Нелюбимая - Мария Садловская

Баба Капа тоже посоветовала:

— Иди поешь, а я буду пока для Платона готовить одежду. На улице уже холодно, даже подморозило. Наш Платон Федорович сегодня уехал. Ну ты знаешь, он тебе вчера говорил. Так что будем мы с тобой хозяйничать, Надюшка! Сегодня Володя вернется с машиной. Посмотрим, может, завтра съездим на рынок. Надо уже закупать продукты на зиму.

Надежда еле дождалась паузы.

— Капитолина Ивановна, а почему не видно Виктора Андреевича? Платоше надо общаться с отцом! Ребенок скучает. Передайте ему, как встретите!

Баба Капа, кивнув на мальчика, прикрыла пальцами рот и подмигнула Надежде, мол, потом скажу. А вслух произнесла:

— Да, как увижу, передам! А ты иди завтракай!

* * *

Когда Надя вернулась после завтрака, Платошка был уже одет для прогулки. Баба Капа выпроводила его на улицу.

— Выходи, Тошка, во двор. А то, пока Надюша оденется, вспотеешь!

Едва за ребенком закрылась дверь, Капитолина Ивановна возбужденно начала:

— Виктор совсем плох! Ты, Надюша, только не смейся надо мной старой, но кажется — его сглазили! Нет-нет, он не пьет! Но лучше бы пил!..

— Что вы такое говорите, тетя Капа? Как это лучше, чтобы пил? Что значит, совсем плох? Он заболел?

— Представь себе, худющее лицо, я когда-то в Лавре видала такие мощи. Он ведь последнее время дома не кушает. Но главное — глаза не подымает, все в землю глядит. — Баба Капа помолчала, потом наклонилась к Надиному уху и многозначительно прошептала: — Его надо к священнику в церковь. Пусть бы над ним молитву почитал.

Надежда расширившимися глазами с испугом уставилась на Капитолину Ивановну.

— А зачем, тетя Капа?

— Мне кажется, покойница наша (вечный покой ее душеньке!) крепко прилестила его к себе. И не отпускает. А это ведь от нечистого, прости, Господи! — Баба Капа поспешно перекрестилась, помолчала и безнадежно спросила в пространство: — Но как его затащить к священнику? Может, батюшку на дом пригласить? Как ты думаешь, дочка?

Интересно, что бы сказала Капитолина Ивановна, если бы знала, что именно «дочка» пыталась его «прилестить»?

Чуть не вырвалось у Надежды: «Да не поддается он никакой лести!» Поймала себя за язык вовремя!

— Тетя Капа, не надо пока батюшку. Я постараюсь, чтобы Виктор Андреевич больше проводил времени с мальчиком. Ребенок его отвлечет.

— А вот это правильно сказала! Умная ты у меня, Надюшка! Нечистый, он на дух не переносит детей. Значит, так и будем действовать. Сейчас-то Виктора нет. Утром меня предупредил — уезжает в командировку на целый месяц. Вроде я не ослышалась. Но, может, оно и к лучшему!

Конечно же, Виктор избегает быть дома из-за нее, Надежды.

«У него отвращение ко мне появилось. Даже с ребенком из-за этого не видится!» — обреченно подумала девушка.

Баба Капа, уходя, наказала Надюше потеплее одеться. А то опять, упаси бог, заболеет.

* * *

Во дворе Платоша общался с Тузиком. Вернее, разрисовывал собачью будку мелками.

— Дюша, я красиво нарисовал? Тузик радуется!

Сверху, на будке, лежала коробочка с разноцветными мелками, а пальцы и нос пацана были вымазаны мелом.

— Платон, ты зачем мелки с собой взял на улицу? Теперь точно весь карман грязный! Ну-ка сложи все в коробку и давай мне в сумку!

— Дюш, это кран, смотри! У папы на работе такой. Подожди, я дорисую грузовик!

Но Надежда уже собрала мелки в коробку. Остался один белый, которым Платоша рисовал. Она протянула руку за мелком, и вдруг во рту появилось много слюны. Надя сглотнула, как вчера после гвоздя…

Несколько минут из памяти выпали…

— Надя, а разве можно мел кушать? Тогда и мне дай попробовать!

Только голос ребенка вернул ее в действительность. Под зубами хрустел мел, она с наслаждением его жевала, одновременно глядя на мальчика. Ему надо что-то объяснить.

— Платон, конечно же, мел нельзя кушать! Не вздумай! У меня почему-то изжога появилась, наверное, от жареных гренок. А мел помогает от изжоги.

* * *

У Надежды тряслись руки, ее колотило. Она с удивлением озиралась вокруг, надеясь спросить хоть у кого-нибудь: «Что происходит?!»

Никого не было, только ребенок. Обеспокоенный Платоша никогда не видел свою няню в таком состоянии!

— Ты, Дюша, замерзла. Пойдем лучше домой, я так не хочу гулять.

Ей и самой не терпелось оказаться у себя в комнате. Одной. Хладнокровно обо всем подумать. А чтобы совсем успокоиться, надо все-таки сходить к врачу. Она так и выразилась «врач». Даже мысленно не допускала определения «гинеколог». Надежде совсем это не надо! Она одинокая женщина — зачем ей гинеколог?

Бабе Капе Надя сказала, что ей требуется сходить в поликлинику.

— Какая-то боль появилась в груди. Я, тетя Капа, схожу, покажусь доктору. Болезнь если раньше определить, лечить легче.

Капитолина Ивановна совсем разволновалась.

— Говорила я тебе — лежи, не вставай! Заездили девоньку совсем. Все на ней, бедной! Весь дом. Там Володя приехал из монастыря. Побегу, пока не ушел. Скажу, пусть отвезет тебя к врачу!

— Нет, Капитолина Ивановна! — Надежда взвилась от испуга. — Ни в коем случае — он после дороги. Здесь совсем недалеко. Я пешком ходила, когда Оленьке нужно было выкупить лекарство. Его тогда нигде не было, кроме как в поликлинике.

Попасть к врачу, да еще к гинекологу, оказалось не так просто.

Надя не помнила, какой путь прошла перед тем, как оказаться в кабинете гинеколога. Кажется, ей совали под нос нашатырь… Еще она слышала: «Это нельзя, сначала на осмотр — потом. А то еще выкидыш будет!»

Ей хотелось крикнуть: «Да нечего выкидывать! С чего вы взяли?» Но смогла лишь безмолвно пошевелить губами.

Врач-гинеколог, довольно моложавая женщина, участливо отнеслась к пациентке. Дала попить водички, сосчитала пульс.

— Значит, Надежда Петровна Горчихина. 1987 год рождения. Вы у нас впервые?

Надежда утвердительно кивнула.

— Раздевайтесь, ложитесь в кресло. Посмотрю вас, потом будем говорить.

Унизительная процедура, роняет человеческое достоинство начисто! А у Нади это еще связано с тяжелым периодом ее жизни. Ей бы не хотелось вспоминать об этом никогда! Да вот пришлось…

Слава богу, осмотр длился недолго.

Надежда одевалась, врачиха мыла руки и диктовала медсестре данные, которые та заносила в компьютер. Затем врач порылась у себя в ящике стола и вытащила оттуда продолговатую пластиковую коробочку.

— Вот вам тестер, умеете им пользоваться? Это несложно. Идите в туалет, стаканчик там есть. На тестере черточка, по которую надо опустить его в мочу. Все понятно? Идите.