Семь сестер. Сестра тени - Люсинда Райли

– Ваш брат фермер? – спросила я у него, с трудом поспевая за ним.

– Я бы не стал квалифицировать его как фермера. Особенно с учетом того, что в его колчане полно и других стрел. Однако поскольку наши семейные финансы переживают сейчас далеко не самые лучшие времена, а проще говоря, пребывают в глубоком кризисе, то у него порой просто нет иного выбора. Приходится быть и фермером тоже.

– Он владеет этой землей?

– Если по существу, то мы оба владеем ею. В свое время, еще где-то в сороковых годах прошлого века, имение разделили между братом и сестрой. Луиза Форбс получила во владение земли по эту сторону дороги и Домашнюю ферму. Наш двоюродный дед Тедди Воган, родной дед Маргарет, унаследовал дом и все сады вокруг. Ну и, конечно, титул. Все это звучит весьма патриархально, понимаю. Прямо как во времена феодалов. Но не забывайте, мисс Стар, вы живете в Англии. У нас здесь так.

Мы снова пересекли проезжую часть дороги и вступили на подъездную дорогу, ведущую к Хай-Уилд. Интересно, какая из двух половин семейства осталась в проигрыше при таком дележе имущества, задалась я мысленно резонным вопросом. Впрочем, чтобы ответить на этот вопрос обстоятельно, требуется знать, сколько стоят сельскохозяйственные угодья в этих краях и каковы здесь расценки на недвижимость.

– Рори! – Орландо снова бросился в погоню за мальчиком, быстро рулившим к дому на велосипеде. – Сейчас мы должны показать Стар наши сады. Ты забыл?

Рори вскинул вверх большой палец в знак того, что ничего он не забыл, слегка сбросил скорость, выехал на какую-то боковую тропинку и вскоре скрылся из виду за домом.

– Господи всемилостивый! Когда же это все закончится? – жалобно воскликнул Орландо. – Я живу в постоянном страхе, что с этим драгоценным чадом в любую минуту может случиться что-то непоправимое. Причем именно тогда, когда он находится на нашем с вами попечении. Какое счастье, Стар, что вы сейчас рядом со мной. Впрочем, без вас мне бы никто и не доверил Рори.

Последние слова Орландо немного озадачили меня. Впрочем, спрашивать «почему так» я не стала, а молча поплелась за ним по дорожке, ведущей за дом. Обогнув строение, мы оказались на широкой террасе, вымощенной каменными плитами. Я посмотрела вниз на открывшуюся мне панораму сада, и у меня перехватило дыхание. До чего же красиво!

Такое впечатление, будто я вдруг оказалась в окрестностях замка Спящей красавицы. И сейчас мне предстоит пробиваться к самому замку через лесную чащобу и пустоши, заросшие диким бурьяном. Мы спустились по ступенькам вниз. Заросшие травой садовые дорожки причудливо петляли по лабиринту запущенной живописной декоративной изгороди из кустарников. Я увидела деревянные остовы пергол, которые наверняка служили в прошлом опорой для красивейших ампельных роз. Бесконечные цветочные бордюры и клумбы все еще хранили свою первоначальную форму, но они тоже густо заросли сорной травой. Никаких следов культивированных растений вокруг. Все пришло в полнейшее запустение и упадок. Лишь почерневшая высохшая земля да пожухлая трава, устлавшая дорожки сплошным покровом.

Я остановилась, чтобы полюбоваться вековым деревом величественного тиса, который горделиво возвышался над садом, доминируя над окружающим пространством. Его сильные старые корни кое-где пробились сквозь каменные плиты и вылезли наружу. Но несмотря на общую картину запустения, было что-то романтичное в этой обстановке полной заброшенности и одичания. У меня даже мелькнула мысль, что, вполне возможно, несмотря на общую неухоженность и запущенность сада, некоторые образцы растений вопреки печальным обстоятельствам сумели сохраниться и выжить. И их еще можно спасти.

Я закрыла глаза, и перед моим мысленным взором предстал этот спасенный и возвращенный к жизни сад, утопающий в розах, кустах магнолии, зарослях ромашки. Прямые ровные линии подстриженных декоративных кустарников, среди которых особенно выделяются сплошь усыпанные соцветиями дымчато-голубого цвета кусты цеанотуса. И все вокруг: каждый уголок, каждая щепочка, каждый листок – благоухает и радует взор неистовым кипением жизни…

– Можете представить себе, какое великолепие царило здесь когда-то, – промолвил Орландо, словно прочитав мои мысли.

– О, да! – согласилась я с ним. Потом взглянула на заросшую дорожку, по которой умело маневрировал Рори, выкручивая свой велосипед то в одну, то в другую сторону, чтобы не зацепить ненароком ни один одичавший куст. Глядя на него, можно было подумать, что он сейчас сдает экзамен по правилам вождения в экстремальных условиях.

– Я должен показать вам еще теплицы. Когда-то мой прадед разводил и выращивал в своих оранжереях экземпляры растений со всего света. Зато сейчас… – Орландо уныло вздохнул и добавил уже бытовым тоном, возвращаясь в день сегодняшний: – Думаю, пора вам уже заняться обедом. Как полагаете? На ужин я заказал говяжью вырезку, филейную часть. Здесь у них в сельском магазине продают отменную вырезку, самую лучшую из всех, что мне встречались. – Орландо сладко зевнул. – Боже! Эта прогулка совсем меня разморила. Какое счастье, что я живу в городе. У деревенских это ведь единственное развлечение – гулять по полям. Вы не находите? Невольно чувствуешь себя виноватым, если не совершаешь этот обязательный моцион вместе с ними.

После обеденной трапезы Орландо тут же поднялся из-за стола.

– Прошу простить меня, но мне нужно немножко поспать. Надеюсь, вы не будете в претензии. Уверен, вы отлично поладите и без меня.

– Мне нравится, Стар, как ты готовишь, – знаком доложил мне Рори, как только за его дядей закрылась дверь.

– Спасибо. Поможешь мне помыть посуду? – я указала пальцем на раковину, заставленную грязными тарелками.

Рори недовольно надул губы.

– А я за это научу тебя делать шоколадные брауни. Такая вкуснятина!

Мы дружно принялись за работу. Я даже позволила Рори вылизать языком миску, в которой готовилась шоколадная смесь. Именно в этот момент я услышала, как отворилась дверь черного входа и в коридоре зазвучали чьи-то тяжелые шаги. Наверное, это доставка, подумала я, привезли заказанные продукты из магазина, и повернулась к дверям. Но на пороге показалась помойная крыса собственной персоной. Мы с Рори ошарашенно уставились на него.

– Привет.

– Привет, – ответила я немного натянутым тоном.

– Рори! – Мышь кивком головы поздоровался с мальчиком, и тот тоже помахал ему в ответ рукой, по-прежнему всецело поглощенный вылизыванием остатков шоколадной смеси со стенок миски. – А у вас тут вкусно пахнет.

– Мы печем брауни.

– То-то я вижу, что Рори на седьмом небе от счастья.

– Не хотите ли чашечку чая? – кое-как выдавила я. Присутствие Мыши на кухне откровенно нервировало меня.

– Только в том случае, если и вы составите мне компанию.

– С удовольствием. – Я включила чайник и повернулась к Рори. – Рори! Давай я вытру тебе губы. – Я аккуратно удалила салфеткой следы шоколадной пасты на губах мальчика.