Укол повелителю галактики, или Психиатрический анамнез - Максим Малявин

Отношения человека с бытовой техникой сложны и многогранны. Одни с ней на ТЫ, другие на ВЫ, третьи на ЕТИ ЕЕ МАТЬ. Предполагается, что она должна облегчать жизнь. Собственно, она так и делает – ровно до того момента, пока не решит, что теперь ваша очередь за нею ухаживать. Кто-то от нее без ума. Некоторые настолько, что приходится вызывать барбухайку.

Николай Иванович вырос на принципах диалектического материализма, марксизма-ленинизма и пролетарского интернационализма. То есть инженером. То есть – человеком, твердо убежденным, что ежели буржуи какую технику придумали, то наш человек завсегда способен ее разобрать, собрать, а из лишних деталей, которые остались после оперативного вмешательства, сделать радиоприемник и приборчик для выжигания по дереву.

К электричеству Николай Иванович привык относиться как и положено инженеру. Какое, на фиг, движение свободных электронов? Кто их видел? Есть постоянный ток, с его плюсами и минусами. Есть переменный: ноль фаза, нет-нет да и шандарахнет. Все прочее – от лукавого. Вот вы, когда открываете холодильник в поисках холодной водки, задумываетесь о втором принципе термодинамики? То-то. Не говоря уже о том, что холодная водка сама по себе херит этот принцип на корню. Что значит «Невозможен процесс, единственным результатом которого являлась бы передача тепла от более холодного тела к более горячему»? Да вы хлопните рюмашку-другую, а потом обсудим!

Но однажды электричество показало Николаю Ивановичу свою истинную сущность. Демоническую. Началось все с того, что провода стали странно себя вести. Они постоянно попадались на глаза: вот они мы, тут, рядом. Куда ни кинь взгляд – наткнешься на провод. Один так и норовит попасть под ноги, другой свисает из розетки, прикинувшись шлангом, третий заполз за диван и ВЫЖИДАЕТ.

Следом за проводами в процесс включилась бытовая техника. Нет-нет, она работала исправно, но КАК-ТО ИНАЧЕ. Словно задумала какую-то пакость, но изо всех сил старается не подавать вида. Ждет удобного момента. Ничего, мол, хозяин, рано или поздно ты повернешься спиной. Или заснешь. В итоге по квартире Николай Иванович передвигался так, что позавидовал бы любой отряд ОМОНа на зачистке территории: все время держа подозрительные места под прицелом. И спать стал урывками, да и то не всякую ночь.

Недели через три противнику выжидательная тактика надоела, и он пошел в атаку. По проводам побежало чистое, эссенциальное зло. Оно прорывалось наружу рыжеватыми сполохами, оно заполняло все пространство тихим трансформаторным гулом, от которого немели руки и подкашивались ноги. Провода ожили и поползли, извиваясь, по потолку и по стенам. «Берут в кольцо, – подумалось Николаю Ивановичу. – Сейчас подползут поближе и начнут душить.

Картина про Лаокоона и сыновей в авангардном исполнении».

Думаете, он сдался или убежал? Ага, сейчас! У любого нормального жителя России в доме есть топор. Даже если он живет не в избе, а в многоэтажке. Зачем? Потому что в хозяйстве без топора никак. Этого противник в расчет не взял, потому исход схватки был предрешен. Потери противника впечатляли: убитый телевизор, располовиненное радио, четвертованная стиральная машина и тяжелораненый холодильник. Его Николай Иванович для верности перемотал скотчем – мало ли что может выскочить из недр! Потом была сделана вылазка в стан врага, к электрическому щитку. Подъезд был обесточен, топор слегка оплавился, зато теперь можно было основательно заняться проводкой.

Спецбригада подоспела одновременно с полицией и МЧС. Николай Иванович как раз аккуратно упаковывал порубленные провода в большую хозяйственную сумку. Он попенял прибывшим на опоздание:

– Вас пока дождешься! В одиночку пришлось биться!

– Господи, что здесь было? – ошарашенно оглядел поле боя участковый полицейский.

– Дьявол. Рыжий. В каждом проводе – и повсюду.