Брусника - Катя Верба

— Совсем. И это самое ужасное, Лу. Потому что если рассказать об этом Андрею, то рассказ будет примерно такой: я тебе изменила, но не помню с кем.

— Стоп. Ты серьезно хочешь рассказать об этом Андрею? Ты в своем уме?

— А что ты прикажешь мне делать? Скрыть, чтобы потом он узнал об этом от кого-то из своих знакомых? Полгорода вчера присутствовало на этой «закрытой» вечеринке. Наверняка, соцсети уже пестрят фотографиями.

— Дааа, малышка… Задала ты задачку. Что и посоветовать тебе, не знаю. Андрей опасный человек. Весь твой бизнес зависит от него. А ты взяла и пошла на поводу у своей страсти.

— Какая глупость, Лу, какая я глупая! В том-то и дело, что он это так не оставит. Подозреваю, что это плохо кончится, — Надя вздохнула и подлила себе еще чая.

Наде повезло. По крайней мере, она так считала. Из этой командировки Андрей сразу же улетел в другую. Они встретились на пару часов, за которые Надя так и не решилась рассказать ему перед предстоящим перелетом о своей измене. У нее появилось еще немного времени, чтобы все обдумать.

Неизвестный любовник вскоре объявился: позвонил ей и назначил встречу. Увидев его, Надя поняла, почему у них все случилось так быстро. Глеб Лукьянов был высоким брюнетом с накачанными мышцами и красивыми чертами лица. А еще было в нем что-то такое, что заставило Надю покраснеть и забыть, кто она, и зачем пришла. Он свел ее с ума одним взглядом. Весь его облик излучал мужественность, силу и сексуальность.

Изначально Надя шла на встречу, чтобы высказать мужчине в лицо все, что она думает о его низком поведении. Но все с самого начала пошло не по ее плану. Сначала она растерялась, а потом у нее мурашки побежали по коже, когда он, не спросив разрешения, обнял ее и поцеловал в губы, словно они не едва знакомы, а уже давным-давно вместе. Это было волнительное и чудесное ощущение: поцелуй был живой, горячий, трепетный. От Глеба пахло свежим полевым ветром с нотками древесины. Перед таким мужчиной сложно устоять, а если он, к тому же, делает все возможное, чтобы произвести впечатление, то практически невозможно. И Надя не устояла. Поддалась искушению. Сейчас уже вполне осознанно.

Глеб стал ее тайной страстью, неудержимым желанием. Он притягивал ее, как магнит. Все самые тайные, низменные чувства, которые дремали в Наде, внезапно проснулись и ожили. Она как-будто только сейчас осознала, что она женщина, и что ей катастрофически не хватает бури эмоций и настоящей страсти.

По сути, они проводили с Глебом вместе не так много времени. Он работал корреспондентом в одном серьезном издании и большую часть времени проводил в командировках. Но в минуты их близости Наде казалось, что их отношения идеальны, и лучше Глеба никого быть не может.

Снова и снова она оставалась с Глебом наедине. В больших отелях в центре города, в маленьких гостиницах на окраине, в съемных квартирах и у нее дома — они занимались любовью везде, и Надя не могла насытиться страстью, переполняющей ее. Она только сейчас поняла Лу, которая все время твердила ей свои философские истины про истинное женское счастье.

Когда Андрей спустя полтора месяца вернулся в город П., Надя с тяжелым сердцем решилась на откровенный разговор с ним. Как бы ни был силен его гнев, во лжи она жить не могла. Ее душа была наполнена до краев новым чувством, она даже не задумывалась о том, что Андрей, в порыве ревности, может причинить ей вред.

Надя смело рассказала мужчине всю правду и только после этого, глядя на его свирепое лицо, поняла, что они совершенно одни в доме, и ее некому защитить. Андрей пришел в бешенство, он рвал и метал, бил посуду и ломал все, что попадалось ему на пути.

Несмотря на то, что Надя уже не раз видела такое проявление агрессии с его стороны, каждый раз ей было до ужаса страшно. Она как будто снова становилась шестилетней девочкой, которая слышит, как на кухне пьяная мать дерется с собутыльником. В такие моменты ей, как в детстве, хотелось спрятаться за тумбу, в холодную и влажную темноту. А еще лучше — сбежать через окно к бабушке. Но сейчас бежать было некуда и спрятаться было негде.

— Да ты хоть представляешь себе, что ты натворила, глупая овца? Я считал тебя чуть ли не святой, а ты оказалась Иудой. Предала меня за спиной, — Андрей с такой силой толкнул Надю, что та отлетела в другой конец кухни-гостиной.

— Я поступила неправильно, но, по-крайней мере, я тебе не лгу. Я говорю тебе правду, Андрей. Я не люблю тебя. Хотела полюбить, но так и не смогла. Прости меня!

— А его любишь?

— Его люблю.

— Дура, дура, что же ты натворила!

Андрей запустил в стену табурет, который оставил на месте удара огромную вмятину. Надя подумала, что, наверное, сейчас он убьет ее, как в какой-нибудь дешевой мелодраме. Он и вправду внезапно развернулся, словно разъяренный зверь, и медленно пошел в ее сторону. Надя попятилась назад, но все пути к отступлению были отрезаны. Она оказалась в ловушке. Звать на помощь бесполезно — никто из соседей ее не услышит, а больше никого в доме нет..

— Любишь его, говоришь? Любишь, подлая тварь? Любишь, значит?

У Нади задрожали колени, спина покрылась холодным, липким потом. Во рту пересохло, и она не могла ничего сказать в ответ. Когда она уперлась лопатками в стену, то решила, что все, это конец. Андрей был уже в двух шагах от нее. Вот он протягивает к ней свои руки, и она задыхается от его смертельной хватки.

Но внезапно он побледнел, схватился за сердце и стал задыхаться сам. Надя, кашляя и хватая ртом воздух, смотрела на него — мужчина медленно осел на пол, и в его глазах застыл смертельный ужас.

«Уйду и оставлю его здесь, пусть умирает, безжалостный деспот!» — подумала она, но отогнала от себя сразу же эти жестокие мысли. Дрожащими руками Надя взяла со стола телефон и набрала 03. Пока скорая ехала, Надя, преодолевая панический страх, гладила Андрея по голове, словно маленького ребенка и шептала:

— Еще немного, подожди еще немного. Только не умирай, Андрей. Врачи уже едут. Все будет хорошо.