Молодые, способные - Скарлетт Томас

– Ну и грязища тут, – качает головой Брин.

– Страшно, – шепчет Эмили. Впереди кто-то нервно хихикает.

Гуськом они по узкой лестнице поднимаются в мансарду. Брин нарочно держится позади, и Эмили, видимо, тоже. Остальные взбудоражены и увлечены.

Такие приключения Брина никогда не увлекали. Не то что серьезные вещи – налеты и взломы, скажем. Да, он рад бы въехать, зачем их сюда привезли – но он здесь чужой. Его не покидает ощущение, что все эти детки с пеленок играют на одной площадке, а он – ребенок из единственной в округе неполной и малоимущей семьи.

Эмили тычет его в бок и завывает, точно призрак.

– Что притих? – спрашивает она. – Струсил?

– Нет, – отмахивается Брин, – не болтай. Экспедицию возглавляет Джейми. Он уже у двери

мансарды.

– Ну и как мы ее откроем? – спрашивает Тия.

– Тротила ни у кого нет? – вмешивается Пол.

– Кончай! – требует Тия. – Это не шутки. Что будем делать?

– Можно выломать дверь, – предлагает Джейми. В ответ смешки.

– Я могу открыть замок, – подает голос Брин. – У меня получается.

– Правда? – переспрашивает Джейми.

– Клево, – радуется Пол.

– Валяй, – говорит Эмили.

Поднимаясь по лестнице, Брин лихорадочно вспоминает, случалось ли ему прежде отпирать замки без ключа. Вроде нет. Но, несмотря на полное отсутствие опыта, он все-таки вызвался взломать дверь. Он что, профи? Нет. Но прикинулся опытным взломщиком потому, что в прежней компании, в Саутенде, его считали опытным. Вот и здесь он вякнул по привычке.

Когда Брин впервые полез ковыряться в замке, дверь была не заперта. Об этом никто не знал, даже Брин. Вместе с Танком, Гилбертом и одним типом из Манчестера, Крейгом, он пытался как-то в пятницу ночью влезть к Гилберту в дом. Подергать дверную ручку никому и в голову не пришло, Гилберт всю ночь ныл, что потерял ключи, вот все и решили, что дверь заперта. Как раз накануне Брин видел по «ящику», как один парень открывал замок без ключа, да так ловко, что Брин насочинял, будто и он справится с любым замком – была бы шпилька или английская булавка. А тут как раз и подвернулся случай показать себя в деле.

Трудно объяснить, что происходит в голове, когда вдруг кажется: ты мастер в том, чего на самом деле не умеешь. Такое случалось с Брином несколько раз – когда он возомнил себя знатоком боевых искусств (насмотрелся фильмов с Синтией Ротрок и Брюсом Ли), пробовал внутривенную наркоту («На игле») и ходил по канату (цирк по телику на Рождество). В память об этих злополучных попытках Брин заработал какой-то шрам, четыре попадания в больницу, тридцать один шов и перелом ноги.

Беда в том, что у настоящих профи все выходит так легко и просто, что вроде достаточно им подражать с самодовольной рожей – мол, я уже делал это миллион раз, – и готово. В ту ночь у Гилберта Брин так и поступил – типа крут, как самокрут. Он хладнокровно потребовал что-нибудь типа шпильки. Купившись на его уверенность, Танк и Гилберт услужливо прочесали весь переулок. Наконец нашли проволочный ершик для трубки, Брин деловито осматривал его минуты полторы и наконец объявил: «Сойдет». Он пошуровал ершиком в замке и, кажется, услышал щелчок. Брин нажал на дверную ручку, и гребаная дверь открылась! Гилберт не знал, как его благодарить, Танк заявил, что ничего круче еще не видел. Он признался Брину, что среди его знакомых больше взломщиков нет, но у него сейчас большие планы, и ловкость Брина будет очень кстати.

Как раз в этот момент Брин понял, что до замка-то и не дотронулся: раздухарился (куда там десятерым нью-йоркерам!) и не заметил, как выронил ершик. Конечно, Гилберт и Танк об этом не узнали, зато о мнимом таланте Брина уже назавтра были осведомлены все завсегдатаи местного паба. Несколько раз Брину предложили поучаствовать в кражах со взломом, считая, что если Брин без ключа отопрет замок склада, магазина или дома, то никакой это не взлом.

Он чувствовал себя, как героиня «Румпельштильцхена»: требуется превратить солому в золото, а подобных чудес он ни разу не совершал. И нечего ждать помощи от прикольного карлика в прикольной шляпе. Надо выкручиваться самому.

Первые два раза он говорил, что замок не того типа, и объяснял почему, щеголяя только что выдуманными техническими терминами. Перед крупным ограблением, когда напарники любезно выяснили номер модели замка, Брин нарочно порезал руку, разбив пивную кружку, а потом сказал, что повреждено сухожилие. Всякий раз, когда ему не удавалось открыть замок, его подельники (или шайка, которой он помогал) находили другой способ проникнуть в дом – обычно разбив окно. Однако Брин убедительно расписывал конструкции неподдавшихся замков и хитроумных секреток на дверях, и его слава взломщика росла и без реальных достижений.

Потому и сейчас он предложил свои услуги. По привычке. С той лишь разницей, что здесь никто не обдолбан и, если Брин лажанется, все сразу врубятся: да, он лажанулся. С наркоманами еще как-нибудь выкрутишься, была бы фантазия. Но этой компании не наврешь, на техническую херню они не купятся. Все ученые умники. Была бы рядом одна Эмили – это еще полбеды. Она не такая ученая. Конечно, Брин еще охотнее остался бы один с Тией, хотя она с ним больше не разговаривает. Вот Тие он бы честно признался, что не умеет замки открывать. А может, и нет. В общем, неприятно, когда стоят над душой и пялятся. От волнения его прошибает пот, струйкой течет по шее и спине. Наконец Брин пробирается к двери.

И первым делом пробует ручку.

Потом встает на колени и смотрит в замочную скважину.

– Хм... – бурчит он. – Сложный, собака...

– Ну, что там? – Джейми тоже наклоняется к замку.

– Шпилька есть? – спрашивает Брин.

Уж это он знает наверняка: шпилек ни у кого не бывает. А раз нет шпильки, можно с облегчением сказать: очень жаль, но такой замок без шпильки не отопрешь.

– Есть, – говорит Энн и вынимает из волос шпильку.

Брин берет ее и сразу роняет.

– Блядь! – выпаливает он. – Потерял. Все на него смотрят.

– Без шпильки не получится, – предупреждает он.

– Возьми еще, – Энн подает вторую шпильку.

Только теперь Брин замечает в волосах Энн пробор-зигзаг. Пряди зачесаны в разные стороны и закреплены шпильками. Энн вынимает вторую шпильку, и пробор уже больше не зигзаг. В панике Брин видит, что у нее на голове таких зигзага два – значит, две шпильки. И еще одна в руке. Нехотя он берет шпильку, не спеша ее разглядывает и становится на колени перед дверью.

– А у тебя получится? – спрашивает Тия.

– Должно получиться, – отвечает он. – Если замок не слишком тугой.

– Тугой? – переспрашивает Пол.

– Ну да. Если не поддастся, шпилька сломается.

– Ясно, – говорит Пол. В голосе сквозит хохот. Целых три или четыре минуты Брин шурует шпилькой в замке.