Дурные дороги - Эли Фрей

Приуныв, мы покинули вокзал. Надев дождевики, ушли в непогоду.

– Как думаешь, место, куда мы направляемся, больше похоже на Гай или Ад? ― спросил меня Тотошка.

Мы стояли у гранитного монумента Победы в Парке Патриотов и жарили сосиски на вечном огне. Языки пламени лизали их. Моя нанизанная на палку сосиска пузырилась и шипела; Тотошкина с одного бока уже почернела.

– Хм… Не знаю. ― Я пожала плечами. ― Надо знать, что такое Рай и Ад, чтобы понять. Или хотя бы знать о чем-то одном. Например, на что похож Рай?

Тошка в задумчивости нахмурился и поджал губы.

– На что похож Гай? Думаю, на блины, котогые моя бабушка печет. Вкусные, сытные, но пгесные.

– Тогда в Раю нам будет слишком пресно. Будем искать дорогу в Ад. Нашу дорогу с пикантной перчинкой.

Мы засмеялись. А потом, сев на лавочку возле гранитного монумента и огромных венков из искусственных цветов, с удовольствием умяли сосиски. Ливень продолжался.

Палатку разбили недалеко от станции: спустившись по склону в заросли, оказались под мостом, между недостроем и небольшой промзоной. Помылись в холодном ручье под мелким дождем, и сразу, как только я вышла из воды, тело облепили комары. Мы развели костер, на ужин подогрели по банке консервов ― гречка с говядиной. Огонь спугнул комаров, стало комфортнее, но всю ночь шел дождь. Два спальных мешка Тошкиных родителей можно было соединить молнией и превратить в один двойной, что мы и сделали, чтобы не замерзнуть. Но это не помогло ― я проснулась с больным горлом.

По сегодняшним поездам не было никакой информации, и мы провели день в Воронеже. Погода не радовала, было прохладно, мы уныло гуляли по городу, кутаясь в куртки и дождевики.

– У нас кончается еда, Сова, ― обеспокоенно сказал Тошка. ― Мы уже шестой день в пути, а еще даже не добгались. Еды гассчитано на семь. Не думал, что мы столько будем ехать.

– Но у нас же еще есть деньги.

– Их не так много, и лучше бы их оставить пго запас.

– Что ты предлагаешь?

– Подзагаботать.

– Каким образом?

– Что-нибудь пгодать!

– Например?

– Не знаю, надо пошастать по помойкам.

– Ты собрался ковыряться в помойках? Фу, я не буду.

– Да нет, часто сбоку от контейнегов ставят хогошие ненужные вещи.

– И где мы их продадим?

– На гынке или в электгичках. Мы все гавно здесь тогчим до завтга точно. А может, и до послезавтга, так что мы ничего не тегяем. Погнали!

Никогда не думала, что стану специалистом по воронежским помойкам. За несколько часов мы обошли десятки мусорных точек в поисках чего-то, что можно продать. В конце концов удача нам улыбнулась ― за одним из контейнеров Тошка обнаружил две огромные коробки с книгами, и мы утащили их в свою подмостовую берлогу.

Когда дождь кончился, мы открыли коробки и перебрали наш улов. Детские книги, русская классика, современные романы в обложках и переплетах. Некоторые книги были потрепанные, но многие хорошо сохранились. Мы переложили вещи из одного рюкзака в другой, те, которые не влезли, рассовали по пакетам. Пустой рюкзак набили книгами.

Вскоре, оставив вещи под мостом и взяв только этот второй рюкзак, мы сели на пригородную электричку и вошли в вагон. У нас в руках было по книге для демонстрации.

– Уважаемые пассажиры! Вашему вниманию предлагаются книги! ― бодро вещала я. ― От русских классиков до современных зарубежных бестселлеров! Каждая книга ― по сорок рублей. Три за сто!

Редкие пассажиры провожали нас равнодушными взглядами. Основная масса будто не слышала нас. В следующем вагоне я передала эстафету Тошке. Речь друга была похожа на мою. Безуспешно пройдя всю электричку, мы вышли на платформу.

– Нет, Сова, что-то тут не то, ― грустно сказал Тошка. ― Мы пгодали только две книги. Хотя точно можем пгодавать больше. Сгеди нашего багахла нет случайно пособия по пгодажам? Нам бы поучиться… Давай-ка сядем на лавочку и пговедем мозговой штугм. Нам нужно отличаться от других пгодавцов. Выделиться. Чтобы нас заметили.

За полчаса мы придумали новую стратегию. И наконец сели на следующую «собаку».

– Книги по вашей цене! Платите столько, сколько считаете нужным! ― кричал Тошка на весь вагон. Мы клали по две-четыре книги на пустые места, чтобы пассажиры могли изучить, что им предлагают.

– Цену за книгу устанавливает покупатель! Книга по вашей цене! ― кричала я вслед за Тошкой. Мы прошли весь вагон и вернулись в начало.

– Карманные детективы ― Донцова, Маринина. Русская классика ― Толстой, Островский, Бунин… Пословицы и поговорки, старинные былины, любовные романы, зарубежные бестселлеры…

Наконец-то пассажиры обратили на нас внимание.

– Что, правда за любую цену? Я могу купить ее за рубль?

– Конечно, можете. Это ― ваша цена, значит, книга столько стоит.

– Тогда я беру ее, ― сказал покупатель и протянул рубль. Я передала ему его книгу ― бульварный детектив. Соседний пассажир взял «Спартак» за пятьдесят рублей. Не все такие жмоты, как первый.

– А что у вас есть еще? ― заинтересованно спросила женщина через ряд. Мы подошли к ней, Тошка озвучил ассортимент

– Что вы любите читать? Я могу посоветовать, ― с важным видом сказал Тошка.

– Сборники рассказов. Желательно, русских авторов.

– Были, были такие. ― Тошка покопался в рюкзаке и достал нужную книгу. ― Пожалуйста.

Женщина протянула ему три десятки.

Еще кто-то купил Маринину за сорок и «Властелина колец» за сто.

Мы вышли в тамбур. Тошка подставил ладонь, и я дала ему пять.

– Один вагон ― пять книг ― двести двадцать гублей. Все дело в пгавильной подаче, Сова! ― гордо сказал Тошка. Я пихнула его в бок.

– Так говоришь, будто это ты один придумал! Мы вместе искали нужную стратегию.

– Но именно эта ― моя идея! ― Тошка подкрутил воображаемые усы.

– Ах так? Я сейчас тебе покажу! Смотри и учись у профессионалов.

Я придумала собственную акцию.

В следующем вагоне я достала из рюкзака первую попавшуюся книгу.

– Уважаемые пассажиры! Вашему вниманию предлагается книга! Сборник зарубежных детективов, классика жанра! Лихо закрученные сюжеты, которые не отпустят вас до конца! В сборник входят произведения таких культовых писателей, как Гарднер, Браун, Квентин, Буало-Насрижак, простите, Нарсежак… Она только одна, и сейчас мы проведем аукцион!

Я ходила по вагону и громко говорила свою речь. На меня смотрели кто с любопытством, кто с улыбкой, как на клоуна, который показывает забавное представление.