Фактор Николь - Елена Стяжкина

А почему ты назвала свое письмо «Сегмент»?

From: [email protected]

To: [email protected]

Subject: Rе: Rе: Сегмент

Нашел, чем хвастать! Как тебе не стыдно! Это просто безобразие какое-то! Ты думаешь, что твои «сотни и тысячи» должны меня обрадовать? Или, может быть, заставить ревновать?

И вообще, мое письмо. Как захотела, так и назвала! А вот это письмо можешь считать прощальным. Не могу сказать, что ненавижу кобелей. Потому что именно их я и люблю. Их. И их сук. Но я терпеть не могу… И не буду!

Ты – дурак! И предатель!

From: [email protected]

To: [email protected]

Subject: Rе: Rе: Rе: Сегмент

Эй…

На меня никто никогда так не орал, представляешь? Я не знаю, как надо на это реагировать.

Если быть честным, то мне это приятно. И я почему-то улыбаюсь. Это же большое счастье – вообще не уметь ссориться с женщинами.

До тебя им всем казалось, что я – стеклянный, оловянный, деревянный. В общем, необычный и гениальный. И тряпкой по лицу – меня тоже нельзя. Так что – даже не думай.

И оскорблять меня было нельзя, и ругать, и кричать. Только отец позволял себе. Но он-то – точно не женщина.

В результате что? В результате – полные штаны счастья. Но есть также большой страх, что это было действительно твое прощальное письмо. Коллеги посоветовали сказать, что трусы и лифчики я видел в каталогах женского белья. Как объяснить тебе, зачем я рассматривал эти каталоги, они не сказали.

Есть еще вариант: телевизор. Музыкальный канал. Ты сможешь поверить, что по ночам я смотрю музыкальный канал? Я и сам сначала не мог. Но посмотрел. Слушай, они и правда там все голые. Как только не простужаются, непонятно.

И я – дурак. Мне посоветовали согласиться. Но я и сам знал, что лучше согласиться. И я, да, предатель. Но неумышленный. Не такой, как Иуда. Я, наверное, не безнадежный. И это здорово.

А по-настоящему плохо то, что я – не кобель. Но, понимаешь, в этой жизни… В общем, прямо сейчас этого исправить нельзя. Но при перерождении я буду очень просить. Я буду очень просить, чтобы меня снова родили кобелем. Или даже сукой.

Давай, пожалуйста, помиримся.

* * *

Whiskykvas (whiskykvas) wrote

@ 2030-02-06 9:34 РM

Мне доктор сказал примерно то же самое. А что еще мог сказать наш общий доктор? Я хорошо ему плачу, он делает вид, что лечит. Чем дольше у тебя будет длиться кризис, тем больше денег он заработает. Если бы я сдал тебя в больницу раньше, этот доктор уже ел бы из золотых тарелок, а ты… Признайся, ты же не хочешь выздоравливать? Ты считаешь себя нормальной?

Ты – нормальная, кругом – сумасшедшие. Так? Доктор сказал, чтобы я показал ему нашу с тобой переписку. Он считает, что ее лучше прекратить, если она тебя так волнует, что ты начинаешь путать Чебурашку с Че Геварой.

Ты думаешь, мне легко было объяснить этому американцу, кто такой Чебурашка? Когда я сказал доктору, что Чебурашка жил в телефонной будке, он закричал: «Эту кубинскую эмиграцию давно пора пресечь на корню!» Когда я сказал, что лучшим другом Чебурашки был крокодил, он выписал мне прозак.

А когда я принес ему книжку с портретом нашего героя, он выписал еще один дополнительный рецепт писателю Успенскому. Я думаю, что этот доктор нам не подходит. Я сказал ему, что твой диагноз называется «беситься с жиру». А он сказал, что эти вопросы вообще не подлежат обсуждению и если для тебя жир – это так травматично, то операция по липосакции будет стоить значительно дешевле, чем содержание тебя же в клинике. Этот доктор точно нам не подходит.

Я буду думать, где взять другого. А пока он сказал, что наша переписка для тебя – health hazard and personal grievance.[22]

Я прекращаю ее, чтобы тебе стало лучше.

Comments (leave a comment)

nicolsummer

2030-02-07 05:31 PM

А я – нет. Я не прекращаю.

Моя подруга Дина заходила ко мне с ребенком. Она называет ребенка Сусликом, но это точно не его настоящее имя. (Передай доктору, что я это понимаю. С другой стороны, тебе должно быть известно, что одна голливудская актриса называла свою дочь Яблочком. И ни одна студия при этом не отказала ей в возможности сниматься в своих блокбастерах дальше.)

Моя подруга Дина сказала, что это все пишешь – не ты. Что так пишут только «старые некрутые козлы». Еще она предположила, что в тебя кто-то вселился. Дина считает, что я могу подойти и прямо так и спросить.

nicolsummer

2030-02-17 02:47 РM

Пока не решаюсь подойти. С виду ты очень нормальный. Мне только кажется, что ты что-то замышляешь. И знаешь, я на все согласна. Ты сам чувствуешь, как тебе лучше. А как тебе лучше, так и правильно.

Приходила Дина с Сусликом. Суслик укакался. Дина строго спросила: «Как тебе не стыдно? У тебя совесть есть?» А он сказал: «Совести нет. Мозги только». Суслику всего два года. Представляешь?

Он очень интересный. Дина оставляет мне его на пару часов, когда няня Суслика ходит на фитнес, а сама Дина – в школе.

Я думаю, что если бы у тебя был маленький братик или сестричка, то, может быть, все было бы по-другому.

Человеку надо кого-то любить без оглядки. А без оглядки можно любить только детей.

А вообще Дина ведет себя с ним очень грубо. И учит его плохим словам. Вот сейчас Суслик просит чего-то: «Дай, дай, дай…» А Дина ему: «Говна тебе на палочке, что ли?» А он вздыхает и говорит: «У тебя на палочке нет». И горько плачет.

И я не знаю, что мне делать.

nicolsummer

2030-03-08 01:18 РM

Этот журнал как голова. Жизнь – отдельно. Голова – отдельно. Я говорю человеку: «Здравствуйте!», а сама думаю, что у меня, кажется, стрелка на колготках и будет обидно, если он ее увидит.

Я говорю человеку (другому, не тому, которому «Здравствуйте!»): «Как дела?», а сама прикидываю, картошку сегодня жарить или макароны варить.

Журнал как голова. Здесь все можно и параллельные мысли не считаются хамством и дурным воспитанием.

Я посмотрела чужие страницы. Ты тоже? Тогда ты должен знать, что здесь у всех – только параллельные мысли. Я не знаю, хорошо это или плохо, когда фоновая, плохо прописанная мелодия становится главной темой произведения.