Рамка - Ксения Букша

И тут все, качнувшись, валятся друг на друга, и – ухх! – Николай Николаевич, с трудом удерживаясь за поручень, попадает в объятия нет, не Галины Иосифовны, той уже уступил место юнец с гаджетом, а в объятия Паскаля; а Янда притиснута, как и в келье, в самый угол. Не ночь, а день, но какой-то тёмный, и кислый дождь мелкими брызгами на стекло. По окну хлещет тёмная зелень. Час пик в электричке. Всё забито. Бармалей навис над очень пожилой женщиной с ведром яблок и оранжевым букетом календулы, похожим на фонарь, еле держась за спинку сиденья; и не успевает он опомниться, как тут начинается. Оптимистичный на вид, но очень потный мужчина – дыбом волосы по сторонам лысины, отрывается от своего крупнофиолетового гаджета и говорит ораторским голосом:

И-как-же-вы-думаете-что-же-теперь-будет? Что же мы теперь увидим, как мы теперь усидим на своих местах? И куда же нас теперь везут – туда или сюда, в эту ли, в другую сторону?

Как-то их чересчур много для моей любимой электрички, – дядя Фёдор в ухо Бармалею, – я не так хотел! Я хотел как раньше, чтобы с кроссвордами, на букву «ю», задушевными разговорами чтобы. Но, может, сейчас выйдет и так, как я хотел? Посмотрим!

Во дни моей молодости, – откликается бабулька с фонарём календулы, – везли всегда только туда! Как только начинали везти обратно, так я сразу же сходила. Бывало приедешь, а Лемешев как раз начал петь уже. Такое было расписание. Ну а обратно кого везут-то? И зачем это обратное движение, кому оно нужно?

Тут вот пишут на ресурсе французских коммунистов, – отвечает откуда-то снизу чувак с зёленым носом на лбу, и вытаскивает из ширинки, как из гроба, костлявую руку с зажатым в ней гаджетом, – что нашего царя намазали не миром, а оливковым маслом не лучшего качества! Они пишут, что взяли кисточку и произвели поэлементный анализ, и поэтому миропомазание можно оспорить в Верховном Синоде. Намереваюсь заняться этим, как только приеду.

Нет! – откликается отражение тётеньки, похожей на чайник, которой в вагоне вроде как и нету, а за стеклом она почему-то едет. – Всё совершенно не так! Вот гляньте! – и она суёт Бармалею под нос свой телефон. – Просто царь застрял на рамке, его не пропустила его же собственная охрана по биометрическим показателям. А почему не пропустила, знаете? Подумали, что он копия, ну знаете, как это бывает – инфокопия царя, там даже необязательно похожим быть, все тебя воспримут как точную копию, включая анализ ДНК. Как и кто сделал эту копию, никто не знает, и настоящий ли царь или подменный – также никому не ведомо, а только бают, что…

Что такое «бают»? – возмущается пацан, стоящий на одной ноге между двумя пышными дамами и их рюкзаками. – Вы говорите на каком-то языке, который мы уже давно не понимаем. Это, должно быть, русский или что-то вроде того. Попрошу выражаться современным глаголом!

Надо было рамку-то и намазать, – вставляет старуха и опускает лицо в календулу, нюхает как наркоманка и выныривает вся в оранжевой пыльце. – Рамку миром намазать – тогда бы пропустила! Ловцы человеков, тоже мне…

А вот у меня на фейсбуке пишут, – вставляет, оборачиваясь, девушка с татуировкой в виде веника на лбу, – что рамка царю как раз-таки голову-то и отсекла! Сейчас в прямом эфире делают операцию, но надежды очень мало, и возможно, придётся использовать голову донора. Очередь из желающих обвилась несколько раз вокруг Часовой башни, в ней много академиков и даже два Нобелевских лауреата, но выбор будет совершаться только медиками и исходя из чисто медицинских соображений.

Да что вы панику сеете! – устало бурчит вислоусый с велосипедом и стареньким чипом в виске, наподобие Бармалеева. – Царь, царь… В порядке ваш царь! Кто додумается его опасности подвергать? Хранится давно ваш царь в неприкосновенности, никто его не трогает, только по пятницам пыль тряпочкой для ноутбука протирают. Там заверенная копия, прессухи не было потому, что речь отказала в очередной раз – помните, ещё с прошлой версией случалось. А касательно миронамазания, так это чисто химическая процедура, которая давно уже легко делается с помощью портативного телепорта. Шухер навели такой, как будто, честное слово, Христос воскрес какой-нибудь. Просто технические неполадки у них, как всегда, затонуло что-нибудь или, наоборот, рухнуло, сами знаете, обычное дело, сколько лет у нас над головами обломки летают, а все такие каждый раз шухарятся… привыкнуть пора… развели тоже!