Дарующий звезды - Джоджо Мойес

– Элис…

– Боже правый! Нет, вы только посмотрите на часы! Пожалуй, мне пора идти. – Элис, опустив голову, прошла мимо Фреда к двери. – Вы непременно должны вернуться на шоу. Ну а я пойду домой. Тут совсем недалеко.

– Я вас отвезу.

– На случай, если мне встретятся очередные скунсы? – Ее смех был слишком резким и ломким; она вдруг не узнала собственный голос. – Честное слово, мистер Гислер… Фред… вы и так были слишком добры ко мне. И я не хочу доставлять вам лишнее беспокойство. Правда. Я не…

– Я вас отвезу. – Фред снял куртку со спинки одного стула, плед – со спинки другого и накинул на плечи Элис. – На улице становится холодно.

Они вышли на крыльцо. Элис вдруг невероятно остро почувствовала присутствие рядом Фреда Гислера, смотревшего на нее так, будто он пытался отыскать скрытый смысл во всем, что она говорила или делала. Элис оступилась и едва не упала с крыльца, но Фред вовремя ее поддержал. Она ухватилась за протянутую руку и тотчас же выпустила ее, словно боясь обжечься.

«Пожалуйста, только больше ничего не говори», – мысленно взмолилась Элис. У нее горело лицо, мысли путались. Но когда она снова подняла глаза, то увидела, что Фред смотрит совсем в другую сторону.

– Скажите, а дверь библиотеки была открыта, когда мы сюда шли? – Его взгляд был устремлен в направлении библиотеки.

Задняя дверь, чуть-чуть приоткрытая, чтобы в помещение проникали звуки музыки, теперь была распахнута настежь. Изнутри доносились едва слышные нерегулярные глухие удары. Фред Гислер замер, затем повернулся к Элис. Вид у него был встревоженный.

– Ждите меня здесь.

Он быстрым шагом вернулся в дом и через секунду вернулся с двустволкой в руках, после чего решительно направился к библиотеке. Не в силах сладить с собой, Элис последовала за ним, неслышно ступая по тропинке к заднему двору библиотеки.

* * *

– Парни, какие-то проблемы?

Фредерик Гислер остановился на пороге. Элис замерла чуть поодаль. При виде разбросанных по полу книг и перевернутого стула сердце у нее сразу ушло в пятки. В библиотеке находились двое – нет, трое – молодчиков, одетых в джинсы и футболки. Один держал в руках бутылку пива, другой – охапку книг, которые при виде Фреда демонстративно бросил на пол. Забившаяся в угол София упорно рассматривала какую-то точку на полу.

– У вас в библиотеке цветная. – У парня был гнусавый голос, а речь под влиянием алкогольных паров казалась смазанной.

– Так и есть. И мне хотелось бы знать, какое вам до этого дело.

– Библиотека только для белых. Ее не должно быть здесь.

– Его правда. – Остальные двое, набравшись смелости на дне стакана, громко поддержали приятеля.

– Ты что, заведуешь этой библиотекой? – В голосе Фреда звучали ледяные нотки, которых Элис прежде не доводилось слышать.

– Я не…

– Чет Митчелл, я спросил, заведуешь ли ты этой библиотекой?

Парень воровато отвел глаза, словно его собственное имя, произнесенное вслух, стало напоминанием о грозящих ему последствиях.

– Нет.

– Тогда предлагаю вам удалиться. Всем троим. Пока это ружье у меня в руке случайно не дернулось и я не сделал то, о чем потом буду жалеть.

– Ты что, угрожаешь мне из-за цветной бабы?

– Нет, я просто объясняю, что бывает, когда человек находит троих пьяных идиотов в принадлежащем ему помещении. Но если хочешь, я могу еще объяснить, очень доступно, что будет, если эти пьяные идиоты не захотят поступить, как им велено. Хотя уверен, вам троим это вряд ли понравится.

– Не понимаю, почему ты за нее заступаешься. Ты что, крутишь шашни с этой шоколадкой?

Фред с быстротой молнии схватил парня за горло, прижав его к стене кулаком с побелевшими костяшками пальцев. У Элис на миг перехватило дыхание. Она попятилась.

– Не вынуждай меня, Митчелл!

Парень судорожно сглотнул и поднял руки, показывая, что сдается:

– Мистер Гислер, неужто вы шуток не понимаете?

– Не вижу, чтобы кто-нибудь смеялся. А теперь пошли вон! – С этими словами Фред отпустил парня.

Тот упал на колени, потер шею, бросил испуганный взгляд на своих собутыльников. Фред сделал шаг вперед, парень нырнул в заднюю дверь. Элис, с отчаянно бьющимся сердцем, отпрянула в сторону, когда мимо нее вслед за Митчеллом из библиотеки выскочили оба его приятеля. С молчаливой бравадой парни поправили одежду и молча пошли прочь по гравийной дорожке. Оказавшись вне пределов досягаемости, они вновь осмелели:

– Фредерик Гислер, так ты и впрямь неравнодушен к шоколадкам? Ты поэтому кукуешь без жены?

– Да и стреляешь ты фигово. Я видел, как ты охотился!

Элис показалось, что ее сейчас стошнит. Она прислонилась к стене, по спине потекла липкая струйка пота, сердце перестало колотиться лишь тогда, когда парни скрылись за углом. Слышно было, как там внутри Фред поднимает с пола упавшие книги.

– Простите меня, мисс София. Мне следовало прийти раньше.

– Вы здесь ни при чем. Я сама виновата, что оставила дверь открытой.

Элис медленно поднялась по ступенькам. На первый взгляд София выглядела совершенно невозмутимой. Она поднимала с пола книги, отряхивала их от пыли, цокала языком при виде порванных наклеек. Но когда Фред отвернулся, чтобы поправить сорванную с петель полку, София покачнулась и оперлась о письменный стол, вцепившись в край скрюченными пальцами. Элис шагнула внутрь и, ни слова не говоря, принялась за уборку. Самодельные книжки с вырезками, над которыми корпела София, теперь валялись перед ней, разодранные в клочья. Тщательно отреставрированные книги были безжалостно порваны и разбросаны по полу, выпавшие страницы устилали все плоские поверхности.

– На этой неделе я задержусь подольше и помогу тебе привести книги в божеский вид, – сказала Элис и, не услышав ответа Софии, добавила: – Конечно… если ты к нам вернешься. Да?

– Неужели ты думаешь, что кучка сопливых ребятишек заставит меня бросить работу? Я справлюсь, мисс Элис. – София натянуто улыбнулась. – Но все равно спасибо. Твоя помощь явно не помешает. У нас теперь дел вагон и маленькая тележка.

– Я поговорю с Митчеллом, – заявил Фред. – Не могу допустить, чтобы подобное повторилось.

Голос Фреда смягчился, да и сам он, похоже, немного успокоился. Однако от внимания Элис не ускользнуло, что Фред периодически смотрел в окно и окончательно расслабился лишь тогда, когда посадил женщин в свой грузовичок, чтобы отвезти их домой.