Ной ерзает на месте. – Нам велено снова его заселить. Сим и Бера со своими детьми отправятся на юг, Хам и Илия – на восток, Яфет и Мирн – на север. И земля заполнится вашими потомками.

– А ты, отец?

– Мы с матерью останемся здесь, – говорит Ной. «Прозябать», – добавляет он про себя.

Все ворочаются. Ной знает, велик риск, что его ослушаются: здесь хорошо жить. Все надеялись, что испытаниям пришел конец. Он может рассчитывать на Сима, но Хам недовольно дует губы, а Яфет, похоже, сбит с толку. Первым молчание прерывает Яфет:

– Па, сейчас середина зимы. Не лучше ли обождать до весны?

– Посевная, – буркает Хам.

Ной кивает:

– Если поедете сейчас, то поспеете к посевной. Если выедете весной, доберетесь только к лету, и зимой придется голодать.

– И так, и так будет трудно, – возражает юноша. – Дети еще маленькие и…

– Да, будет трудно.

В шатре опять гнетущее молчание: словно кто-то из закромов достал старое, покрытое плесенью одеяло. Мрачное настроение не может развеять даже вино с медом. Наконец Илия говорит:

– Мы положим начало новым народам. Но их век будет краток, если нашим детям придется вступать в брак друг с другом.

Глаза Ноя как змеи.

– Брат, взявший в жены сестру, – мерзость пред ликом Господа, – гремит он, – и потомство от такого брака – мерзость.

– Мне это тоже не по душе, – ворчит Хам.

– Так как же… – начинает Илия.

– Вы будете поддерживать друг с другом связь, – учит Ной. – Когда через десять – двенадцать лет сыновьям придет время вступать в брак, отправьте их на поиски жен в другие семьи. Что же касается твоих найденышей, Бера, пусть они выберут тех, кого захотят.

Ноя засыпают вопросами, но он не балует разнообразием ответов – их у него всего три:

1. Перестаньте жаловаться.

2. Проблемы будем решать по мере их возникновения.

3. Бог поможет.

Сима и Беру особенно успокаивает третий вариант, Мирн и Яфет соглашаются с первым, а Илия и Хам – со вторым, однако недовольны тем, почему их оставляют в неведении о деталях предстоящего испытания.

Чтобы разрядить обстановку, Яфет предлагает:

– Кто-нибудь еще хочет вина?

Пить никто особенно не хочет, но никто и не отказывается. Яфет пускает кувшин по кругу, и все наполняют чаши. Ной наливает себе сам, выпивает до дна и наливает снова. Все молча на него смотрят.